Страница 46 из 147
— С возвращением, господин Вильфрид! Господин Дарио ожидает вас.
Я оглядывался по сторонам, всматривался в каждую мелочь, пытаясь найти хоть какую-то деталь, которая укажет на попытку меня обмануть. Хоть что-то, что бы говорило о том, что я отсутствовал почти два месяца. Ничего. Даже фотография парня с гитарой, которую мне показывал Дарио, была повернута ко мне. За несколько недель он бы не забыл вернуть ее на место. А за двадцать пять минут отсутствия в кабинете он просто не успел этого сделать.
— Вы все еще не можете поверить, что вас не было всего пару десятков минут? — словно прочитал мои мысли Дарио. — Как долго длилось ваше путешествие? Субъективно?
— Я сбился со счета, — ответил я, усаживаясь напротив Эдварда. — Около двух месяцев. Немного меньше. В каждой субреальности время шло по-разному. Само понятие времени там потеряло смысл.
— Двух месяцев за двадцать пять минут?! — удивился Дарио. — Не думал, что это может быть настолько долго. Похоже, мы недостаточно хорошо изучили процесс.
— У вас есть люди, которые прожили там годы, — продолжил я. — И они уже не верят, что из нейронета существует выход. Вы что, действительно не знали об этом?
Отец нейронета смотрел на меня с удивлением и испугом. Я что, был первым, кто выбрался наружу? Он и правда не представляет, как чувствуют себя его испытуемые? Я покинул нейронет с уверенностью в том, что Дарио держит всех нас в плену ради какой-то своей злодейской цели, и вдруг окажется, что он и сам не предполагал таких результатов эксперимента? Он по-прежнему молчал. Так и сидел напротив меня за столом с приоткрытым от удивления ртом.
— Там внутри сотни людей, которые успевают создать силой своей фантазии целые города… Да что там, целые континенты, населенные разнообразными выдуманными народами! Да, может быть, большинство предпочитает запереться на придуманном тропическом острове и круглосуточно удовлетворять свои самые примитивные потребности, но некоторые из этих людей — талантливые творцы! Я встретил женщину, которая в реальной жизни была нищей, а там стала архитектором целого города! И я был уверен в том, что вы держите ее запертой в ее субреальности вместе с ее семьёй! А вы даже не знали обо всем этом? Один человек при мне умер от старости в выдуманном мире, разве он не вышел и не рассказал вам обо всем?
— Один из подопытных действительно скончался сегодня, — проговорил Дарио, отрешенно разглядывая шариковую ручку перед собой. — Сердечная недостаточность.
— Освободите их всех, господин Дарио! Вы, похоже, не представляете, до чего довел ваш эксперимент!
— Но я не понимаю… В систему встроена функция выхода. Любой может выйти наружу, просто пожелав этого!
— Если бы это работало, господин Дарио, я бы давным-давно вышел оттуда! Единственный способ покинуть нейронет, который я нашел, это смерть!
Несколько секунд тишины. У меня возникло чувство, что я слышу мысли старого ученого, оказавшегося невольным тюремщиком сотен людей.
— Да. Вы правы, Николас, — проговорил он по слогам. — Я немедленно займусь этим. Отключу нейронет и выпущу всех подопытных. Мне нужно войти в систему и отключить ее. Выходит, вы убили себя, чтобы покинуть нейронет?
— Я не мог убить себя. Окружающая среда в нейронете не может убить реала.
— Реала?
— Ну… Это такое словечко. Жаргонное. Реалы — это живые люди в нейронете, а придумки — те, кого они придумали. В общем, окружающая среда не может убить живого пользователя. Я находился под водой, но не тонул. Удар с огромной скоростью о поверхность воды мне тоже не навредил. Реалы бессмертны, за исключением того, что реала может убить другой реал. Именно так я и выбрался. Попросил моего друга убить меня.
— Вы рискованный человек, Николас Вильфрид! — Дарио встал из-за стола. — Правила нейронета довольно опасны. Обычный пользователь… Или, как вы его назвали, реал, не может быть убит другим пользователем. А вот администратор нейронета может убить по-настоящему. Хорошо, что ваш друг не был администратором. Простите, но интервью закончено. Я благодарен вам за бесценные данные, и мне нужно идти. Приходите завтра, в то же время, и мы сможем закончить наш разговор.
Я сделал шаг к выходу, и вдруг вспомнил кое-что важное: