Страница 25 из 96
Валентина Борисовна прыснула со смеху, но номер два шутки не оценила.
– Пошла ты, – рявкнула она и бросила трубку.
– Сами звоните номеру три, – проворчала я.
– Вера? Верочка, слушай...
Мы так переживали за наших подопечных, что совсем позабыли об американцах, а ведь им тоже нужно было что-нибудь наплести. Многие из них уже прибыли и, если удосужились пройтись по городу, наверняка заметили профурсеток возле гостиниц и у вокзала. Что же сочинить для дорогих гостей?
Я обратно разлила водку по рюмкам. Со Станиславскими поведешься – скоренько сопьешься.
Телефонный инструктаж занял весь оставшийся вечер, и Валентина Борисовна не успела на мне продемонстрировать возможности новой программы, подбирающей пары. Мал мала счастья таки есть. Мне хотелось отдохнуть от мужчин.
* * * * *
Перед соушлом я собрала в бальном зале сорок семь прибывших американцев. Проверив микрофон, откашлялась и сказала:
– Джентльмены, добро пожаловать в солнечную Одессу. Вы уже провели несколько дней в нашем чудесном городе и, наверное, успели заметить, что здесь имеются небольшие проблемы с... ночными бабочками.
Джентльмены дружно кивнули.
– К несчастью, полиция внедряет даже на наши мероприятия вызывающе одетых лазутчиц, которые заманивают в свои сети иностранцев, не знающих, что проституция на Украине преследуется законом. Пожалуйста, не поддавайтесь на эту уловку. Если увидите «агента под прикрытием», просто обойдите ее стороной. Незнание закона не освобождает от ответственности. Поверьте, вам очень не понравятся украинские тюрьмы.
Собравшиеся нервно захихикали. Оставалось надеяться, что мое предупреждение сработает.
Когда вошли наши девушки, в большинстве своем они выглядели цветущими провинциальными павами на фоне напяливших высокие ботфорты-гармошки и скудные платишки-комбинашки размалеванных шлёндр, каждую из которых, помимо прикида, выдавал жесткий взгляд и горькая ухмылка. Труженицы панели фактически были собственностью бандитов, вот только обращались с ними значительно хуже, чем с «мерседесами» или «ролексами». Я не столько винила, сколько жалела этих молодых женщин. Ведь в отличие от офисных шлюх, которые спят со своими боссами и портят жизнь коллегам, эти боролись за выживание. Мне представлялось, как сначала они продавали на рынке свои ценные вещи – может, норковую шапку и серебряные столовые ложки, – разложив богатства на маленьком расстеленном прямо на земле полотенце. Следом в ход пошли товары подешевле: книги, бебехи с советских времен, потрепанные игрушки. Когда и грошовые шмутки разошлись, на продажу осталось только одно – тело.
Поначалу прикоцанные бабочки привлекательно подпирали стены в полной уверенности, что клиенты подойдут сами. Но прошел час, а мужчины, как ни удивительно, клеили сереньких мышек. Шибко умным клиенткам наподобие Светы, которые не вняли нашим предупреждениям и надели короткие кожаные юбки и высоченные каблуки, пришлось несладко. На Свету – обладательницу манящих платиновых волос и влажных губ – обычно клевали сразу. Но сегодня стоило ей подчалить к потенциальному жениху, как тот давал деру. Я насчитала восемь таких попыток с ее стороны и восемь же поспешных отступлений.
Она подошла ко мне и вздохнула:
– Даша, тебе, наверно, по барабану, но я хочу перед тобой извиниться. Никогда не думала, что... в общем, надо было тебя послушаться. Теперь я вижу, что ты действительно хотела мне помочь.
Света оглядела профессионалок у стены, а затем свой наряд. Как нарочно, с одной из них она выбрала одинаковую обувь – блестящие серебряные босоножки на высоченных шпильках.
– Еще не все потеряно, – сказала я. – Давай-ка умойся и сними эти туфли.
Света выполнила мои указания и ее дела пошли в гору. Один кавалер даже назвал ее «моя босоногая принцесса». Валентина Борисовна удовлетворенно кивала, глядя на наших скромниц.
– На целомудрие всегда имеется спрос.
По прошествии часа незваные гостьи не выдержали и начали сами подбивать клинья к американцам, но те твердили как заведенные единственное слово, которое знали по-русски (кроме слова «водка», но оно уже международное):
– Нет, нет, нет!
И наши клиентки, и жрицы любви были поражены такой небывалой стойкостью сильного пола перед лицом искушения, и в тот вечер на соушле сложилось немало пар. Таки невесело, когда мужчина становится героем лишь через то, что отверг проститутку. Некоторые из путан попозже попросились к нам в клиентки. Валентина Борисовна тут же выдала им анкеты. Молодец, даже напасти умудрилась развернуть к своей выгоде. Беда вымучит, беда и выучит.
* * * * *
Мы с мистером Хэрмоном прекрасно друг друга изучили. Если он напевал, значит, был в хорошем настроении. Если вздыхал, значит, ему требовалась плитка темного шоколада для поднятия духа. Я знала, что он ненавидит скандалы, дешевый кофе и бюрократию. А он знал, что порой мне попадает вожжа под хвост и я начинаю капризничать, и тут, если нахмурюсь, как грозовая туча, лучше меня не трогать. Еще он знал, что я поддаюсь умасливанию только на сытый желудок.
В понедельник шеф устроил нам приватный обед в переговорной: оливки, хумус, плов, чесночный соус, долма. «Что ему надо?» Он умильно наблюдал, как я макаю свежий лаваш в нежный соус с оливковым маслом, как беру крупную черную оливку. Закрыв глаза, я раскусила сочную мякоть. И вздохнула. И забыла, что все это неспроста. А мистер Хэрмон обратно разлил по бокалам бордо. Он таки знал, перед чем я не смогу устоять.
Налакомившись, я беспечно разнежилась, тут-то он и спросил свой вопрос:
– Куда лучше пойти в Одессе, чтобы купить кольцо?
Я на автомате перечислила названия правильных ломбардов и имена трех ювелиров, работавших с золотом высшей пробы. В голове крутилась страшная мысль, что одна-единственная причина объясняет покупку кольца. А ведь это на мистере Хэрмоне, на работе из-под него строилось мое материальное благополучие. Мне бы следовало с самого начала выдерживать свой интерес с тем же рвением, с каким советская власть берегла мумию Ленина.
Глупо.
Я сглупила. Лажанулась. Прохлопала ушами свою лафу.
* * * * *
Когда я пришла в «Совет да любовь», там уже ошивались Станиславские.
Win-won-won.
Валентина Борисовна пребывала в образе партработника, и ее светлый начес был взбит даже выше обычного. Папоротники и орхидеи на широких подоконниках блестели от влаги. Она опрыскивала и поливала цветы, когда нервничала. Сдается мне, у многих растений подгниют корни, если Станиславские возьмут моду наезжать сюда регулярно. Два младших братка с серьезным видом взирали на мою начальницу, словно она говорила за лекарство от рака или за долю этой троицы в нашей прибыли. Влад же просматривал наш новый каталог с фотографиями и анкетами девушек.
– Ну что тут можно сказать? – Валентина Борисовна оглядела визитеров с плохо скрываемой усмешкой. – Мы имеем дело с порядочными мужчинами, которых интересуют порядочные женщины, а не гулящие.
– Таких мужчин в природе не бывает, – заявил младшенький Олег.
– Господа, пожалуйста, примите в расчет, что наши клиенты приезжают сюда с определенной целью – найти жену, – вклинилась я в разборку. – Если бы они нуждались в секс-услугах, то купили бы целевой тур куда-нибудь в Азию. Но они выбрали путешествие за невестой. И, преодолев тысячи километров, снимать проститутку на глазах двух сотен потенциальных избранниц, согласитесь, не шибко умно.
Братья синхронно кивнули и ненадолго погрузились в молчание.
– Может, разослать шалав по гостиницам? – предложил Олег. – Пусть выяснят, в каких номерах остановились американцы, и просто постучатся. В Москве вон так и делают. Обслуживание номеров по-русски!
Валентина Борисовна поперхнулась, но я пресекла ее возражения одним взглядом. Если братья выболтают нам свои замыслы, у нас появится шанец что-нибудь предпринять. Обратно изобретем контрмеры.