Страница 67 из 84
- Если ты сделал это, ты еще больший дурак, чем я думал. Зачем тебе нужна другая женщина, когда у тебя есть Элизабет? Это выше моего понимания.
- А тебе не приходило в голову, что Элизабет, возможно, не нуждается в моем внимании? - с трудом выдавил из себя Остин.
Роберт недоверчиво усмехнулся:
- Так вот в чем дело? Ты думаешь, что не нужен Элизабет? Боже милостивый, да ты идиот или рехнулся! Эта женщина обожает тебя. Это и слепому видно.
- Ты ошибаешься.
В глазах Роберта появилась тревога.
- Остин, мне невыносимо видеть, как ты обеими руками отталкиваешь от себя свое счастье.
- Твое беспокойство принято к сведению. Все, разговор окончен. - Видя, что Роберт собирается спорить, Остин добавил:
- Закончен навсегда. Понятно?
Обидевшийся Роберт разочарованно вздохнул:
- Да.
- Хорошо. Я не могу просить тебя уехать прямо сейчас, но я рассчитываю, что ты и все семейство, которое ты привез сюда, уедете завтра до обеда. А пока займи их чем-нибудь, чтобы они не попадались мне на глаза.
С этими словами Остин вышел из комнаты, едва сдержав сильное желание громко хлопнуть дверью.
Она была здесь. В его доме.
Он не хотел, чтобы она была здесь. Он не хотел ее видеть.
Боже, помоги продержаться подальше от нее еще двадцать четыре часа!
Глава 20
День близился к концу. Остин стоял в своем личном кабинете, глядя в окно невидящими глазами. Раздался стук в дверь. Он сжал кулаки: если это она...
Он не стал думать об этом дальше.
- Войдите.
В комнату вошла Каролина:
- Можно с тобой поговорить?
Он постарался улыбнуться ей:
- Конечно. Садись, пожалуйста.
- Я лучше постою.
Остин поднял брови, услышав в ее тоне воинственные нотки.
- Ладно, о чем ты хочешь поговорить со мной?
Сложив перед собой руки, Каролина набрала в легкие побольше воздуха.
- Начну с того, что я питаю к тебе как своему брату глубочайшее уважение и любовь.
Усталая улыбка мелькнула на губах Остина.
- Спасибо, Каролина. Я...
- Ты набитый дурак.
Улыбка исчезла с его лица.
- Что ты сказала?
- Разве ты не слышал? Я сказала, что ты...
- Я слышал.
- Прекрасно. А хочешь услышать, почему ты набитый дурак?
- Не особенно, но уверен, ты все равно это скажешь.
- Да, скажу. Я имею в виду ситуацию с Элизабет.
Он стиснул зубы. Ситуацию? Синие глаза блеснули, и она сказала:
- Не притворяйся, что не понимаешь, о чем я говорю. Что ты ей сделал?
- Почему ты думаешь, что я ей что-то сделал?
- Она страдает.
- Значит, все решили сообщить мне об этом. Каролина испытующе взглянула на Остина:
- Мне непонятно это ледяное равнодушие. Я думала, вы двое так подходите друг другу, но сейчас она несчастна, а ты бродишь вокруг, как медведь с занозой в лапе. Я никогда не видела, чтобы ты обращался с женщиной, даже с самой надоедливой женщиной, иначе как с уважением. И в то же время ты обращаешься со своей женой так, словно ее не существует.
"Ее не существует. Женщины, которую я полюбил, в действительности не существует".
- Остин. - Протянув руку, она прижала ее к его щеке, и гнев в ее глазах уступил место глубокой нежности. - Ты не можешь допустить, чтобы это продолжалось. Я ясно вижу, что у тебя к ней глубокое чувство, и у нее к тебе тоже. Пожалуйста, загляни в свое сердце и найди выход из положения, в котором вы с Элизабет оказались. Сейчас. Пока еще не поздно. Я хочу, чтобы ты был счастлив, а боль в твоих глазах говорит мне, что ты страдаешь. Но я знаю, ты был счастлив. Благодаря Элизабет.
Ее трогательные слова проникли в его сердце и сжали его словно тисками. Да, он был счастлив. Очень недолго. Но счастье создавала иллюзия. И он не хотел вмешательства в свою жизнь, ни Роберта, ни Каролины. Они не знали всех обстоятельств, и будь он проклят, если скажет им или кому-либо еще, что его жена желает расторгнуть их брак. По крайней мере до тех пор, пока это не станет совершенно неизбежным. Если окажется, что Элизабет беременна, им придется как-то сохранять их брак.
В дверь постучали.
- Войдите.
Вошла мать:
- Я помешала?
- Ничуть. - Остин многозначительно посмотрел на дверь. - Каролина как раз уходит.
- Прекрасно. Каролина, нас ждет карета, мы едем кататься в парк. Я присоединюсь к тебе через минуту. Мне надо поговорить с Остином.
Каролина тихонько затворила за собой дверь. Остин прислонился к столу и посмотрел на мать:
- Ты тоже пришла оскорблять меня?
- Оскорблять? - Она удивленно раскрыла глаза.
- Мои родные брат и сестра нашли возможным назвать меня глупцом, идиотом и, что мне больше всего понравилось, набитым дураком.
- Я понимаю.
- Я рад, что хотя бы моя мать выше оскорблений.
- Естественно. Разумеется, я не опущусь так низко. Хотя и я могла бы поддаться искушению назвать тебя безмозглым болваном. Но я предпочитаю сказать тебе, что мне больно видеть, как ты и Элизабет несчастны. - Она сжала его руку в своих ладонях. - Могу я хоть чем-нибудь помочь?
Черт побери, он предпочел бы оскорбления этой нежной, ласковой заботе!
- Я прекрасно себя чувствую, матушка.
- Нет, не прекрасно, - ответила она тоном, не допускающим возражений. - Я поняла, что что-то не так, когда ты столь неожиданно отослал Элизабет в Уэсли-Мэнор. Горе бедной девочки так очевидно. Как и твое. Я еще никогда не видела тебя таким расстроенным и раздраженным. Мы с твоим отцом пережили немало размолвок, когда мы только что...
- Это не размолвка, матушка.
Остин не хотел, чтобы это прозвучало очень резко. Прежде чем что-либо сказать, мать пристально посмотрела на него.
- Я понимаю. Могу только сказать, что вместе с большой любовью приходят и другие сильные чувства. Страстная любовь вызывает страстную борьбу. У нас с твоим отцом было и то и другое. - Она печально улыбнулась.
Сердце Остина наполнилось сочувствием, и он сжал ее руку. Внезапная смерть отца была невосполнимой потерей для всей семьи, но особенно для матери.
- Она твоя жена, Остин. На всю оставшуюся жизнь. Ради себя самого и ради нее постарайся разобраться со всеми трудностями, стоящими перед вами, и сделай свой брак счастливым. Не позволяй гордости встать на твоем пути.
- Ты говоришь так, как будто считаешь, что я виноват в том, что в нашей супружеской жизни возникли проблемы.