Роза пустыни

***

В одну из ночей он проснулся от шума в коридоре, прислушался: сначала был топот, потом грохот открывающихся дверей, затем явно различил голоса и, по отдельным брошенным фразам пробегающих мимо его дверей людей, понял, что во дворце переворот — заговор против Шейха Аршада.

Затем двери в коридоре стали открывать, его дверь тоже отперли. Внутрь заглянуло несколько человек, они одновременно кричали о том, что он свободен, что они убьют Аршада, и великий Али станет их правителем.

Кай специально отошёл вглубь своей темницы, чтобы его было плохо видно. Он изменил голос и с хрипотцой ответил на арабском о том, что он рад такому событию — приходу к власти великого Али.

Толпа стала продвигаться дальше, открывая все камеры. Кай догадался, что на этом этаже явно сидели политические заключённые. Как хорошо, что в панике никто не стал разбираться, кто он.

Он выбежал в коридор, пошёл на шум удаляющихся шагов, понимая, что там выход. По дороге забрал у мёртвого охранника меч, потом у ещё одного — пару кинжалов.

Вскоре он увидел по группе дерущихся людей в одном из коридоров, что бунтовщики одеты в черные халаты и шаровары, в отличие от стражи Шейха, которые были одеты в разноцветные, дорого расшитые халаты и такие же шаровары, заправленные в невысокие сапоги.

Кай благополучно обогнул группу дерущихся людей, затем проскользнул ещё мимо одних, потом ещё. Это была не его война, у него была цель бежать отсюда. Так, пользуясь ночью, тёмными нишами в проходах коридоров, он прошел в основной дворец.

В углу валялся раненый — это был человек из охраны Шейха, Кай увидел это по его одежде. Он подбежал к охраннику, несильно тряхнул и спросил, где площадка для вертолётов. Охранник сначала промолчал, но после очередного пинка решил не строить из себя героя. Он показал нужное направление. То, что площадка на одной из крыш этих построек, Кай понимал, а вот как туда пройти и не запутаться в этих коридорах — это было намного сложнее. Выяснив примерные ориентиры по ходу своего движения, он быстро пошёл в указанном направлении. По ходу движения он видел, даже в ночи, в тусклом освещении ламп и луны, проникающей на открытые трассы, что дворец огромен и роскошен. Кай постоянно заставлял себя идти, а не замирать перед очередным, открывающимся его взору, роскошным помещением.

По валяющимся на полу трупам Кай видел, что мятежники здесь уже побывали — наверное, искали самого Шейха.

Затем он услышал шум борьбы, звон металла, вскрики и, пробегая мимо очередной залы, увидел, что человек двадцать окружили Аршада и атакуют его со всех сторон. То, что это Аршад, Кай увидел сразу, тогда, на лошади, он хорошо его рассмотрел — высокий, лицо обрамлено тонкой линей бороды и усов, пылающий взор восточных миндалевидных глаз. Сейчас в них Кай не увидел испуг, только гнев и решимость, хотя силы его покидали — противников было слишком много.

Кай остановился, а затем, схватив второй меч у валяющегося мёртвого воина около его ног, бросился в гущу дерущихся. Мысль о том, что он пожалеет о своем поступке, промелькнула и исчезла, сейчас думать уже было некогда, нужно было спасть свою жизнь и жизнь Аршада, если он решил за него заступиться.

Нападающие от неожиданности пропустили несколько его ударов, благодаря этому он смог проникнуть в самую гущу боя. Он рубанул по животу мятежника с занесённым на него мечом и градом ударов обрушился ещё на троих, отодвигая их от Аршада, давая тем самым ему миг передышки.

Глаза Аршада расширились, сначала он не узнал его. Было видно, что о его существовании Шейх давно забыл, потом их взгляды встретились, и Аршад вспомнил того заморыша у самолёта по блеску зелёных изумрудов его глаз.

Когда Кай в очередной раз отбросил от Аршада двух нападавших, Шейх увидел его намерения, и теперь они дрались вместе, плечом к плечу, прикрывая друг друга и отражая удары. По технике боя, да и по свежести силы Кай преобладал. Аршад уже устал, хотя и держался, не показывая этого. Но Кай видел это и постоянно оказывался рядом в нужный момент, отбивая направленные на Шейха удары.

Потом к ним пришла подмога, это было понятно по дорогой одежде вбежавших воинов и по Гифару, который бежал впереди них.

Гифар моментально оценил, что здесь происходит, увидев Кая и Аршада, дерущихся в центре, а вокруг них — нападающих мятежников.

Гифар стал пробиваться к ним. За время боя Кай видел, что мятежники всё прибывают и прибывают, и на одного убитого или раненого ими идут два или три новых. С таким раскладом они долго не продержались бы. Поэтому приход Гифара, который проложил себе путь к Аршаду и Каю и встал рядом с ними, был как нельзя кстати. Теперь их было трое, и они по кругу держали оборону. Гифар так же, как и Кай, постоянно прикрывал Аршада от ударов. Гифар видел, как дерётся Кай, и видел его постоянные попытки убрать от Аршада противников. Глаза Гифара и Кая встретились, Кай прочёл в них удивление, но затем мужчины переключились на нападающих.

Кай, видя, что Аршад уже едва держится, стал наседать на нескольких противников, вытесняя их всё дальше и дальше. Гифар понял его план. Потом прибежали еще воины Гифара, и после непродолжительного боя и явного перевеса в силе на стороне Аршада, противник сдался. Те, кто был ещё жив, побросали мечи.

Кай, рубанув по очередному нападавшему на него, увидел, что более никого нет, и обернулся. Сзади него стоял Аршад в окружении своей охраны, с ним рядом Максуд, — когда он подоспел, Кай не видел. Правее стоял Гифар. У Кая были два окровавленных меча в руках. Все замерли. Кай разжал пальцы, мечи выскользнули из рук на пол. Больше оружия при нём не было, кинжалы он давно пустил в ход.

Аршад что-то сказал Максуду, который, махнув рукой своим слугам, подошёл к Каю.

— Пойдём со мной, — дружелюбным тоном произнес он.

Кай пошёл, а что теперь ему оставалось делать? Вместо своего побега он занялся спасением, и вот результат — время упущено, уже не сбежать. После такого активного боя и схлынувшего адреналина он чувствовал, что устал, его пошатывало и хотелось просто прилечь. Сейчас ему было уже не важно, какова его дальнейшая судьба. Одно его порадовало, что его не ведут обратно в камеру, судя по другому направлению их движения. Миновав несколько коридоров и лестниц, они зашли в комнату, достаточно просторную, с коврами и интерьером скромной роскоши востока.

— Отдыхай, наш загадочный друг, завтра я приду за тобой, — Максуд учтиво поклонился и вышел. За ним закрылась дверь и щёлкнул засов. Кай бросил взгляд на окна, на них была красивая кованая решётка. Он обошел своё новое помещение, увидел, что ещё одна дверь ведет в ванну с чистыми полотенцами, развешенными на крючках. Но сейчас лезть мыться не было сил. Он доплёлся до кровати и лёг прямо на покрывало. За всё это время это была настоящая кровать, а не сложенный парашют на полу самолёта и не деревянные доски в виде настила в его камере — это была именно кровать: мягкая, чистая и душистая. Ощутив это всем телом, он моментально заснул.

Проснулся поздно, судя по лучам солнца и часам на стене, показывающим час дня. Огляделся. Да, это явно не покои Аршада, которые он видел вчера, проходя по дворцу, где роскошь и изобилие поражало взгляд, но, в целом, это была богато обставленная комната в восточном стиле. На кресле он увидел одежду: светлые шаровары и такой же светлый халат из дорогой ткани. Кай вспомнил о душе, увиденном вчера. Вот сейчас он уже ни о чём более думать не мог. Ему не важна была его неясная судьба и вообще всё, что произошло. У него было одно желание — встать под струи тёплой воды и всё с себя смыть. Он схватил одежду, понимая, что после надеть свою, пропитанную потом, грязью и кровью вчерашних врагов он уже не сможет. Кай зашёл ванну. Ощутив воду на своём теле, он понял, в чём счастье.

Наверное, он час стоял под душем. Там было предостаточно баночек с гелями и шампунями, которые он на себя лил и потом тёр себя мочалкой. Казалось, такой слой грязи нереально смыть. Наконец с усилием воли закрыл воду и завернулся в огромное мягкое полотенце.