Страница 50 из 57
Подбежав к нему, Скалли сделала то, что сделал бы в такой ситуации любой медик - стала искать раны. Долго искать не пришлось - струйки крови все еще текли по лодыжке. Она положила пальцы ему на шею, чтобы нащупать пульс, и Малдер улыбнулся - эта женщина всегда действовала строго по схеме. Ее пальцы были теплыми и не имели ничего общего с могильным холодком кайловских инструментов! Но позволить себе расслабиться - теперь, когда они вплотную подошли к разгадке, - Малдер не мог.
- Все в порядке, Скалли, - заверил он. - Это была небольшая местная операция. Мне предложили, я отказался, а они все равно сделали. Пришлось ликвидировать последствия, отсюда и кровь.
Убедившись, что повреждения действительно небольшие, Скалли успокоилась, но, заметив маленькую ранку под локтем напарника, снова встрепенулась.
- Что тебе вливали, не знаешь?
- Вон висит, рядом с носилками. Желтая жидкость. По-видимому, какой-то... допаминовый ингибитор.
- Тогда понятно, почему ты такой заторможенный, - кивнула Скалли. - А откуда ты узнал про ингибитор?
- Не узнал, догадался. Видишь, что написано в этой бумажке: пациент умер от недостатка допаминового ингибитора. Насколько я понимаю, им всем после трансплантации обязательно надо периодически вводить эту дрянь, иначе развивается психический припадок.
- Значит...
- Да, они пытались пересадить мне на лодыжку чертов трансплантант. У них ничего не вышло, но они об этом не догадались, поэтому подключили капельницу.
Возможно, Малдер чрезмерно поторопился с выводами, возможно, не все логические цепочки были выстроены до конца, но заниматься тщательным анализом ситуации он не собирался. Пока по крайней мере все ясно - голубоглазый эскулап пытался приживить ему кусок кожи, превращающей человека в гуморобота. Потом его оставили под капельницей, чтобы как следует накачать допаминовым ингибитором. Вот чего не хватило Перри Стэнтону - никто ведь не знал, что с ним происходит. В результате гипоталамус выработал слишком много нейротрансмиттера и старичок-профессор превратился в маньяка-убийцу, готового крушить все подряд.
Малдер протянул Скалли распечатки из последней папки.
- Да, гипоталамус у всех увеличен. Точно так же, как у бедняги Стэнтона. Но посмотри - моторная кора почти вдвое больше, чем надо. А амигдала, наоборот, практически отсутствует.
- Кошмар! А что такое моторная кора?
- Часть мозга, отвечающая за моторные функции и безусловные рефлексы. Амигдала - за мыслительные процессы и личностную идентификацию. Если в папке подлинные снимки, значит, томографию делали фактически живым автоматам.
- Гумороботам, - поправил Малдер. Странно, но Скалли приняла уточнение как должное. - Я видел их. Они не понимают, что делают, но все движения близки к совершенству. И определенная мозговая активность присутствует. Правда, строго определенная - чтобы исполнять команды. Как только им перестанут вливать ингибитор, получится целая компания Перри Стэнтонов.
Скалли быстро поймала его мысль.
- Ты хочешь сказать, что он стал гумороботом случайно. Ему по неведению не вводили ингибитор, и никому, естественно, не пришло в голову проверять уровень выработки допамина. А потом было уже поздно.
- Именно! - воскликнул Малдер.
Скалли задумалась, разглядывая распечатки.
- Послушай, Малдер. Если верить всем этим бумагам, получается, что Джона Доу доставили сюда, в Алькат, четверть века назад. Обожженным до неузнаваемости. И превратили в гуморобота вместе с остальными ранеными.
- Я понимаю, что это звучит неправдоподобно. Но со мной едва не произошло то же самое. Причем наши тридцать солдат только малая часть.
Он протянул Скалли полный список. Она перевернула несколько страниц и потрясенно воззрилась на Малдера.
- Не может быть! Для того чтобы содержать и лечить столько пациентов, понадобился бы огромный исследовательский центр. Финансировать такой немыслимый проект - и ради чего?! Ради чего создавать две тысячи безмозглых гумороботов?
- Помоги мне, пожалуйста, встать... Спасибо. Видишь ли, я думаю, гумороботы - это не финальный продукт. Они - прототип чего-то гораздо более совершенного. Палладии достиг потрясающих результатов. Или почти достиг.
Скалли вздохнула. Опять он обходится без доказательств! Как будто уже проведена проверка подлинности документов и человек со стальным глазами назвался Эмайлом Палладином.
- Значит, ты уверен, что он изобрел искусственную кожу?
Малдер помолчал. У него почти выстроилась теория, но он не торопился делиться ею с недоверчивой напарницей.
- Это не искусственная кожа, - произнес он наконец, - а краденая. Содранная с другого живого существа.
- Что ты имеешь в виду?
- Помнишь, Троубридж рассказывал, что Палладии живо интересовался тайской мифологией? Я думаю, еще до приезда в Алькат он знал о Пожирателе кожи. Палладии облазил окрестные горы и нашел его! Вспомни: кожа чудовища - источник его могущества. А теперь она стала источником могущества Палладина.
Скалли посмотрела на мониторы. Эпидермальные клетки по-прежнему скакали в бешеной пляске.
- Она искусственная, Малдер. Сложная биохимическая структура взаимодействует с кровеносной системой и по сосудам постепенно проникает в контролирующие зоны головного мозга. Совершенный материал, практически неуязвимый для внешних воздействий - за исключением электрического. Ток проникает сквозь него напрямую, бьет прямо по периферийным нервам, и в результате - рефлекторная остановка сердца.
Малдер поднял бровь. Еще не так давно Скалли отрицала связь между гибелью Джона Доу и Стэнтона - теперь она ее признала.
- Я тоже видела гуморобота, - пояснила Скалли. - Он вошел ко мне в номер. Наверное, хотел убить. Но погиб сам. В руках у него был шприц, я оборонялась лампой, и игла попала в патрон.
Малдер кивнул. Теперь все ясно. Люди, встретившиеся с гумороботами лицом к лицу, быстро находят общий язык.
- Но если гумороботы только начало, то какова же следующая стадия? спросила Скалли задумчиво.
- Понятия не имею! Но мы должны это установить. Если Палладии экспериментировал над двумя тысячами солдат, значит, где-то поблизости действительно есть огромная исследовательская база. Пора нарушить его покой.