Страница 106 из 117
Альковы гомосексуалистов
ложное, неоднозначное и до сих пор еще, несмотря на многочисленные публикации, плохо изученное явление — гомосексуализм! Мы знаем одно: гомосексуалисты были, есть и всегда будут. И абсолютно не важно, хорошо или плохо к ним данная эпоха относилась. Словом, режь меня, бей меня или по головке гладь, но если я гомосексуалист, я им и буду, и никакие пристыживания меня, ни лечение мне не помогут, ну, может, за исключением спасительного гипноза, коим-то гипнозом наш Григорий Распутин от бисексуализма своего убийцу князя Юсупова лечил.
Да, приходится нам, дорогой читатель, с грустью констатировать, что всемирный гомосексуализм во все времена и народы существовал, как и самая древняя профессия мира. И испорченность нравов тут, оказывается, ни при чем! Просто у гомосексуалистов их нетрадиционный секс связан с генетическим предрасположением и заложен, так сказать, с молоком матери. Только одни развивают эту наклонность, другие, следуя общественному понятию о стыдливости и даже порочности этого явления, ее гасят, третьи превращаются в бисексуалистов, то есть могут и с мужчинами и с женщинами иметь половые связи.
Могут-то они, конечно, могут, но на психике это отражается, конечно! Все-то их мучит. То противоестественный инстинкт им покою не дает, то их общественное мнение клеймит позором и уставами уголовных законов, в которых никакой определенности нет. В Древнем Риме и Древней Греции на гомосексуальные связи сквозь пальцы смотрели, и половые связи с мальчиками были там так же распространены, как и с девочками. Правда, только до времен Юлия, ибо его закон уже осуждал на смертную казнь не только прелюбодея, но всякого мужчину, предающегося половым извращениям с другим мужчиной. В зависимости от этих извращений и появилось такое определение, как содомия, или, иначе, скотоложство.
Короли тоже люди, конечно, среди них встречались гомосексуалисты разных «мастей». Не так уж много, но были. И если, следуя мнению ученых восемнадцатого века, гомосексуализм — порочен, то других сексуальных пороков мы у королей не наблюдаем. Коротко — содомистов среди них не было.
Но это странное явление существует, конечно, в жизни, как бы мы ни старались замять или затушевать сей прискорбный факт. «Содомия, как известно, вовсе не редкость в коровниках и конюшнях. Иногда содомия совершается также с козами, суками и даже с курами. Содомия у женщин чаще ограничивается половым сном с собаками, но иногда происходит реально. В Париже одна женщина за входную плату в десять франков занималась перед тесным кружком развратников тем, что давала себя употребить бульдогу»[145], — информирует сексопатолог Крафт Эбинг.
Ученый приводит примеры такого нетипичного секса с лошадьми и даже с птицами по причине маленьких или, наоборот, больших органов мужчины. Конечно, посмеяться можно, когда в суде на вопрос судьи, почему обвиняемый занимался таким постыдным делом, как насиловал гусей своего соседа, тот отвечал: «Господь бог наградил меня таким маленьким членом, что ни с одной женщиной я был не в состоянии справиться».
Любопытные строки мы прочли у ученого-сексопатолога XVIII века Герцеги. Цитируем: «Во Франции мужеложство, а также скотоложство не преследуется, если оно совершается с обоюдного согласия»[146].
То есть по Герцеги выходит: если какая старая дева захочет, к примеру, сексуально пообщаться со своей любимой собачкой, она должна «впервь» получить ее на то согласие — иначе грех смертный и закон на страже стоит. Ну, скажем, разденется дамулька, влюбленными глазками на своего кобелька взглянет и ласково так осведомится: «Ну что, миленький, согласен ли ты немножко любовью со мной заняться?» И если кобелек даст ясный и вразумительный ответ согласия — все будет совершаться без нарушения законности. Каким образом — дать вразумительный ответ? О, это уже другой вопрос. И это уже закона не касается. Как хотите, так и выходите из положения, но чтобы без насилия. Ну протявкает, скажем, собачонка три раза, что на условном языке будет означать ее согласие. Ну а два раза — это несогласие, конечно. И если какой стражник нравов ее в суд потянет за гиперпарестезию, то есть за слишком экстремальное половое извращение, — ничего такой дамульке не будет. Она как дважды два докажет, что кобелек свое согласие на акт любви выразил, протявкал три раза, «соседи слышали». Но не дай нам боже, если под каким-нибудь слишком страстным драгуном, имеющим несчастье родиться с естеством такого размера, что ни одна женщина с ним справиться не может, кобыла начнет фыркать и копытами бить, явно выражая свое неодобрение сексуальному акту, — вот такого драгуна можно живо упечь в тюрьму на несколько лет, поскольку одобрения скотинки не было, а было насилие, в противном случае она стояла бы молча и мордой и хвостом радостно помахивала.
Словом, казуистика едина с этой самой парестезией, то есть извращением полового акта, и законы и дефиниции этого закона совершенно бессильны и несостоятельны. Недавно в польском сейме был принят закон о запрете на порнографию. Закон, конечно, правильный, поскольку на нас отовсюду прет такой дикий секс, что жить ни взрослому человеку, ни ребенку не хочется. Совсем интимность из домов и алькова вышибли. Но господа сенаторы никак не могли разгрызть вопрос: а что такое порнография вообще-то! И решили: порнография, это когда совокупляются половым путем с явной обнаженной видимостью половых органов. Значит, когда в ночном телевизионном «Плейбое» так чудесно красиво дамы и мужчины обнажаются и совершают такие красивые и почти бестелесные половые акты, это не порнография. Тут на видимое обозрение половые естества с их неэстетичной анатомией не выставлены. Мы, дорогие читатели, считаем, что всякий запрет родит «запретный» плод, который ох как сладок, но во имя ограничения истинного половодья дешевого, несмачного, халтурного секса со всех сторон надо бы немного к нему с уважением отнестись и не делать так безобразно визуально доступным. А то, того и гляди, не захочется женщинам и мужчинам вообще им заниматься.
Английский закон был более ортодоксален, чем немецкий, в отношении половых связей. Там должна быть соблюдена известная позиция при совершении соития. То есть традиционно, только спереди. И многие неверные жены, по утверждению писателя Брантома, этим законом злоупотребляли. Они своим мужьям, намеревшимся с ними развод брать, говорили следующее: «А я скажу священнику, что ты меня сзади берешь».
Но то, что в Европе порочным было, являлось обычным делом в африканских племенах. Там очень долгое время другой позиции, как только сзади, не знали, и съеденный дикарями мореплаватель Кук, о котором Высоцкий песенку распевал, очень восхищался такой естественной безнравственностью половых сношений дикарей, объясняя это наследованием половой жизни зверей. Хотя «чистая половая связь зверей» далеко не так чиста, как нам представляется. И они, эти зверюги, занимаются, оказывается, нетрадиционным сексом. И у них, этих зверюг, половые извращения наблюдаются, а уж мастурбация и онанизм на каждом шагу. Мы об этом уже вспоминали.
Со времен Онана это явление пошло, но отношение к нему в разные эпохи самое разное. Онан в знак протеста отцу, женившему его на жене своего брата и требовавшему рождения детишек, начал сознательно семя «извергать в землю», и пошел онанизм, раньше считаемый за источник распространения такой страшной болезни, как размягчение мозга. Мамаши своим отпрыскам ручки на ночь завязывали, чтобы они не дай бог своим «естеством» потихоньку не играли, как это дети часто делают, и ничего порочащего в этих практиках великий Зигмунд Фрейд не увидел, а сейчас, наоборот, наука дошла даже до того, что явно рекомендует это «самоласкание» и мужчинам и женщинам. Словом, особи, изнемогающие без секса и вот-вот в психопатизм могущие удариться, наслаждайте себя как только можете. Ручками ли, свечками ли, каким овощем ли — бананом или огурцом, но только не страдайте от недостатка любовных утех. А кто побогаче, заходите в секс-шопы — и там выбирайте на любой вкус и выбор: или куклу надувную с полуоткрытым глупым ротиком, или вибратор какой, или замечательный фаллос гладиатора.
145
Крафт Эбинг. «Половая психопатия». Харьков, 1887, с. 117.
146
Герцеги. «Половая психопатия». Спб., 1906, с. 197.