Страница 16 из 41
- Меня зовут Джой, - представилась она. Ручейная джалла издала звук, напоминавший шорох золотых монет в шкатулке Джона Папаса.
- А это - мое имя, - пояснила она и рассмеялась, когда Джой попыталась воспроизвести этот звук. - Пойдем, поплаваем вместе! Я научу тебя ловить рыбу.
Джой быстро помотала головой и с удивлением увидела, как ручейная джалла отвела свои странные глаза.
- Я не причиню тебе вреда, - сказала джалла. - Нам, джаллам, очень нужна компания, а я здесь одна во всем ручье. Я выросла в одиночестве.
- Мне очень жалко, - сочувственно произнесла Джой. - Это и вправду очень печально. А ты не можешь просто перебраться в другой ручей?
- Мы живем и умираем там, где родились, - отозвалась джалла. - Я нахожу себе приятелей как могу - птиц, водяных змей, иногда даже кого-нибудь из Старейших, - но никто из них не плавает со мной, а я не могу войти в их лес.
Джалла встала, и оказалось, что у нее не хвост, а ноги. Только ноги эти были трехпалыми, с очень маленькими ступнями и совсем не годились для ходьбы по земле.
- Мы созданы для плавания, - сказала джалла и прикоснулась своей перепончатой рукой к руке Джой. Прикосновение было легким, словно мимолетное касание мыльного пузыря.
Джой снова посмотрела на Турика. Но жеребенок не дал ей никакой подсказки. "Ко говорил, что они безвредные. Съесть могут какие-то другие, а не эти. Кажется, так". Джой принялась раздеваться.
Вода действительно оказалась очень холодной. Почти у самого берега начиналась глубина. Джой ушла под воду с головой, но тут же выскочила на поверхность, хватая ртом воздух и оглядываясь - где же ручейная джалла? Вокруг не было ни малейших признаков присутствия джаллы - до того самого момента, пока перепончатая рука не ухватила Джой за лодыжку и не потянула в глубину. На миг девочка запаниковала и принялась брыкаться, колотя руками по воде - "О господи, какая она сильная!" - но хватка немедленно разжалась, и ручейная джалла оказалась рядом с Джой. Миндалевидные глаза сверкали от радости.
- Вот! - крикнула джалла. - Вот так мы играем! А теперь твоя очередь!
Джой попыталась было спросить, какая такая очередь, но джалла снова исчезла. Тут у девочки в сознании зазвучал возбужденный голос Турика, наблюдавшего за ними с берега:
- Лови ее! Ну, давай же!
Джой осмотрела водную гладь, отыскала цепочку поднимающихся из-под воды веселых серебристых пузырьков и нырнула.
Джалла тут же метнулась ей навстречу, мускулистая, жилистая, с лоснящейся, едва ли не чешуйчатой кожей. Она не предпринимала ни малейшей попытки убежать - напротив, джалла с радостным бульканьем и урчанием вилась вокруг Джой, выскальзывая у нее из рук. Иногда джалла быстрым, неотвратимым броском сама хватала Джой и утаскивала ее на дно. Она могла оставаться под водой намного дольше Джой, но всегда отпускала девочку, стоило той лишь подать знак, и старательно соразмеряла свою силу и быстроту с возможностями Джой. Они плескались, хохотали и радостно визжали, умолкая лишь тогда, когда начинали искать друг друга под водой. А Турик наблюдал за ними с берега, время от времени пощипывая густой желтый мох, что рос между камнями.
Джой понятия не имела, сколько времени она плавала в компании джаллы. Она остановилась лишь тогда, когда устала до изнеможения и не могла больше играть. Джой плюхнулась на мелководье, чтобы немного отдохнуть. Речная джалла улеглась рядом - правда, она-то даже не запыхалась.
Джалла прикоснулась к груди Джой, потом к своей груди и с улыбкой произнесла:
- Теперь мы сестры.
Джой удивленно моргнула.
- Сестры? Это здорово! Я всегда хотела сестру, но у меня есть только чокнутый младший братец. Его зовут Скотт...
- Ты и я - сестры, - повторила ручейная джалла. - Если я тебе понадоблюсь, приди сюда и позови.
- Хорошо, я приду, - согласилась Джой. - А если я тебе понадоблюсь... она запнулась, вспомнив ступни джаллы. - Ну что ж, мы сестры, - сказала она. - Я буду знать это.
- Да, - кивнула речная джалла. - До свидания.
Она еще раз притронулась сперва к Джой, потом к себе и без малейшего всплеска ушла в глубину. А Джой долго сидела и смотрела в воду.
Потом Джой оделась и, выжимая на ходу волосы, вместе с Туриком спустилась с холмов. Они уже почти добрались до луга, где паслись единороги, когда Джой увидела прямо перед собой белого единорога. Он стоял в тени огромного валуна. Даже с этого расстояния Джой узнала его глаза.
- Индиго! - крикнула она. - Индиго, подожди!
Белый единорог заколебался и даже шагнул было в их сторону, но потом развернулся и в два прыжка скрылся из виду. Джой попыталась еще раз окликнуть его, но тут же умолкла. Она обняла Турика за шею и произнесла:
- Знаешь, приятель, что я тебе скажу об этом месте, Шей-рахе? Здешние жители так и норовят пропасть!
- Я не стану пропадать, - серьезно ответил Турик. И Джой прижалась лицом к морде жеребенка.
Глава 5
Джой действительно собиралась отправиться домой в тот же самый день. Даже когда Турик ровной рысью вез ее обратно к Закатному лесу, Джой придумывала разные истории, которые можно будет рассказать родственникам, учителям, Би-Би Хуанг и Абуэлите - "Ох, а может, Абуэлите я смогу рассказать, как все было на самом деле?" - на тот случай, если ее все-таки хватятся. Но время здесь было на диво хитрым и ленивым - такое с ней бывало, когда Джой просыпалась до рассвета и, взглянув на часы, с радостью обнаруживала, что идти в школу еще рано и можно поспать часик-другой. В эти предутренние часы к ней приходили самые лучшие, самые удивительные сны. Но в такое утро будильник звенел особенно злобно, и потом Джой до конца дня бывала слегка не в себе. Пребывание в Шей-рахе напоминало эти предрассветные сны, но какая-то часть сознания Джой постоянно пребывала в напряжении, ожидая звонка будильника.
- Я знаю, что должна скучать по дому, - сказала она Ко, - но ведь и вправду трудно скучать по дому, когда не уверен, спишь ты или бодрствуешь.
Как и в снах, проведенные в Шей-рахе дни не делились на часы, минуты и секунды. Джой часто бродила по лесам с Ко и другими тируджайи. Сатир продолжал называть ее дочкой и считал своим прямым долгом опекать Джой и наставлять ее во всем, что касалось Шей-раха. Его многочисленные двоюродные братья и сестры - насколько поняла Джой, все тируджайи были родственниками в том или ином колене, но их родственные связи были настолько запутанными, что даже Ко в конце концов отказался от попыток объяснить их Джой, - так вот, все родственники Ко без малейших колебаний переняли его отношение к девочке. Джой с удовольствием ела фрукты, ягоды и клубни - обычную пищу тируджайи - и осторожно пробовала слегка забродивший черный сок неизвестного ей плода. Самые младшие тируджайи могли впадать в буйство, если выпивали слишком много этого сока, но вообще-то Джой быстро привыкла чувствовать себя в присутствии любого сатира в такой же безопасности, как и в присутствии единорогов. Ко однажды гордо заявил: