Страница 59 из 71
— Да, я знаю, отец, но ведь на все воля Эллар…
— Конечно, моя милая, — улыбнулся Лагд и обнял ее, серьезное выражение тут же покинуло его лицо. — Прости меня за дурацкие советы — родителям ведь положено поучать детей, особенно, тех, которые так редко бывают дома. Ну а теперь, всем отдыхать!
Он шутливо подтолкнул Моав в сторону видневшейся в конце коридора винтовой лестницы. Взглянув еще раз на отца и почему-то растерявшегося Кравоя, эльфа быстро вбежала по ступенькам.
***
Комната Моав была самой светлой в замке. Она находилась на самом верху одной из башен. Расположенные по кругу окна позволяли на многие лиронги обозревать окрестности Рас-Сильвана, их стекла первыми во всем городе ловили лучи восходящего солнца и последними провожали его ко сну. Как таковой, двери в покоях старшей веллары не было — лестница заканчивалась на полу посреди комнаты и закрывалась деревянным люком. По всей комнате были разбросаны подушки, всевозможные покрывала — постель была далеко не единственным местом отдыха Йонсаволь. Но главное, что бросалось в глаза любому, вошедшему сюда — это были цветы! Они стояли повсюду — в горшках, кадках, коробках с землей и даже корзинках, наполненных дерном… Моав никогда не возвращалась из лесу с пустыми руками, она выкапывала все, что попадалось по пути, специально припасенной для этого лопаткой. Как ни странно, вырванное из привычной среды, ни одно из растений даже и не думало погибать — наоборот, в светлой, пронизанной солнцем башне они пышно разрастались, радуя эльфу пахучими цветами. В отсутствие Моав все домашние тщательно пеклись о ее питомцах, дабы ни один из них не успел заскучать по своей прелестной хозяйке.
Толкнув люк, Моав быстро вошла в комнату и окинула взором жилище. Лагд был прав — все как прежде, то есть в полном беспорядке… На столе как нельзя кстати стоял поднос с еще дымящимися блюдами — едва ли есть на свете кушанья вкуснее, чем съеденные после хорошей прогулки.
Закончив трапезу, эльфа уселась, подогнув ноги, на подушки и позвонила в колокольчик. На лестнице послышались шаги, в комнату тут же вошла миловидная девушка. Как и все слуги в замке, она была из людей — вечно нуждаясь в деньгах, они охотно шли на заработки в богатую столицу Эллар: за несколько лет службы в Рас-Сильване можно было скопить внушительную, по людским меркам, сумму, чтобы, имея хоть каплю хозяйственной хватки, прожить остаток жизни безбедно на собственной ферме. Присев в реверансе, горничная спросила:
— Что прикажете?
— Чаю и пирожных — на двоих.
— Слушаюсь…
Девушка присела еще раз и исчезла в люке. Через несколько минут она снова появилась, неся в руках поднос. На нем стоял чайник, две маленькие чашки и красивая голубая коробка с вензелем «А» на крышке, обозначающего лучшую в Рас-Сильване кондитерскую «Арамзи». Еще через малое время в люк тихо постучали — не выдержав даже короткой разлуки, Кравой явился в башню собственной персоной.
— Можно?.. — робко спросил он.
Моав заулыбалась.
— Конечно, заходи! Давай есть пирожные — на тебя как раз хватит!
Осчастливленный краантль присел рядом с ней на пол.
— Я так рада, что мы с тобой встретились! — с оживлением проговорила Моав.
Глаза солнечного эльфа просияли неподдельной радостью, по щекам разлился смуглый румянец — он с детства отличался свойством краснеть от малейшего смущения и всегда ужасно расстраивался по этому поводу.
— Да, нам действительно повезло! — искренне сказал он. — Я ведь сам только недавно приехал.
— А где ты был?
Лицо Кравоя резко стало серьезным.
— Я год был в затворничестве — меня отправили туда сразу после того, как солнце избрало меня.
Моав посмотрела на него с искренним сочувствием. Годичное обучение в одиночестве, о котором говорил молодой эльф, было обязательным для новоизбранного старшего жреца солнца: в отличие от старших велларов, чье звание передавалось по наследству, никто из краантль заранее не знал, кого изберет священное пламя, а потому, после того как выбор был сделан, новому жрецу приходилось совершенствовать знания в спешном порядке. С этой целью он отправлялся в уединенное место вдалеке от города, чтобы там добиться той концентрации внимания, которая необходима для обращения со столь могучей силой, как свет солнца. Считалось, что лишь полное удаление от обычной жизни, от друзей и родных могло привить этот навык, жизненно важный для старших жрецов, а через них — и для всего солнечного народа. Для привыкших к постоянному общению краантль это вынужденное одиночество было настоящим испытанием.
— Ну и как ты это пережил? — сочувственно спросила Моав.
— Да вроде нормально… Пещера, которую для меня выбрали, оказалась не самой ужасной. К тому же, я мог сколько угодно времени проводить на солнце — краантль ведь не могут без света. Тем более, надо было учиться работать с ним! Сначала было скучно, а потом я стал открывать для себя удивительные вещи, стал учиться сгущать солнечный свет — ты не представляешь, как это интересно!