Страница 18 из 35
– Да, конечно, – растерянно произнес тот.
***
Дома Кай сразу приступил к учёбе. Так проще не дать ненужным мыслям лезть в голову.
Закончив один реферат, он отправил его через интернет. На другие уже не было времени. Нужно переодеваться к торжественному построению.
Вместе с Варфоломеем они доехали до плаца. Там уже толпились офицеры и выстраивались солдаты шеренгами. К такому случаю даже Себастьян со своими пришёл.
Основной офицерский состав стоял ближе к трибуне. При появлении Кая разговоры стихли, все повернулись в его сторону. Кай был в парадном мундире, темно-синем, с белой рубашкой, золотыми погонами, кокардой, аксельбантом, с парадной шашкой. Начищенные сапоги блестели на солнце. Ему очень шла фуражка с золотыми кантами.
Но всех поразило не это, а то, что вся его грудь была в медалях. Они ослепительно блестели на солнце и тихо позвякивали при каждом шаге. Не все его видели при полном параде. Никифор и его офицеры, застыв, смотрели на Кая. Даже всегда спокойный и невозмутимый Артём не сдержал возгласа удивления.
Кай, задумавшись о своём, прошёл к свободной перекладине перил и, облокотившись на неё, закурил. В его поведении не было ничего высокомерного или заносчивого. Он вёл себя как обычно, как всегда. Это ещё больше подкупало в нём.
Вокруг него столпились офицеры. Наконец, все обрели дар речи, начались шутки, дружеские расспросы. Разговаривая, Кай заметил на краю плаца пацанов с Себастьяном и Шером. Все их здесь считали изгоями, людьми второго сорта. С ними никто не общался, поэтому они держались обособленно. Каю никогда не нравилось такое отношение всех офицеров к ним.
Извинившись, он пошёл к штрафным, блистая на солнце орденами.
– К этим пошёл, – презрительно фыркнул Вьюгин.
– Они тоже люди, – спокойно ответил Торпедо.
– Сброд, уголовники, – Ивченко не разделял эту точку зрения.
Варфоломей сурово посмотрел на Ивченко, тот не стал больше развивать эту тему.
Себастьян не ожидал, что Кай к ним подойдёт. Ему в целом было совершенно фиолетово такое к себе отношение. Но демонстративный проход Кая через весь плац к ним, да ещё при полном параде, со всеми орденами, его тронул.
– Тебя можно поздравить с медалью,– Себастьян говорил искренне.
– Спасибо. Вот только сейчас торжественная часть часа на два будет, ненавижу всё это, – печально сказал Кай.
Они закурили, поговорили ещё обо всём, Кай поинтересовался, пригласили ли их на торжественный вечер в клуб. Себастьян подтвердил, что странно, но пригласили в приказном порядке.
Кай улыбнулся, явно батяня настоял, понимая, что Кая сильно заденет, если его друзья не будут приглашены.
Объявили о построении, Кай пошёл обратно, на ходу докуривая сигарету.
Торжественная часть была долгой и нудной. Оказалось, приехали высокие гости из России, они тоже присутствовали на награждении. Генерал из центра собственноручно вручал ордена и медали. Затем каждый из награжденных подходил к флагу, преклонял колено и целовал знамя.
Удивительно, насколько искренне это сделал Кай, когда он снял фуражку и преклонил колено перед знаменем.
Себастьян отвел взгляд в сторону, чтобы не заметили блеск влаги в его глазах. Шер глубоко вздохнул. Для них вообще не было ничего святого, но это почему-то их задело до глубины души.
Затем награждённые встали напротив трибун, и мимо них торжественным маршем прошли все взводы гарнизона.
***
После парада Каю не удалось уйти, за ним пришел Ивченко и ехидно сказал, что его ждут в штабе.
В кабинете у полковника, кроме него, были люди из центра.
Это были Джордан и его громилы. При виде них у Кая внутри всё похолодело – как он ненавидел тех, кто имел над ним власть!
Они попросили полковника оставить их наедине с Каем. Джордан и его люди были в штатском, в черных строгих костюмах с белыми рубашками и галстуками, как клоны, все одинаковые, как всегда. И, как всегда, с Джоданом были двое его основных подручных: Бык и Зубило, и ещё четыре человека не дюжего роста с лицами убийц.
Джордан издевательски улыбался.
– Здравствуй. Давно не виделись. Вот, решил навестить тебя здесь. Посмотреть на тебя, полюбоваться, – Джордан медленно обходил стоящего посреди кабинета Кая, рассматривая его, – хорошо выглядишь. Твоя работа пошла тебе на пользу, – все засмеялись, – садись, что стоишь? – он показал на стул.
– Ты сюда приехал, чтобы на меня посмотреть? – Кай присел на стул, держа в поле зрения Джордана.
– Да. Я же за тебя отвечаю. Вот, говорят, плохо себя ведёшь, дисциплина шатается у тебя, – сидя напротив Кая, Джордан закурил, – исчезаешь куда-то, нас в известность не ставишь. Думаешь, тебе всё позволено?
– Я выполняю свою работы, а в остальное время веду себя так, как считаю нужным.
– Может, ему ребра пересчитать? – с животной жестокостью предложил Бык, подходя и кладя руку на плечо Кая.
Кай резко дёрнулся и сбросил его руку, отпрыгнул к стене.
– Тихо, не трогайте его, – подняв руку, остановил всех Джордан, – красоту попортишь, – то ли о лице, то ли о парадной форме Кая сказал он.
– Что тебе нужно? – зло произнес Кай, держа взглядом Быка и Зубило на расстоянии от себя. Остальные стояли чуть вдали и наблюдали за происходящим.
– Чтобы ты вёл себя хорошо.
– Я буду вести себя так, как считаю нужным, понятно?!
Джордан опять поднял руку, видя порыв Быка и Зубило в сторону Кая.
– А ты стал ещё более дерзок, и мне это нравится, – говорил он сейчас спокойно, но от этого тихого голоса у других бы подкосились ноги от страха, – но хочу тебе напомнить, кто ты. Не заносись так высоко. Эти побрякушки на твоей груди ничего не значат. Помни, что тебе обещали: сначала похороны всех, кто тебе дорог, а потом работу в борделе с определенной направленностью. Ты прям создан для такой работы, – Джордан оценивающе рассматривал его.
– Да пошёл ты!
– Только не думай, что ты неприкасаемый.
– И что ты сделаешь? Убьёшь? Да мне пофиг, понимаешь?! Кто тогда работать будет, ты и твои отморозки?
Кай шагнул к выходу. На секунду Бык и Зубило встали перед ним, но потом отступили в стороны и пропустили его.
Кай вышел, его никто не задерживал более здесь.
– Герой! А ведь герой! – Джордан посмотрел на Зубило и Быка, – вот так нужно себя вести. Но это лирическое отступление. Пусть пока погеройствует, будет время - мы ещё им займемся. Поехали, что стоите, хочется скорее вернуться обратно из этого места.
Кай понимал всю безрассудность своего поступка и то, что там, в кабинете, он был полностью в их власти. Это они вершат его жизнь. Он полностью от них зависит. Он привязан накрепко обязательствами, и ему уже не вырваться из них никогда.
Думая обо всём этом, он, выходя из штаба на улицу, в дверях столкнулся с Шером, который уже шёл искать его в штабе.
– Ты чего такой?
Кай был бледный, глаза его горели, выглядел он странно.
Он молчал и невидящим взглядом смотрел на Шера.
– Так! Пойдём в машину, – Шер положил руку на его плечо и довёл до машины, которая стояла внизу у штаба.
– Что с ним? – Себастьян обернулся с переднего сиденья и смотрел то на Кая, то на Шера.
Кай откинулся на подголовник заднего сиденья. Сейчас он не мог говорить. Шер неопределённо пожал плечами.
К штабу подъехали три чёрных джипа. Из штаба вышли несколько человек в штатском и быстро сели в машины. По виду штатских Себастьян понял – один главный, все остальные - его шестёрки.
– Спасибо, что вы здесь оказались… не обижайтесь… но я ничего не буду говорить, – тихо сказал Кай, всё так же сидя с закрытыми глазами.
– Закурить хочешь? – не дождавшись ответа, Шер раскурил сигарету и протянул Каю, тот затянулся.
Немного придя в себя, проговорил:
– Поехали в дом культуры, там уже торжественный вечер начинается, нужно быть, – увидев обеспокоенное лицо Себастьяна, Кай продолжил, – всё нормально, честно, всё нормально… поехали, – и отвернулся к окну.