Страница 54 из 61
Чистая работа…
Посмотрел на всё ещё неподвижную сестру в метре позади меня. Выстрелил трупу в голову.
Они стоят позади двери, стало быть, если я позвоню им, то смогу выиграть доли секунды…
Однако, мой план провалился, поскольку чужой телефон, как и душа – потёмки. Оставалось лишь ждать момента, когда медлить станет уже невозможно. Тело до сих пор едва подвергалось координации.
–Забудь на время, хорошо? Потом поговорим, если захочешь, а сейчас…
Я наклонился ближе к уху сестры:
–… тебе есть о ком позаботиться.
Едва я закончил фразу, как в дверь постучали.
Дальше – как обычно. Две руки, пересечённые крестом – два пистолета, резкое открытие двери – четыре не очень точных выстрела, принятие положения сидя – ещё два, оглушающие звуки стрельбы. Я мысленно считал про себя количество истраченных впустую зарядов, но остановился, когда понял, что это отец и он не станет тратить заряды впустую. Решился выйти на открытое пространство.
Была – не была, уже всё равно…
Перебежал на подворачивающихся ногах из одного угла в другой, спрятался за поддерживающей колонной.
Восемь вышло.
Я расслабился и со звоном в ушах вышел из укрытия. Раздался ещё один хлопок. Плечо загорелось пламенем, но не настолько чувствительным, чтобы сбить меня с ног. Неповреждённой рукой поднял своё второе оружие.
Ах ты, предатель!
Отец сидел неподвижно с пустыми руками, не смея и пошевелиться. Он всегда считал свою жизнь дороже остальных и не скрывал этого. Поэтому ничего кроме сумасшедшей ярости в нём я не видел. Но и спустить курок тоже было невозможно. Только по одной причине – мне было жалко сестру, которая могла бы увидеть это.
–Значит так, у тебя два дня, чтобы уехать из страны. Сделаешь – прощу и не стану преследовать. Ослушаешься – пеняй на себя. Защитить тебя будет некому, а ты прекрасно знаешь, кто из нас сильнее. Исчезни навсегда!
Вернулся в зловещую комнату. Обратился к безымянной девочке:
–Помоги мне дотащить её до машины.
С удивлением вспомнил о необходимости забрать свои вещи. Отдал кейс ей же.
Я не чувствовал боли, хотя прекрасно понимал, что капающая на бетон кровь, помимо отличительного биохимического отпечатка для криминалистов означает то, что долгое время я не протяну, от того смело дотащил безвольную рыжеволосую девушку до второй открывшейся ключами охранника машины. Их и всего было две, но раз не везёт, то возмущаться совпадениям не имеет смысла… Сел за водительское сидение, предварительно оставив возможность для полиции изучить рацион моего питания прямо с асфальта.
Эх, а всё так хорошо начиналось.
Чья-то рука коснулась раненного плеча.
–Больно?
–Пока нет.
Кейс открылся. Нож быстрым движением приученной к работе с предметом руки отрезал рукав моей рубашки, после чего кусок ткани туго затянулся на ране.
–Спасибо.
Однако, это почти ничего не меняет. Нужно срочно найти место, где остановиться. Чёрт, кажется я уже где-то тут был.
Местность казалась определённо знакомой, впрочем, я мог и ошибаться, поскольку едва соображал от начавшей возвращаться боли из-за очень быстрого падения концентрации эндорфинов в мозге.
Глаза начали искать выход и обнаружили наличие системы GPS в автомобиле. Рука автоматически потянулась вбивать запрос, но, остановились на полпути, так как понятия не имели, что именно нужно спросить у программы. Ни одно платное пристанище не могло быть использовано, поскольку непременно возникнет вопрос почему постояльцы имеют такой вид. До дома, ставшего на время более безопасным, добираться было неимоверно долго. Я уже было начал склоняться к варианту проникнуть в чью-то квартиру и заставить случайных людей молчать, путём угроз и обещания денег, которых при себе не было ни копейки. Но необходимость возвращаться, чтобы обобрать трупы в поисках ценностей отпала. Девочка написала неизвестный мне адрес, после чего заставила проложить маршрут. Указанная точка располагалась на расстоянии в полтора километра от нас. Я задал немой вопрос.
–Это… мой дом.
Завёл мотор, сорвавшись на педали газа. Двигатель мощностью в чёртово количество лошадей без труда потянул свою нелёгкую ношу.
Когда мы подъехали, я едва удерживал руль на поворотах. Сестра немного пришла в себя, видимо решив последовать совету на время забыть и помогла мне выбраться, а, главное, подняться наверх по лестнице. Про то, как мне надо будет объяснять произошедшее начиная с пропажи девочки и кончая столь неожиданным прибытием я уже не думал, пустив от бессилия и апатии дело на самотёк.
Девочка постучала, после чего забрала оба пистолета у меня, но положив только одни из них в кейс. Второй остался в заметно дрожащих руках. Она закрыла глазок рукой, как только услышала шаги за дверью.
–Это я.
Дверь открылась, за ней стояла высокая худощавая женщина с тёмными пятнами синяков под просвечивающим от изношенности бывшей когда-то бархатной ткани халата. Повсюду в квартире горел яркий раздражающий свет. Появление дочери не произвело никакого впечатления на неё.
Даже не удивилась!
Мои ноги слегка подкосились, но я постарался ещё немного продержаться, чтобы не нагружать сестру и без того уже начавшую прогибаться.
–Отойди, пожалуйста.
Угрожая оружием и всё ещё держа нож при себе, девочка начала продвигать внутрь, пропуская меня. Закрыла дверь.
–Где ещё два ключа?
–Что? Кто это?..
–Где другие ключи от двери?!
Девочка получала в руки два дополнительных комплекта ключей, прятав их в карман. Снова протянула руку. Из ближайшей комнаты послышался протяжный и невнятный стон, больше похожий на цепочку бессмысленных ругательств, затем на пол упало что-то тяжёлое и определённо стеклянное. Девочка слегка вздрогнула плечами.
–Сотовый. Дай мне твой и его сотовые.
–Но…
–Быстро!
Она стояла, опустив голову, но туловище было крайне напряжённо. Рука с ножом ударилась в стену, войдя на долю сантиметра. Женщина, опешив, поспешила шарить по карманам.
Спустя ещё один протяжный стон два мобильных телефона исчезли в глубине джинсов девочки. Меня потащили вглубь квартиры, и я всё понял. От начала до конца.
Понял, почему она отобрала телефоны и перерезала кабель, питавший стационарную модель, понял, почему она стояла перед отворотом в комнату с доносившимися оттуда нечеловеческими речами, не решаясь ни пропустить нас, ни пройти самой. Понял, почему нашёл её тогда поздно ночью и почему не смог убить. Всё стало ясно как днём.
Девочка продолжала стаять в нерешимости сжимая рукоять и нервно поигрывая курком. Я положил окровавленную руку ей на плечо, спустился до запястья, после чего забрал пистолет подальше от её неверных решений. Она, приняв моё мнение, указала сестре путь, после чего сказала шёпотом что-то невообразимо жестокое, если судить по оборвавшемуся на четверти пути вдоху матери.
Ещё одна дверь захлопнулась, ещё одна преграда отделила её от внешнего мира.
Я медленно сползал на пол и только сейчас почувствовал, насколько сильно отличается воздух вблизи него от удушливого у потолка. Сестра остановилась на попытке решить, что лучше, поднять меня, или уже не трогать. Повернув голову, я заметил бутылку водки в руке девочки и, чтобы хоть немного разрядить обстановку, попытался пошутить.
–А ты жестоко поступаешь со мной вот этим.
Однако она не прореагировала на мою реплику, хотя и правильно связала обвинение с обеззараживанием раны алкогольным напитком приподняв бутылку. По одному только виду чувствовалось, что каждая минута тут обходилась ей в часы утекающей продолжительности жизни.
–У тебя есть суперклей?
–Да, кажется. Но зачем он сейчас?
Голос чем-то начал походить тот, каким она говорила со мной в первый раз, но я подумал, что ошибался. Какая-то новая нотка прослеживалась на ударных гласных.
–Нужен застывающий за секунды суперклей, моток бинтов и лейкопластырь, если такой имеется. Ну и таз, естественно.