Роза пустыни

Максуд поклонился Каю, он его не видел сутки и уже соскучился. Максуд ещё раз убедился, что не наговаривает на себя и прав в том, что его пленник уникален.

Он завел светскую беседу на тему природы-погоды, подводя Кая к одной из ванн.

— Эта ванна для тебя, тебе понравится.

Кай понимал, что глупо сопротивляться — в ванне, если нужно, его всё равно замочат, хочет он этого или нет. Так зачем разыгрывать спектакль? Он посмотрел на Максуда.

— Я отвернусь, — Максуд уловил смущение в его взгляде.

Кай разделся и залез в ванну. Всё это Максуд наблюдал в зеркале напротив него. Ничего нового он для себя не открыл, просто ещё раз убедился, что без одежды этот юноша прекрасен.

В ванной были налиты смеси разных настоек и даже масел. Каю понравилось в ней лежать.

Максуд сидел рядом и продолжал развлекать его разговорами обо всём. Затем Каю принесли бокал, он, не задумываясь, выпил и почувствовал, что это лёгкий наркотик. Тело стало невесомым, мир расцвел радужными цветами. В сознании образовалась лёгкость и пустота. Он уже не сопротивлялся, а, главное, не задавал больше вопросов, когда из одной ванной его переместили в другую, потом обернули в халат, посадили в кресло, где привели в порядок его руки и ноги, потом опять замочили в ванной, потом — массаж, за которым он погрузился в сон.

Проснулся он в большой беседке в сказочном саду. Вокруг он видел кусты роз, которые источали нежный аромат, в ветках деревьев щебетали птицы. Наверное, так выглядит рай, думал Кай, приходя в себя от действия наркотика. Он лежал в шароварах, накрытый легким покрывалом, на мягком матрасе, окруженный многочисленными подушечками.

За ним опять пришли слуга и охрана. Слуга помог надеть халат и подвязать его поясом, Кая повели по красивым дорожкам сада к другой беседке, там был накрыт стол, за ним уже сидел Максуд, который предложил пообедать вместе.

Максуд опять вёл светскую беседу обо всём. Кай, как разведчик, догадывался о суть всего происходящего. По разным блюдам, подаваемым ему за столом, Максуд пытался понять знание его этикета и поведения в обществе. По невзначай брошенным фразам и вопросам — его уровень образования. Поскольку у Кая не было плана делать из себя деревенщину, экзамен Максуда он выдержал с достоинством. Он это видел по его восхищённым глазам.

— Почему ты так мало ешь? — Максуда беспокоила эта проблема. По сравнению с наложницами, за которых отвечал Максуд, Кай именно мало ел, а те красотки просто жрали, и их ещё приходилось ограничивать в еде, сохраняя их фигуры.

— У меня проблемы с едой, я не чувствую её вкуса, это нервное, — Кай решил сразу об этом предупредить. Ему уже надоели столы, ломящиеся от еды

— Разреши, тебя осмотрит доктор.

Кай кивнул, опять понимая, что в его положении лучше согласиться.

— Может, всё-таки есть что-то из еды, что ты любишь?

— Рыбу и овощи.

— Аскетическое питание истинного воина, — Максуд опять улыбнулся, — из напитков, я понял, тебе нравится вино?

— Да, красное.

Максуд опять заулыбался, вспоминая о полностью выпитых кувшинах с вином. Затем он махнул рукой. Каю налили бокал вина. Он отпил. Посмотрел на Максуда и назвал марку вина.

— Я сдал твой экзамен?

— Да, сдал. То, что ты неглуп, я вижу. Прости меня, но я должен знать, насколько широки твои знания.

— В этикете, образовании…

— Да. Ты меня раскусил.

— Мог бы просто спросить.

— Если ты даже имени своего не говоришь, как я мог рассчитывать, что в этом ты признаешься?

Кай знал, что Максуд прав — он не обижался на него за такое тестирование.

— Меня всегда будут спаивать перед ваннами?

— Разве тебе это не было приятно? Хорошо, если ты спокойно будешь ко всему относиться, тебя не будут спаивать. Договорились?

Кай улыбнулся и кивнул головой.

— Может, у тебя есть ко мне просьбы, пожелания?

Кай задумался, посмотрел на Максуда.

— А почитать есть что-нибудь?

Максуд удивленно приподнял бровь.

— Что, ты хочешь почитать? — потом задумался, — давай сделаем так, пойдём сейчас в библиотеку, и ты сам выберешь всё, что тебе понравится.

Кай кивнул.

После прохождения сказочных залов, лестниц и коридоров, они очутились в огромном помещении, до потолка заполненном книгами. В этой библиотеке книг были тысячи, и, быстро проходя мимо них и пробегаясь по корешкам названий, Кай видел, что это уникальные книги. Он забыл обо всём, читал вслух названия на арабском, английском, французском, немецком, испанском, японском... Забравшись на лестницу, выбрал три книги и, подойдя к Максуду, увидел, что тот "завис".

— Максуд, я выбрал, но я быстро читаю, а здесь ещё столько всего! Можно завтра ещё сюда попасть?

Максуд молчал, взял у Кая книги, совершенно отстранённо посмотрел на них. Одна на японском, иероглифы какие-то, но, видно, — старая, историческая. Вторя — на немецком, третья — на латыни.

Максуд опять завис, потом вдохнул воздух.

— Давай сделаем так. Ты располагайся здесь, — он показал на стол с креслом в центре библиотеке, — читай, охрана на выходе, если что нужно, ты их позови. Вечером они отведут тебя ужинать. А завтра,.. — Максуд уже пришёл в себя и лукаво улыбнулся, — сначала все процедуры для красоты, а потом читай, сколько хочешь. Хорошо?

— Договорились. Спасибо.

Кай пошёл к столу и уже через секунду углубился в чтение книги

Максуд заставил себя выйти из библиотеки, осознавая, что вот такого он вообще не ожидал. Да, он видел, что пленник с хорошими манерами, прекрасно держится за столом, разговаривает на любые темы — то есть он образован и воспитан, но при всех этих плюсах было ещё и знание стольких языков, а, главное, — такая страсть к книгам.

Он сведёт Аршада с ума, Максуд это понимал уже сейчас. Аршад не устоит, да и возможно ли, да и зачем?

Максуд знал, что завтра ему опять придётся опоить Кая, чтобы врач осмотрел его и взял все анализы. Ему нужно всё знать о нём.

Всё!

***

На следующий день после всех уже плановых процедур, как Кай мысленно для себя называл замачиванием в ванной, поскольку его перемещали из одной ванны в другую с разными наполнителями, включая масла и еще разные пахучие жидкости. После всего этого он доверчиво выпил принесённого вина, помня слова Максуда, что больше не будет наркотиков, и почувствовал, что погружается в сон.

Очнулся опять в беседке в саду. Ощущения были странные, всё тело чуть покалывало и зудело. Он проверил рукой по себе и сразу вскочил, скинул покрывало и посмотрев на себя, лежащего нагого, накрытого лишь покрывалом. Кай с ужасом увидел, что его и так редкая растительность на теле полностью удалена, причем везде, даже там, в самых интимных местах. Он провёл там рукой и ощутил, что не ошибся, там всё было гладко и мягко. Затем прикоснулся к лицу. У него и так особо не росло ничего на лице, но теперь он понял — уже и не вырастет. И это вряд ли временная эпиляция. Это лазер или ещё что посовременней, он слышал о таком, после чего волосы вообще не растут, об этом он случайно узнал от очередной подружки Прохора, которая громко делилась с этими чудесами прогресса по телефону со своей болтливой подругой.

Кай сидел, завернутый в покрывало, и не знал, стоит ли расстраиваться из-за этого. Когда твоя жизнь вообще находится в неопределенном состоянии и непонятно, останешься ли ты жив или нет, стоит ли огорчаться об отсутствии волос на теле? Насчёт Аршада он не идеализировал, даже несмотря на то, что он спас его жизнь, Аршад не обязан сохранить его жизнь. Это же не кино про благородных принцев — это жизнь, политика, война. И Аршад поступит с ним именно так, как ему будет выгодно. Тем более, он ещё и не знает пока, кто он, а, когда узнает, что русский, может и банде Махмуда отдать ради выгодной сделки. Поэтому печаль о потерянной растительности перешла в общие мысли о полной неопределённости в его жизни.

В таком грустном состоянии Максуд застал Кая. В отличие от него, у Максуда было прекрасное настроение, врачи подтвердили, что Кай никогда не спал с мужчинами, что он нетронут, а анализы показали, что он полностью здоров.

Конец ознакомительного фрагмента.