Страница 9 из 50
7.
Покинув место свидания с Битси, Папочкой, дядюшкой Джимом, дядюшкой Питом, Гарри и Ларри, капитан больше всего беспокоился о том, что его макет театра боевых действий не перенесен из спальни в кабинет. Он бегом пролетел расстояние от Фарм-стрит до Чарльз-стрит и пулей взлетел по лестнице.
- Ивонна! - закричал он, врываясь в спальню.
- Тебя уже сажают в тюрьму? - отозвалась она, лежа голой поверх покрывала. Ее саксофон лежал рядом.
- Да нет же, нет! Я совсем забыл за этой нервотрепкой, что через сорок шесть секунд сюда придет капитан второго ранга Фудзикава.
- Фудзикава?
- Да. Он впервые приезжает в Лондон. И у меня нет времени перетаскивать макет отсюда вниз. Боюсь, что тебе придется срочно одеться и прибраться в комнате, пока я задержу его внизу.
- Но что тебе сказали твоя жена и её семейка?
- Я тебе потом все расскажу, дорогая, когда уйдет Фудзикава.
Внизу позвонили. Капитан вылетел из комнаты, а Ивонна из постели. Капитан был уже внизу, когда Майкл открывал дверь. Он кивнул низкорослому симпатичному мужчине одного с ним возраста.
- Какое счастье наконец встретиться с вами! - провозгласил капитан.
- О, нет! Что вы! Это я так счастлив быть приглашенным в ваш дом, что у меня дрожат ноги! - японец говорил по-английски с произношением, пожалуй, даже лучше, чем у капитана.
- Проходите, - капитан провел его в кабинет, - Виски?
- Буду очень признателен!
- Садитесь, пожалуйста, Сколько времени вы пробудете в Англии? Что привело вас сюда? Как прошло ваше путешествие?
Капитан наполнил два стакана и они чокнулись.
- За Императорский флот! - провозгласил капитан.
- За флот Ее Величества! - улыбнулся японец, - В Англии я пробуду всего три дня. Семейные дела. Прекрасное путешествие.
После второго стакана Фудзикава извинился за то, что его визит в Лондон расписан по минутам, он был очень счастлив познакомиться с капитаном Хантингтоном, но сейчас ему пора спешить на новую встречу - что-то там связанное с электроникой. Может ли капитан представить себе что-либо более скучное, чем ужин, за которым будут вестись разговоры об электронике?
- Нет, - честно признался капитан.
- Вот именно, - заключил Фудзикава, вставая.
- О, Боже! Вы должны обязательно увидеть мой макет, прежде чем уйдете!
- Макет?
- А разве у вас нет такого? Значит, это мое секретное оружие. С его помощью я выиграл у вас за восемь лет на одно сражение больше.
- Что вы говорите? Я должен его увидеть!
Они поднялись наверх. Спальня была тщательно прибрана, кровать заправлена, а в центре комнаты стоял макет ТВД на Тихом океане размером три на девять футов. Он изображал весь Тихий океан, со всеми островами и побережьем Северной и Южной Америки, Австралии и Азии. Капитан второго ранга Фудзикава смотрел на макет с восхищением. Он подошел к нему и взял в руки модель легкого крейсера класса "Обитци", занимавшего свое место в боевом ордере главных сил японского флота.
- О Господи! - произнес он благоговейно, - Ведь это же мой корабль!
Капитан подтвердил это.
- Я очень сожалею, что мне пришлось потопить его в сражении в Коралловом море.
- Вы были великолепны в этом сражении! Я даже не понимаю, почему получилось так много совпадений с настоящей битвой.
- Да, в морском бою бывает всякое.
- Но как великолепно вы использовали свою авиацию!
- Спасибо. Но больше всего я хотел бы быть автором вашего блистательного маневра у атолла Уэйк!
- На меня произвел неизгладимое впечатление ваш макет, и я предупреждаю вас, капитан, что, приехав в Токио, закажу себе точно такой же, - японец посмотрел на часы, - но какая жалость! Мне пора.
Они пожали друг другу руки у выхода. Капитан махал рукой, пока машина не скрылась из виду.
Ивонна окликнула его из кабинета. Он с облегчением закрыл входную дверь и поднялся к ней.
- Что ты делаешь? - спросил он.
- Я хотела убедиться, что он ушел.
- Замечательный человек, - он обнял её за плечи и повел в спальню, где они сразу же начали раздеваться.
- Он был особенно восхищен моей тактикой в Коралловом море.
- Что ты заладил, как попугай?
- Я? Попугай?
- Ты можешь, наконец, сказать, о чем говорили с тобой твоя жена и её родственники?
Ивонна уже совсем разделась и помогала ему расстегивать рубашку.
- Она хочет развестись. И все они хотят этого.
- Колин! Какой ужас! Ты, конечно же, не дал согласия?
- Это ещё не все. Они требуют, чтобы я отдал им дом на Фарм-стрит, Розенарру и половину виноторговой фирмы, которые, как ты уже знаешь, я успел проиграть Брайсону.
- О Боже! - вздохнула она, снимая с него брюки и подталкивая к необъятной постели.
Через полчаса капитан отвалился от Ивонны.
- Все бесполезно, дорогая, - сказал он, вздохнув.
- Надо попробовать еще, прежде чем заявлять это, Колин, - возразила она, тяжело дыша, - ты бросаешь меня в состоянии натянутой струны.
Ивонна села на постели. У неё была великолепная грудь - две клубники на идеальных молочно-белых полушариях, стоящих параллельно линии горизонта. Говорила она с сильным марсельским акцентом.
Капитан уставился в потолок. Лицо его было мрачно.
- Я, кажется, теряю все на свете, - грустно сказал он, - эта проклятая семейка отняла у меня не только жену, собственность, свободу, но и эрекцию.
- Ты был запрограммирован на все это. Как компьютер. Не волнуйся может, все ещё обойдется.
Капитан встал и завернулся в простыню, став похожим на римского патриция. Подойдя к макету ТВД, он уставился на участок Кораллового моря.
- Мне жалко мою жену, - сказал он, - я готов потерять все, но только не её.
- Ты врешь!
Он воспрянул.
- Я боготворю ее!
- Прекрасно! Продолжай в том же духе. Но любовь и обожествление ещё не одно и то же. Ты можешь до посинения говорить о том, как ты её боготворишь, но любишь-то ты меня - не так ли, cherie? *
Он продолжал рассматривать макет.
- Это было великолепное сражение! Битва в Коралловом море была первой, где авианосцы сражались против авианосцев. Капитан второго ранга Фудзикава утверждал, что американцы победили только потому, что раскрыли тайну японских секретных кодов и знали все их планы заранее. Я предложил ему переиграть заново все сражения на его условиях, причем у меня оставались только "Йорктаун" и "Лексингтон", да ещё три крейсера. Я поклялся, что победа будет за мной.