Страница 13 из 18
Кай лишь кивнул, находясь ещё в странном состоянии невесомости и смотря затуманенными глазами на проплывающие деревья за окном машины.
Так они и ехали. Тоями постоянно останавливался, и теперь Кай уже знал, для чего. Он ждал этих остановок, его губы тянулись к таким требовательным губам, и тогда мир растворялся и исчезал. Затем Тоями ехал дальше, а Кай, как под кайфом, наблюдал за дорогой, внутренне желая, чтобы такие остановки были как можно чаще.
К обеду они доехали до трассы, проходящей по оберегу океана. Кай прильнул к окну. Тоями знал, что Кай очень хочет увидеть океан. Он прибавил газу, и в скором времени они съехали на специально оборудованную площадку со спуском к воде. Оставив машину на парковке, они пошли на грохот прибоя.
Сейчас был не сезон туристов. Ранняя весна несла с собой холодный ветер и штормовые волны, за грохотом которых сложно было разобрать даже слова друг друга. Но Кай хотел к воде. Ведь это сам океан, о котором он только читал и видел по телевизору! И вот - он перед ним.
Он ускорил шаг, даже порывы ветра и брызги волн его не остановили. Только сильные руки Тоями удержали на пирсе и не дали спуститься дальше.
– Не нужно ближе, волны слишком большие, – практически прокричал Тоями в его ухо.
Кай хотел к воде, но понимал неразумность этого желания. Он замер в объятиях, смотря на буйство стихии перед собой.
Они были одни на этом пирсе. В такую погоду здесь не было ни туристов, ни местных жителей. Только они и океан.
Тоями еще сильнее прижал его к себе.
– Тебе это нравится? – его горячее дыхание опять обожгло щёку.
– Да! – в пространство ответил Кай.
Так они и стояли, смотря на огромные волны, поднимающиеся из толщ воды свинцового цвета и разбивающиеся о волнорезы. Иногда порывы ветра окропляли их солёными брызгами.
– Я люблю тебя, – Тоями развернул лицо Кая и захватил его замёрзшие губы своими, горячими и нежными, – ты совсем замёрз.
Он стал целовать его под грохот волн и солёные брызги. Порывы ветра развевали их одежды, но они только плотнее прижимались друг другу, сохраняя тепло между ними и не отдавая его холодному пространству.
Потом он, взяв Кая за руку, повёл его обратно к машине, там, усадив на сиденье и сев сам, застегнул на нём ремень безопасности и, воспользовавшись этим, опять продолжил согревать его замёрзшие губы своим жаром и страстью.
***
Недалеко от пирса был придорожный ресторан с морской кухней, где они пообедали. Тоями рассказывал о разных морских деликатесах, как их готовят и какие они на вкус, а потом кормил с палочек ими Кая, который покорно открывал рот и пробовал. Каю даже казалось, что он чувствует их вкус - настолько красочно всё это расписывал Тоями, или, может, вкус вернулся к нему от того, что Тоями так хотел, чтобы он ощутил его.
И опять дорога, которая была так прекрасна, поскольку губы Тоями постоянно вырывали его из действительности и переносили в сказочный мир тепла и счастья.
В Токио они приехали уже ближе к вечеру. Огромный город встретил их огнями и суетой людей и машин. Но Каю казалось, что они одни. Для него только Тоями сейчас существовал в этом мире, и только он заполнял всё. Кай знал, что теперь он не один, что он нашёл того, кого так долго искал…
Комментарий к Глава 8
Стихотворение: Ки-Но Томонори
http://static.diary.ru/userdir/3/3/3/5/3335448/83362110.jpg
http://static.diary.ru/userdir/3/3/3/5/3335448/83882297.jpg
========== Глава 9 ==========
Тоями снял для них два отдельных номера в одной из лучших гостиниц Токио. Он не хотел смущать Кая и форсировать события. Проводив Кая до его номера, пошёл к себе.
Когда Тоями вернулся в номер Кая, он застал его растерянного, стоящего у невысокого столика с журналом в руках. Тоями, почувствовав неладное, быстро подошёл и понял, в чем причина такого отрешённого вида Кая.
Все глянцевые издания пестрили подробностями свадьбы молодого миллионера Уинфри и его прекрасной невесты Беатрис. Фотографии были красочные и подробные. Всё было заснято, начиная от торжественного входа невесты в кафедральный собор в невероятно красивом белом платье, шлейф которого несли несколько пажей, и заканчивая праздничным застольем, где невеста была уже в другом платье, не менее роскошном. Везде с фотографий смотрели счастливые глаза Беатрис и её, теперь уже, мужа.
Сначала Тоями огорчился, что не предвидел этого и позволил персоналу гостиницы оставить свежую прессу в номере Кая, но затем образумил себя, решив, что лучше пусть сейчас всё узнает. Всё равно бы узнал.
Тоями внимательно стал изучать лицо Кая, он хотел понять, насколько сильно это известие его задело.
– Ты ведь знал, что такое произойдёт? – Тоями продолжал смотреть на его растерянное лицо.
– Да, знал.
– Скажи, почему ты сам ей ничего не предложил? – Кай удивлённо посмотрел на Тоями, – я же видел, как она смотрела на тебя, как влюблённая кошка.
– Что я ей могу предложить? – Кай зло бросил журнал на стол, – ты знаешь всё о моей жизни… и что я ей дам? Полную неопределённость… Ей нужно то, что предложил ей он, – Кай подошёл к широкому подоконнику у окна и сел на него боком, подобрав ноги к груди и обхватив их руками, – С ним она будет жить той жизнью, которой достойна. Они будут ездить по всему миру, регулярно ходить на великосветские приёмы, встречи… У неё будет круг таких же, как она, жён миллионеров.
– Ты тоже не беден.
– Ты знаешь сам, я говорю не о деньгах, а о стабильности в жизни. С ним она станет блистать в самых элитных обществах всего мира. А что со мной? Ждать меня, гадать, вернусь я или нет? Ты думаешь, я готов был обречь её на такую жизнь? – Кай обернулся к окну и стал смотреть на огни ночного города.
– Ты её любишь?
– Не знаю… это всё сложно… я вообще не знаю, как это - любить по-настоящему, – он продолжал смотреть в окно, – У меня в жизни было много влюблённостей, но это всё, наверное, не любовь. Вот только один раз, впервые, когда я был совсем молодым, я встретил девушку и тогда, наверное, полюбил…
– И что было потом? – Тоями неслышно подошёл к сидящему на окне Каю.
– Потом меня отправили на три месяца в военный лагерь. Тогда я понял, что моя жизнь мне не принадлежит. Я больше её не видел. Я не хотел рушить её жизнь. Знаешь, со временем всё переболело…
– А Беатрис? Ты полюбил её?
– Это не совсем любовь… хотя… я ведь не знаю, что такое любовь. Но с Беатрис всё по-другому. Она мне очень нравится. Понимаешь, очень. И мне с ней хорошо. Но, наверное, это не любовь…
Тоями сел на подоконник перед Каем, он смотрел на его отрешённый взгляд в окно.
– А то, что между нами? Это тоже не любовь?
Кай вздрогнул, повернул голову и встретился с холодным блеском глаз Тоями. Он не смог вынести этого взгляда, закрыл глаза и откинул голову, оперевшись ей о косяк окна.
– Между нами не может быть любви.
– Почему?
– Мы мужчины…
– А если забыть о половых отличиях? Взять только ощущения, чувства, эмоции. Ты можешь хоть на секунду подумать о том, что я тебе сейчас сказал? Что ты чувствуешь?
Кай нервно сглотнул и закусил губу, его глаза были так же закрыты. Его голос прозвучал очень тихо:
– Мне хорошо с тобой.
Наступила тишина. Тоями хотел услышать большее, он замер, но не стал помогать ему. Он ждал, что тот скажет.
Кай вдохнул и уже твердым взглядом посмотрел в глаза Тоями.
– Но всё это неправильно. Так не должно быть.
– Но почему? – Тоями понимал, что Кай опять ускользает он него в свой кокон и отгораживается от всего, не пуская его, – Почему?
Взгляд Тоями скользнул на распахнутый ворот рубашки Кая, в вырезе которой поблескивал золотой крест на цепочке.
– Это из-за твоей веры?
– Да.
Тоями отрешённо сидел и смотрел на Кая, сейчас тот уже совершенно спокойно рассматривал город за стеклом окна.
Тоями протянул руку и прикоснулся к его ноге, провёл рукой по джинсам положил её на его колено, затем повёл обратно. Кай напрягся, посмотрел на него.