Страница 22 из 81
Буало здоровой рукой поправил висевшую на перевязи шпагу, поплотнее прижал локоть к раненному боку, затем внимательно осмотрел просторный двор перед гостиницей. Двухколесного кабриолета на высоком ходу нигде не было видно и он с недоумением воззрился на продолжавшую приводить себя в порядок представительницу семьи д, Эстель.
— Простите, мадемуазель Сильвия, а на чем вы собираетесь покидать этот райский уголок? — спросил он.
— Месье Буало де Ростиньяк, с этого момента не забывайте прибавлять к моему имени фамилию нашего древнего рыцарского рода Эстель и приставку де. И учтите на будущее, что теперь мы с вами чужие люди, — холодно одернула его недавняя невеста.
— Покорнейше прошу меня простить, мадемуазель Сильвия… д, Эстель, — со скрытой усмешкой склонил голову собеседник. — Я постараюсь учесть ваше пожелание.
— В отношении моего кабриолета вы тоже можете не беспокоиться, я попросила своего конюха отогнать его за этот вонючий придорожный кабак, чтобы он не мозолил вам глаза.
— Чтобы вам легче было подсматривать за мной, — сообразил Буало. — Вот почему я не замечал шарабана во дворах харчевен, а видел его только в дороге, висящим на хвостах моих лошадей.
— Надо же мне было узнать про вас всю правду, любезный вы мой несостоявшийся суженый, — вскинув головку, с издевкой произнесла девушка.
— Но тогда это меняет дело, — повеселел кавалер. — Не удивлюсь, если кучер окажется заодно и вашим телохранителем, в крупном теле и при оружии.
— Вы попали в точку, защищать меня было кому всегда, — невеста вытащила из–за пояса перчатки, насмешливо махнула ими перед носом Буало. — Прощайте, мой дорогой бывший жених, я желаю вам доброго пути.
— Приятной дороги и вам, мадемуазель Сильвия д, Эстель.
Когда девушка зашла за угол здания, кавалер приподнял локоть и со вниманием обследовал рану на боку. Он решил, что ему тоже пора отправляться в путь и хотел убедиться, что царапина не представляет опасности. Но рана оказалась глубокой, острие шпаги порвало межреберную ткань, зацепив и саму кость. Боль усиливалась, заставляя кавалера клониться на сторону, пускаться в дорогу прямо сейчас было бы невозможным. Буало поморщился, поискал глазами хозяина корчмы, рана требовала основательной перевязки. Но пузатого человечка нигде не было видно, зато из–за угла появилась мадемуазель Сильвия. Вид у девушки был испуганно–растерянным, а ноги под платьем заплетались.
— Что–нибудь случилось? — натягивая на лицо бодрую улыбку, громко спросил кавалер
Немного помедлив, девушка все–же решилась поделиться мыслями со своим недавним женихом, с которым минуту назад рассталась навсегда. Все–таки здесь он был единственным человеком, которого она знала в лицо.
— Моего кабриолета нигде нет, — доставая из рукава кружевной платочек и поднося его к носу, с сожалением сказала она. — Я дала Жану наказ, чтобы он ждал меня в том месте, в котором я его оставила.
— Слуга исчез вместе с коляской?
— Его тоже не видно, под стеной строения лежит какой–то пьяный господин, здорово смахивающий на Жана. Но мне всегда претило подходить к пьяным людям.
— Постойте здесь, сейчас я посмотрю сам.
Кавалер обогнул гостиничное здание и на задней его стороне увидел приткнувшегося к стене мужчину крепкого телосложения. Кучера невесты он видел издали и мельком, но и этого оказалось достаточно, чтобы признать в лежащем на земле именно его. Он сразу понял, что возницу закололи ножом. Вокруг никого не было, день подходил к концу, в оконных стеклах окраинных домов города запылали языки пламени от закатного солнца. Стало ясно, что злоумышленники убили кучера девушки и присвоили кабриолет себе, угнав его в неизвестном направлении. На лице Буало надолго застыла странная ухмылка, размеренно потекли и мысли в позванивающей от пустоты голове. Наконец он покривился от сильной боли в боку, сменил ухмылку на вымученно — принужденную улыбку и принялся рассуждать сам с собой. Он думал так:
— Допустим, что купить новую повозку для меня не составит особого труда, но кто согласится сопровождать Сильвию до самого ее дома? Отпускать же сейчас девушку одну слишком опасно. Лично я возвращаться не желал бы, а если нанять провожатых, то еще неизвестно, как они себя поведут, ведь до ее поместья несколько дней пути. По всему видно, что во Франции назревает новый передел собственности, — кавалер покусал губы и снова задумался. Затем переступил с ноги на ногу и продолжил свои рассуждения. — Но узнав, что я отправился в Россию, Сильвия бросилась вслед за мной, тем самым выказав полное ко мне доверие. И хотя после ссоры мы стали друг другу никем, доверие можно попытаться заменить крепкой дружбой. А кто и когда в пути отказывался от надежного друга? К тому же, Сильвия всю жизнь грезила дальними дорогами, я уверен, что она отправилась бы со мной в Россию, не случись между нами глупой размолвки. И еще одно. Истеричное поведение моей невесты объясняется просто — какой девушке понравится, если ее суженный начнет шастать по ночным кабакам и спать с доступными женщинами. Значит, претензии ее ко мне были оправданы. А что она взбалмошная и в какой–то степени недалекая, то какая из дочерей состоятельных родителей, выросших в родовом замке с монашескими условиями воспитания, блистала умом? И когда? — Буало поднял голову, проводил взглядом стайку белых пушистых облаков, розовых по краям от лучей коснувшегося кромки горизонта солнца. И поставил в своих мыслях твердую точку. — В конце концов, если в драки придется ввязываться часто, то хоть будет кому перевязывать раны.
Он уже направлялся к оставленной им посередине гостиничного двора бывшей своей невесте, когда последняя светлая мысль принудила его со значением причмокнуть губами:
— Но все мои рассуждения перевешивает оказанное мне Сильвией доверие, его не купишь ни за какие деньги, не считая того, что она чертовски хороша собой, — словно убеждая самого себя в правильности сделанных выводов, бодро добавил он. — Ко всему, мы успели отъехать от дома несколько сотен лье, и тащить подружку обратно было бы слишком хлопотно. Значит, остается одно — уговорить ее отправиться в путешествие вместе со мной. Кстати, здесь тоже есть свои положительные качества, за долгую дорогу мы сумеем узнать друг о друге очень много. И уже по возвращении домой придти к окончательному выбору.
С этими словами кавалер отправился на встречу с девушкой. Увидев его, она повернула к нему капризное личико и воскликнула:
— Месье Буало, надеюсь, мой кучер жив, а кабриолет дожидается меня за углом этого прескверного сарая?
— Вы так мечтаете поскорее от меня отвязаться? — кавалер попытался непринужденной улыбкой размягчить сердце бывшей своей невесты, одновременно чувствуя, что боль в боку достигла наивысшей точки и его начинает пошатывать. — С вашей стороны было бы весьма несправедливо и даже жестоко бросать меня в одиночестве в этой воинственной глуши.
— Простите, но такого исхода дела вы пожелали сами, — небрежно отмахнулась она. — Но вы не ответили на мой вопрос.
— Вынужден вас разочаровать, мадемуазель, кучер убит, а кабриолет угнали в неизвестном направлении.
— И что же мне теперь делать! — в отчаянии воздела руки девушка. — Я здесь никого не знаю. Да и денег с собой захватила не так много.
— У вас всего один выход- отправляться со мной в путешествие, как вам посоветовала моя тетушка.
— Но месье Буало, вы собрались не к шведам, а в дремучую Россию. Туда я не поеду никогда!
Кавалер проглотил шершавый клубок в горле, ощутил вдруг, что начинает терять сознание. Машинально выставив ножны от шпаги вперед, он оперся рукой на эфес.
— Какая разница, в каком из направлений начинать путешествие, — с трудом пошевелил он непослушными губами. — Не пойдете же вы обратно пешком?
— Если дело обстоит так, как вы сказали, то с удовольствием, — бывшая невеста быстро наклонилась, сняла туфли и огляделась вокруг. — Кстати, вам я тоже посоветовала бы заскочить сначала к скандинавам, а уж потом отправляться в свою Россию.