Страница 47 из 147
— Не переживайте, завтра я верну вам робота. У меня будет тяжелая ночь, но в любом случае, спасибо вам за бесценную информацию!
Дарио протянул мне руку, и я пожал ее. Лифт унес его вверх, я же дождался спуска вниз. Самое важное интервью в моей карьере продлилось несколько десятков дней и принесло впечатления, которые я точно не забуду никогда в жизни! И я не только напишу просто фантастическую статью, которая будет во всех заголовках газет! Сегодня я спас из непреднамеренного заключения сотни людей! Эдвард Дарио сейчас освободит их всех. Надо будет найти Джонатана и Эдика и познакомиться с ними поближе в реальном мире.
Я направился назад той же короткой дорогой, которой шел на интервью чуть больше часа назад. Асфальт был по-прежнему влажным — еще одно доказательство того, что я действительно пробыл в нейронете двадцать пять минут. Все было так, как во время моего пути в небоскреб «Biotronics». Всё чисто. И все же внутри меня нарастало какое-то сомнение.
Я не сразу смог поверить в то, что Эдвард Дарио, уважаемый во всем мире изобретатель, может пленить людей в своем небоскребе и ставить над ними эксперименты. Сейчас, когда он оказался невиновным, я снова начал сомневаться. Что, если все это удивление и желание немедленно освободить испытуемых было наигранным? Что, если Дарио прекрасно знал обо всём, что я ему рассказал, и притворился, чтобы усыпить мою бдительность, а сам отправился уничтожать улики? Ведь все доказательства нашего путешествия остались в памяти Энн! А я — единственный живой свидетель, который выбрался наружу и знает обо всем, что происходит на верхних этажах небоскреба? Есть еще, конечно, Даниэль Аллен, но, в отличие от меня, он был рад предоставленной ему свободе фантазии, и наверняка захочет вернуться назад в нейронет!
Я остановился, но на долю секунды мне показалось, что звук шагов стих чуть позже, чем я прекратил шагать. Я посмотрел по сторонам, оглянулся назад: слишком темно, чтобы что-то разобрать. Тусклый фонарь был впереди, а позади, возможно, в какой-то тени стоял невидимый убийца, посланный директором «Biotronics» за единственным свидетелем сразу после моего ухода.
Я снова пошел вперед, напряженно вслушиваясь в тишину, стараясь различить самый незначительный звук, который мог обозначить моего возможного преследователя. Увы, слух никогда не был самым развитым из моих чувств, и я не мог понять, действительно ли я слышу чьи-то шаги за моей спиной, или это было лишь эхо моих собственных шагов. А вот и место, где Энн рисовала свою картину. Граффити на месте. Странная деталь привлекла мое внимание: где-то на самом краю пятна света от фонаря что-то белело. Я ускорил шаг.
Что это? Контур человеческого тела, обведенный чем-то белом прямо по влажному асфальту. Я никогда не видел этого вживую, ведь работать в криминальной хронике мне не приходилось, но детективных фильмах так обводят тела убитых на месте преступления. Здесь что, произошло убийство? Почему тогда нет полицейских? Я шел здесь чуть больше часа назад, но не видел этого рисунка. Или не заметил? Что это вообще значит?
Мне стало страшно. Я один, в темном и безлюдном переулке, за мной кто-то следит, и тут еще и это. Словно специально для меня подготовили! Остатки разума пытались заявить, что тела обводят после убийства, а не до него, но страх оказался сильнее. Я побежал. Помчался вперед изо всех сил. Сомнений не было, кто-то преследовал меня. Я явно различал топот еще одной пар ног, но боялся оглянуться назад. Похоже, бегаю я быстрее, чем мой преследователь. В спину вроде бы тоже не стреляют. Разум, поддавшийся инстинктивной вспышке, возвращался ко мне. Я забежал за угол дома, открыл подъезд магнитным ключом, вбежал внутрь и захлопнул за собой дверь. Успел! Теперь я в безопасности!
Стук в дверь.
Ну уж нет! Меня вам не взять! Не на того напали! Сейчас я позвоню в полицию! Надо бежать к лифту! Машинально я посмотрел на часы. За долгое время, проведенное в нейронете, моя привычка следить за временем потеряла актуальность. В Эскападе так вообще часы перестали работать, и я просто про них забыл. А сейчас я взглянул на циферблат… и покрылся холодным потом.
На часах было «21:13». Возможно, это было бы всего лишь совпадением, ведь я попрощался с Дарио около девяти вечера, если бы не одна деталь. Если бы не короткая трещина на циферблате, оставленная мечом Джонатана.
— Господин Вильфрид, откройте дверь, прошу вас!
Что происходит? Каким образом трещина на циферблате, которую я получил в нейронете, может сохраниться в реальном мире? В голову приходило только одно объяснение этому. Мир, в котором я находился, не был реальным. Это была очередная субреальность. Вот только чья?