Ваше Благородие

- Офицеры, - напомнил Лейбович.

- Офицеры сейчас - мы. Ну, кто как? Или я бегу один?

- Не один, - Лейбович протянул ему руку. - Я вот что подумал: если "нафталинщики" откажутся идти, то и шут с ними. Мы прихватим парочку отделений отсюда и просто заберем у наших полуштатских оружие.

- Начинаем понемножку, с Богом... - Новак сверился с часами, - в половине десятого. Вернемся сюда я думаю... где-то в одиннадцать. Надо все продумать как следует. Кто идет, кто остается в команде прикрытия, как действовать, по какому сигналу...

- Тихо!!! - крикнул кто-то из рядовых. - Тихо!!! Они... Они убили полковника Чернока!

Лагерь всколыхнулся, люди сгрудились вокруг тех, у кого были приемники. Хозяева маленьких "Сони", "Панасоников", "Рапанов" и "Кенвудов", утаенных от конвоя, крутили настройку, стремясь поймать новости "Радио-Миг", идущие каждые полчаса. Полчаса висела напряженная тишина, лопнувшая потом яростными криками. Тут только советские солдаты поняли, что не все ладно, и начали стрелять сквозь решетку. Егеря попадали на землю, закрывая головы руками. После того, как огонь прекратился, шестеро так и не поднялись.

Смерть Чернока и эти шесть смертей убедили даже самых "задвинутых" на Общей Судьбе, что судьба эта достаточно печальная.

Историки нового времени отсчитывают момент начала Крымской Компании с момента гибели Александра Чернока. Но это, естественно, всего лишь повод к войне. Так называемый "казус белли". Правда, есть версия, что тут не обошлось без вездесущих спецслужб - как таинственного ОСВАГ, так и безжалостного КГБ. Но давайте оставим эти догадки авторам дешевых шпионских романов, жалким копировальщикам великих - Яна Флеминга, Алистера Маклина, Фредерика Форсайта и Гривадия Горпожакса. Нас, господа, интересует истина...

***

"Rent-a-carport" на окраине Бахчисарая. Артем бросил взгдяд в зеркало заднего обзора, потом осмотрелся по сторонам. Пустынно и тихо. Отлично. Просто замечательно.

В глубине гаража стоял советский армейский "ГАЗ". Козырев присвистнул. Верещагин запрыгнул в кузов, запустил руку в глубь накрытого брезентом ящика, что-то звякнуло.

- Ну, и мы с собой кое что принесли, - слегка обиженно сказал Князь.

- Этого даже у вас нет, - Арт вытащил автомат. - АК-74У.

- Я бы предпочел классическую модель, - Томилин принял из его рук оружие. - У этих и дальность, и точность прихрамывают.

- Они состоят на вооружении спецназа, - объяснил Верещагин.

- А мы - спецназ?

- Да.

- Час от часу не легче.

- А что еще там у тебя? - спросил Князь - Набор лазерных мечей?

Следом на свет появилась аккуратная связка камуфляжной полевой формы.

- Группа спецназа ГРУ, - осматривая знаки различия, сказал Арт.

- Hell's teeth! - изумился Хикс. - Настоящая.

- Да, пожалуй... В сумке у меня, кстати, документы. Тоже настоящие...

- А чего вся такая обшарпанная? И ботинки стоптаны немного...

- Интересно, далеко бы вы ушли в новеньких... - съязвил Кашук. - Эти советские бутсы - настоящие колодки для каторжников.

- Можно подумать, наши лучше... Тоже пока разносишь - хромаешь на обе ноги.

- Во всех армиях мира ботинки бывают только двух размеров - слишком большие и слишком маленькие.

- А самое главное: новенькая, с иголочки, обувь привлекла бы внимание, снисходительно пояснил Кашук. - И форма, и обувь должны быть ношеными.

- Самое большое подозрение может возбудить знаете что? Что мы будем трезвыми.

- Дело, как говорится, поправимое.

- А это что - жвачка, чтоб не пахло изо рта? - Козырев заглянул в железный ящик. - Килограмма три. И взрыватели к ней. Вибрационные, радиоуправляемые, контактные, часовые...

- Bay! Пулемет!

- Гранат советских я здесь что-то не вижу...

Кашук воздел глаза к потолку. Эти мужланы и солдафоны, окружавшие его, явно не способны были оценить доставшиеся им блага.

- Вы хоть представляете себе, как было сложно обеспечить хотя бы это? осведомился он.

- По гроб жизни будем благодарны ОСВАГ и вам лично... - елейным голосом сказал Князь.

- Быстрее переодеваемся, - перебил его Верещагин. - Если мы их опередим, возможно, удастся обойтись без драки.

- А мне как раз хочется подраться, - вздохнул Даничев.

- Капитан...- обиженно сказал Кашук.

- Старший лейтенант, с вашего позволения. В чем дело, прапорщик Кашук?

ОСВАГовец открыл рот, но забыл, что хотел сказать.

- Быстрее надевайте форму, прапорщик, - Верещагин снял рубашку. - У нас очень мало времени. Ваши трения с сержантом Берлиани должны закончиться здесь и сейчас. С этого момента вы - лучшие друзья. И называете друг друга "братишка".

- Это обязательно? - сдавленным голосом спросил Берлиани.

- Да, Гия. Обязательно. Давай порепетируем. Попроси прапорщика Кашука передать тебе твой подсумок.

- Я тебе... вам это припомню... товарищ старший лейтенант, - сказал Берлиани.

- Если будем живы, - согласился Верещагин. - Я жду.

Берлиани прочистил горло, смерил Кашука убийственным взглядом.

- Братишка... - процедил он сквозь зубы. - Подкинь мне патрончики.

- Всегда пожалуйста, - ехидно улыбнулся Кашук, протягивая сумку.

- Плохо, - покачал головой Артем. - Будем тренироваться.

Казус белли

Оккупация может потрясти и нас, и вас,

может привести к самому невероятному... к войне...

В. Аксенов, "Остров Крым"

Чтобы понять, как подействовала на Крым гибель Чернока, нужно понять, что Чернок означал для крымцев вообще и именно для армейцев.

"Арабы верят людям, а не социальным институтам". Русские, в общем, тоже. Социальная система или политический лозунг не существовали в отрыве от людей. Монархия была Николаем и Александрой, военный коммунизм - Лениным, индустриализация - Сталиным, изоляционизм и крымская реакция - Врангелем, демократия и парламент - Лучниковым-старшим, ИДЕЯ ОБЩЕЙ СУДЬБЫ Лучниковым-младшим, покойным графом Новосильцевым и полковником Черноком.

Герой Турецкой Кампании, безупречный джентльмен, интеллектуал, Чернок был эталоном офицера. То, что делал он, не могло быть плохо или безнравственно в глазах армейца. То, что он примкнул к Общей Судьбе, реабилитировало Общую Судьбу для форсиз.