Дверь с той стороны

- Не понимаю, - сказал командор. - Он прибыл или нет? Тогда в чем же дело?

Его перебили, и он понял, что дело и на этот раз серьезное, раз его перебивают. Он попытался застегнуть халат, забыв, что это не тужурка. Потом зажег свет, протянул руку к справочнику и нажал букву К - "консультанты".

Профессор доктор Функ ворчливо сказал:

- Уснуть в мои годы - это искусство, а вы меня будите. Почему теперь происшествия случаются исключительно по ночам? Ну хорошо, хорошо...

Он был стар, и каждый раз, когда его, непременного члена Консультативного совета Трансгалакта, внезапно вызывали, не спрашивал о причине. Глубоко в нем обитало упование дожить до первого Контакта, и он всегда надеялся, что на сей раз его вызывают именно по этому поводу, и не спрашивал, чтобы не разочароваться раньше времени.

- Ах, зеркальное изображение, - сказал физик доктор Функ, позевывая. - Да, конечно, может быть, виновата связь. Связь, связь. - Он помолчал. - А может быть и не связь. Говорить с ним можно? Тогда спросите-ка его... Координаты ведь устанавливаются при помощи оптики, а не электроники? Вот и спросите, как устанавливались координаты и не происходило ли при этом чего-нибудь такого. Если оптика дает им нормальное изображение, значит, виновата аппаратура связи. Итак, вы поняли? Не было ли при ориентировке чего-то такого... неразумного. - Слово ему понравилось. - Вот именно - неразумного.

- Капитан Устюг, как устанавливались координаты после выхода из сопространства?

- Ориентировались нормально: курсовая - с Полярной на Солнце, третья точка - Капелла.

- А четвертая? - спросил командор.

- Хорошая космическая практика, командор, рекомендует брать четвертую в случае сомнений. А у нас сомнений не было.

"Нахал", - подумал командор,

- Зато у нас есть. Уточните положение по четвертой.

- Есть, - ответил дисциплинированный капитан.

Четвертая нужная звезда оказалась вдруг совсем не в той стороне. Человек вошел в комнату через дверь, пошел прямо к окну. Внизу, естественно, пол, наверху - потолок, а справа должен быть стенной шкаф. И вдруг оказывается, что стенной шкаф - эта самая четвертая звезда - оказался слева, а чтобы он снова был справа, потолку надо опуститься и лечь под ноги, а полу - вознестись над головой. Капитан с Луговым вертели и так и этак - не помогало.

- Словно мир перевернулся, - сказал капитан. - Что за... магия?

- Ну вот, - сказал доктор Функ. - При чем же тут связь? Решительно ни при чем.

- В чем же дело, доктор?

- В чем? - вдруг рассердился Функ. - Как - в чем? Почему вы это спрашиваете? - Он кричал фальцетом. - Они претерпели зеркальную инверсию! Весь корабль!

Он умолк. Командор ждал. Функ пожевал губами.

- Объяснение, насколько я могу судить, имеется одно: где-то там, в неизвестное нам время и в неизвестных условиях, вещество корабля и всего, что на нем находится, изменило эдак.

- Так что теперь?.. - спросил командор после новой паузы. Он спросил тихо и, казалось, даже робко.

- Теперь они, вероятнее всего, состоят из антивещества, буркнул Функ и отвернулся.

Молчание длилось минуты две. Потом командор спросил:

- Вам все ясно, диспетчер? Чего же вы ждете?

- Да, - сказал диспетчер неслышно, откашлялся и уже громко повторил: - Да. Все ясно.

- Действуйте.

- Устюг, - проговорил диспетчер. Только спокойно. Ни шагу с орбиты, ни на миллиметр. Пассажиры спят?

- Как и положено.

- Не будить.

- Что с нами?

Диспетчер не ответил. Он включил общий канал.

- Всем: восьмой объявляет тревогу. Блокировать старты. Освободить пространство до четвертого маяка...

Происшествие случилось у него, и теперь он был главным в космосе. Он вдруг, задним числом, похолодел: стал бы "Кит" швартоваться, вот наломали бы дров... Тринадцать пар глаз в зале уперлись в него, свой голос он слышал со стороны: слова разносились по трансляции. "Не пересекать орбиты "Кита", не приближаться к нему ни при каких условиях. Ничего и никого с "Кита" не подбирать. Постам развести корабли..."

Совещание закончилось. Остатки дыма клубились где-то под прозрачным потолком, розовевшим потому, что здесь, в Космоцентре, только занималась заря. Командор подошел к секретарю, переключил кристалл на исходную позицию и приготовился прослушать все сначала. Он любил еще раз выслушать все в одиночестве: при этом иногда возникали дельные мысли.

Первый голос в записи был его собственным:

- Капитан! Расскажите, пожалуйста, как проходил рейс.

Капитан (откашлявшись, хрипловато - связь чуть изменяет его голос) : Значит, так... Взяли груз и пассажиров на Анторе. Загрузка тридцать процентов: не сезон. Разгон прошел без нарушений, никаких странностей не наблюдалось. Нашли точку, своевременно вошли в прыжок...

Физиолог : Как чувствовали себя люди после прыжка?

Капитан : Вышли из коконов. Был проведен положенный осмотр на медкомбайне. Жалоб не было, объективные показатели в пределах нормы - чуть лучше, чуть хуже, как обычно.

Функ : Дальше, дальше, пожалуйста. Как проходил полет в сопространстве?

Капитан : Ну, я бы сказал - нормально. Все время, с прыжка до выхода, не было ни вибраций, ни отказов, ни каких-либо иных нарушений.

Функ : Это субъективно. А приборы?

Капитан : Я просмотрел записи. Никаких отклонений.

Функ : Хорошо, капитан. Теперь расскажите, а что наблюдалось... снаружи?

Капитан : В сопространстве?

Функ : Вот именно.

Капитан (не сразу) : Вообще, как вы знаете, нам не разрешается...

Функ (нетерпеливо) : Да, да! Но все смотрят. Говорите, это крайне важно.

Командор : Рассказывайте, капитан.

Капитан : Да ведь вы знаете, как это выглядит: полный ноль. Даже не скажешь, пустота это или нет, тьма - или еще что-нибудь. Так что видеть там нечего, и если мы все же что-то угадываем, то потом оказывается, что впечатление у всех разное, и, значит, мы видим что-то в себе, а не снаружи. Мне, например, обычно кажется, что мы висим неподвижно, а от нас во все стороны расходятся такие - ну, коридоры, что ли. То есть у них, понятно, нет ни стен, ни потолков, ничего, но только я знаю, что это - разные коридоры, и они вертятся, как спицы колеса, в котором я - ось. От этого вращения начинает кружиться голова, и выключаешь экран. Стараешься только не изменить ненароком режим - там, если чуть сдвинешься, вынырнешь потом, наверное, неизвестно, где.

Функ : Капитан, вот в этом "ничего" вы не заметили чего-нибудь, что было бы не таким, как всегда? Хотя бы мелочи...

Капитан : Совершенно ничего.