Страница 119 из 169
Выяснив, где находится гимназия, в которой учился в первых классах будущий автор "Тихого Дона", естественно, захотелось узнать, где он жил тогда. Отец писателя, уехав на Дон, где-то поблизости от гимназии должен был поселить малолетнего сына. Но где?
На этот вопрос никто, кроме Михаила Александровича, очевидно, ответить не мог бы. Вот почему я написал письмо в Вешенскую с несколькими вопросами. И первый из них был такой: "Где жил в Москве гимназист Михаил Шолохов?" Попросил помочь мне в поиске дочь писателя - Марию Михайловну, живущую в Москве, и она, отправляясь в 1982 году в Вешенскую, пообещала навести интересующие меня справки у отца. В ожидании прошло несколько месяцев.
Вернувшись из Вешенской, М. А. Шолохова привезла долгожданный ответ отца: "Жил тогда на Плющихе, в Долгом переулке..."
Был у меня и другой вопрос, относящийся к годам пребывания М. А. Шолохова в Москве в начале 20-х годов. Тогда он приехал в Москву, чтобы продолжить образование. За плечами его было всего четыре класса гимназии. Остальные классы Михаил Шолохов проходил, участвуя в установлении советской власти, в гражданской войне на Дону. "С 1920 года служил и мыкался по донской земле", - значится в одной из автобиографий писателя. О жизни в Москве в таких до предела лаконичных автобиографиях писатель скупо говорит. Только выступая однажды на партийном собрании, он, вспоминая о прибытии в Москву (отчет об этом напечатала 31 июля 1934 года "Правда"), поделился с товарищами:
"В Москве я очутился в положении одного из героев Артема Веселого, который пришел после окончания гражданской войны регистрироваться на биржу труда. - Какая у вас профессия? - спросили его. - Пулеметчик, - ответил он.
Но профессия пулеметчика тогда уже не так была нужна, как во время гражданской войны".
Приехав осенью 1922 года в столицу, Михаил Шолохов, успевший к тому времени сменить несколько профессий - статистика, учителя низшей школы, продовольственного комиссара и бойца, на вопрос инспектора биржи труда "Какая у вас профессия?" (помещалась биржа в Рахмановском переулке, там, где теперь Минздрав) ответил: "Продовольственный комиссар".
В Москве Михаил Шолохов пополнил стотысячную армию безработных. "Несколько месяцев, будучи безработным, жил на скудные средства, добытые временным трудом чернорабочего. Все время усиленно занимался самообразованием", - это слова из автобиографии 1934 года.
Где жил Михаил Александрович в то самое трудное время в Москве?
По-видимому, никто из исследователей его об этом не спрашивал. "В Москве у Шолохова не было ни родных, ни знакомых", - утверждается в одной из последних книг. Но, оказывается, это, как и многое другое, "литературоведческая" выдумка. Дед писателя, Михаил Михайлович Шолохов, уроженец купеческого Зарайска, из Подмосковья, у него было восемь детей. Значит, у отца Шолохова была большая родня не только на Дону. Не мог он оставить единственного сына в Москве у чужих. И у гимназиста Михаила Шолохова, прожившего в Москве "года два-три", естественно, появились знакомые.
На второй вопрос: где жил Михаил Александрович, приехав в Москву осенью 1922 года, я получил от него такой ответ, переданный дочерью писателя:
- Там же, на Плющихе, в Долгом переулке...
Ответил Шолохов по-старомосковски. Прежде переулок обязательно привязывался к своей улице, что облегчало их нахождение. Плющиха с переулками имела свое лицо, свои особенности, как Таганка, Арбат...
Долгий переулок носит теперь имя Бурденко. В годы жизни на Плющихе Шолохова в переулке насчитывалось 30 зданий-особняков и доходных домов, треть которых сохранилась до наших дней. На Плющиху в другое время, но примерно в том же возрасте, что и Михаила Шолохова, привезли в Москву учиться и Льва Толстого. Его дом с мезонином, хотя и перестроенный недавно, стоит на прежнем месте.
Не сохранился ли дом, где в годы первой мировой войны и после революции довольно долго жил М. А. Шолохов?
***
В тот же день, когда был напечатан очерк, в редакции раздался телефонный звонок коренной москвички Марии Сергеевны Ермоловой:
- Шолохов жил в доме моего свекра Александра Павловича Ермолова, учителя Шелапутинской гимназии, могу вам кое-что рассказать и показать. Приходите...
Не теряя времени, я отправился по указанному адресу и узнал то, что так долго не удавалось выяснить. Но прежде чем встретиться с М. С. Ермоловой, заглянул в уже не раз выручавший том адресно-справочной книги "Вся Москва" за 1915 год, где оказались сведения об учителе гимназии А. С. Ермолове.
Он упоминается на страницах тома дважды. Первый раз - в списке преподавателей казенной гимназии имени Г. Шелапутина: "Ермолов Алдр. Пав. Препод. приг. кл. тс." Из этой справки явствует, что Александр Павлович Ермолов был учителем приготовительного класса и имел чин девятого класса табели о рангах - титулярного советника.
Второй раз его фамилия значится в алфавитном указателе адресов жителей Москвы, где он идет первым в списке: "Ермолов Алдр. Пав. ка. Долгий п., 20. Т.33-95, Моск. гимн. им. Григ. Шелапутина; Реальн. Училище Анат. Шелапутина. Учит. пения".
В этой второй справке документально устанавливается, что жил Александр Павлович Ермолов в доме № 20, в Долгом переулке. Эта информация дополняла сведения о нем: служил он не только в гимназии, но и в располагавшемся рядом с ней реальном училище Анатолия Шелапутина, где преподавал пение. В этом списке значится учитель в чине более высоком - коллежского асессора, очевидно, здесь сведения более свежие.
Примерно такая же справка об учителе имеется и в последнем из вышедших до революции справочнике "Вся Москва" за 1917 год, с той лишь только разницей, что к этому времени он получил повышение в чине и стал уже "кс", то есть коллежским советником.
В этом томе приводится схема Долгого переулка, на которой хорошо видно, что в него впадают пять других старомосковских переулков, в том числе два Трубных и два Неопалимовских, располагавшихся между Плющихой и Смоленской улицей, упиравшейся в Зубовскую площадь. Вот мимо них и следовал по утрам на уроки десятилетний гимназист Михаил Шолохов с ранцем за плечами...
Ознакомившись с этой информацией, я, прежде чем встретиться с Марией Сергеевной Ермоловой, проехал в бывший Долгий переулок со слабой надеждой застать на месте дом № 20. Но увидел под этим номером здание новой архитектуры, выстроенное для одного из посольств. Больше повезло сохранившимся соседним доходным домам, в том числе тому, где проживал Иван Бунин...
Осталось теперь узнать, что же сохранилось в памяти, в семейном архиве М. С. Ермоловой.
Раскрыв альбом семейных любительских фотографий, вижу бывшего учителя приготовительного класса гимназии имени Г. Шелапутина Александра Павловича Ермолова. На одной из них (Мария Сергеевна Ермолова считает ее наиболее характерной) учитель снят в жаркий летний день в хорошо скроенном и отутюженном костюме на стоге сена... Рядом с ним - с одной стороны, сложенный зонтик от дождя (в ясный солнечный день), а с другой стороны кожаный футляр фотоаппарата "Кодак". Всегда и при любых обстоятельствах Александр Ермолов не забывал о своем высоком звании учителя, всегда выглядел подтянутым, будь то на уроке в гимназии или дома. Преподавал он не только пение, как значится в справочнике, но и рисование. И, как многие художники, после появления фотографии увлекся фотоделом. Сохранилось пять снимков, сделанных им в 1915 - 1916 годах во дворе дома № 20 в Долгом переулке. На них виден не только двор, стены и окна небольшого домика в два этажа, но и его обитатели. А среди них - самый маленький по росту Миша Шолохов, ученик приготовительного класса.
Александр Ермолов с женой и сыном занимали квартиру под № 7 на втором этаже. Она состояла из нескольких комнат. Одну из них занимали сын Александр и его товарищ по гимназии Михаил Шолохов. Учились они в одной гимназии под присмотром Александра Павловича и ходили вместе с ним в свой класс.
Комната, где жили Миша и Саша, была обычной, как у многих московских гимназистов. В ней, кроме мебели, красовался глобус, на стене висели географические карты. Александр Павлович стремился привить сыну и Мише Шолохову любовь к живописи. Саша после выполнения домашних заданий обычно рисовал. Миша в это время что-то сочинял. А потом, когда заканчивал, просил: