Страница 10 из 22
– Добрых сновидений, – улыбнулась она.
– Сновидений, – отозвалось эхо в дальних комнатах.
– Добро пожаловать в страну сновидений, – сказала Катрин, распахивая дверь своей комнаты.
Сквозняк захлопнул полудверь-полусферу, зажав прозрачную занавеску в дверных тисках.
– Странно, – проговорила Катрин, высвобождая тюль. – Перед отъездом я запирала дверь.
– Ее открыл я, – раздался голос Алена. Он сидел спиной к дверному проему на любимом месте Катрин. Она выпустила тюль из рук, прижалась спиной к стене и спросила:
– Когда вы приехали?
– Вчера вечером, – ответил он. – А сегодня пришел сюда, чтобы… – он повернул голову. – Чтобы взглянуть на вас, Катрин. Если прогоните, я не обижусь.
– Не прогоню, – прошептала она.
– Тогда, садитесь рядом, – предложил он. Она глубоко вздохнула и шагнула в темный проем ночи.
Они сидели рядом, едва касаясь друг друга плечами, и молча смотрели, как зажигаются звезды.
– «На всем какой-то холод тленья. Так больно и пестро глазам. И только каплей утешенья любовь еще осталась нам»[5], – прошептал Ален и повернулся к Катрин. – Ванесса сказал, вы уезжаете из Парижа. Когда?
– Еще не знаю, – пожала она плечами, подумав:
– О моем отъезде вам сказала мадам Ванесса, это значит, что…
– Это значит, что у нас еще есть время, – проговорил Ален. – Еще есть время для безрассудства.
Он поднялся и, глянув на Катрин сверху вниз, спросил:
– Вы способны на безрассудство? – она кивнула. – Давайте спрыгнем с крыши, взявшись за руки.
– Зачем? – подперев подбородок кулачком, спросила она. – Вы только что сказали о любви, которая похожа на каплю утешенья. Давайте же будем считать ее каплей живой воды, дающей силы для новых свершений.
– Вы удивительная девушка, Катрин, – помогая ей подняться, сказал он. – Пообещайте не уезжать не попрощавшись.
– Обещаю, – прошептала она. Он поцеловал ее в лоб, пожелал доброй ночи и, шагнув за порог полусферы, исчез за потайной дверью.
Утомленная долгим днем и множеством событий, Катрин моментально уснула. Ей приснился Версальский дворец с зеркальными комнатами, выбраться из лабиринта которых ей помог человек в серебряном плаще звездочета.
– Зачем вам нужны дворцовые тайны? – строго спросил он. – Держитесь подальше от Версаля, иначе…
– Что иначе? – спросила она и проснулась.
Было ровно восемь утра. Катрин поднялась, подошла к зеркалу и сказала:
– Вам следует держаться подальше от Версаля, иначе не миновать беды.
Стоя под душем, Катрин поняла смысл своего сна. Бабушку мадам Ванессы не случайно назвали так же как и королеву. Ален Жермен – человек, окруживший себя покровом таинственности. Мадам Ванесса, хранительница тайн прошлого, настоящего и, возможно, будущего. Потайная комната и полусфера крыши – единое целое. Я здесь лишняя. Тогда, зачем я здесь? Что даст мне проникновение в их тайны? Мучение? Радость? Боль? Отчаяние? Давайте прыгнем вниз. Самоубийство? Бред. Лучше об этом не думать. Мне не нужны ваши тайны. Я должна разыскать звездочета и поблагодарить его за спасение. К тому же я уверена, что мой спаситель, увлеченный астрономией, Анри де Лакруа.
После работы Катрин зашла в кафе де Лакруа, села за столик у окна, рассчитывая увидеть Анри. Но меню ей подала девушка с чуть вздернутым носиком и крупными конопушками на светлом лице.
– Скажите, могу ли я увидеть Анри де Лакруа? – спросила Катрин.
– Нет, мадмуазель, – покачала головой девушка. – Вчера утром он уехал в Жювизи.
– Вчера уехал в Жювизи, – растерянно повторила Катрин. – А когда он вернется?
– Не знаю, – пожала плечами девушка. – По-моему, он вообще не собирался возвращаться. – Она посмотрела по сторонам и, нагнувшись к самому уху Катрин, прошептала:
– Анри решил стать астрономом. Он повздорил с отцом… Боюсь, что его лишат наследства. Господин де Лакруа настоящий деспот. Я тоже собираюсь отсюда сбежать.
– Спасибо, – сказала Катрин и поднялась.
– Вы ничего не закажите? – огорченно спросила девушка. Катрин не ответила. Она широко распахнула дверь, постояла на пороге кафе и решительно направилась во внутренний дворик к металлической лестнице, ведущей на крышу.
– Зачем я сюда поднимаюсь? – спросила себя Катрин. – На двери огромный замок, ключей от которого у меня нет. Ну и пусть.
Она зашагала вверх по лестнице еще быстрей. На двери висел тот же большой старый замок. Катрин потянула его. Он легко раскрылся, дав ей возможность выйти на пологую крышу. Все было так же, как в прошлый раз. Не было только темного силуэта, похожего на стебель с нераскрывшимся бутоном. Катрин присела на скамью и прошептала:
– Спасибо, что оставили дверь открытой. Жаль, что мы никогда больше не увидимся с вами. Не поеду же я в Жювизи. Глупо искать человека, с которым едва знаком. Если нам с вами суждена новая встреча, она произойдет непременно. Произойдет помимо нашей воли. Вопреки всем законам логики и здравого смысла. Чудеса бессмысленны. Но бессмыслица чудес вызывает интерес.
Катрин поднялась и пошла вниз, чтобы потом вновь подняться вверх, но уже на другую крышу.
Мадам Ванесса задержала ее у дверей.
– Катрин, вам передали письмо от… – она водрузила на нос очки и прочла: – Катрин Мере от Пьера Лиона. Письмо принес мальчишка, похожий на Гавроша. Он удивился, что вас еще нет дома. По-моему, ему велели дождаться ответа.
Мадам Ванесса передала письмо Катрин и усмехнулась:
– Я сказала мальчику, что прождать вас он может до рассвета. Он растерянно захлопал ресницами и попросил меня передать вам это послание, если меня не затруднит не спать до рассвета. Меня не затруднило. Передавать письма – мое самое любимое занятие, – мечтательно проговорила она, но тут же спохватилась. – Я сегодня чересчур болтлива. Извините. Доброй ночи.
– Спасибо за письмо, – поблагодарила Катрин. Надорвала конверт, извлекла послание и прочла:
– Привет. Было не просто отыскать тебя в Париже. Можем поужинать вместе. Какие планы на вечер? Буду ждать в нашем кафе сегодня, завтра и всегда. Твой Пьер Лион. Если серьезно, я приехал на неделю. Соскучился страшно. А ты?
– А ты? – зло сказала Катрин. – А я – нет. Мне было некогда скучать. Я вообще забыла о вас, мосье Пьер Лион.
Она скомкала письмо, бросила его в урну и побежала вверх по лестнице. Закрыв дверь на замок, Катрин прижалась к ней спиной и рассерженно выпалила:
– Только Пьера мне не хватало для полного несчастья. Он будет меня ждать. Какая наглость. Я должна бросить все и помчаться к нему навстречу, потому что он этого хочет. А хочу ли я – это уже не важно. Моя личная жизнь в расчет не берется. Ее, наверное, у меня не должно быть. А она, почему-то есть. Она есть. Именно поэтому мы с вами, Пьер Лион, встретиться не сможем.
Слегка успокоившись, Катрин прошла на кухню, налила себе бокал вина и вышла на крышу. На горизонте появился мираж Эйфелевой башни и через мгновение исчез. Из-за облаков вышла бледно-желтая луна.
– Как вы думаете, смогу я все начать сначала? – спросила ее Катрин.
– Конечно, – раздался шепот за ее спиной.
– Добрый вечер, – сказала Катрин, не поворачиваясь. Меньше всего ей сейчас хотелось видеть Алена. Она была слишком взвинчена и считала всех мужчин своими врагами. Почувствовав что-то неладное, Ален исчез. А, может быть, Катрин почудилось, что он приходил. Во всяком случае, она была рада своему одиночеству.
– Какое счастье ни от кого не зависеть, оставаясь в рамках лишь собственного эгоизма, – подумала она, пригубив вино. – Мужчинам нравятся независимые женщины. Они ими восхищаются издалека, но почему-то беспощадно борются с независимостью любящей женщины, пытаясь превратить ее в рабыню, растоптать и унизить.
Катрин поморщилась, вспомнив, сколько раз они ссорились с Пьером из-за того, что она вела себя слишком независимо по его мнению.
5
Генрих Гейне.