Страница 60 из 85
Глава 16
Он пришел домой еще до рассвета. Она слышала на лестнице какую-то странную возню, приглушенные голоса двух лакеев. Потом все смолкло.
Немного выждав, Мэделин не выдержала пытки неизвестностью и вышла в коридор. Там она постояла прислушиваясь. Из кухни еще не доносилось обычных звуков раннего утра. Слуги спали, если не считать двух лакеев, которые недавно спустились на первый этаж.
Она прошла на цыпочках в дальний конец коридора и тихо постучала в дверь спальни Артемиса. Ответа не последовало. Что ж, этот человек имеет право немного отдохнуть, подумала Мэделин. Он наверняка сильно устал.
Разочарованная, она повернула обратно. Придется подождать со своими вопросами до утра.
Но дверь внезапно распахнулась, и на пороге возник Артемис. Его мокрые волосы блестели после мытья. Он сменил брюки и рубашку, в которых уходил из дома вместе с Закари, на черный домашний халат. Мэделин догадалась, что означала та возня, которую она недавно слышала на лестнице: это лакеи носили наверх горячую воду.
Понятно, что Артемису захотелось помыться, — ведь он ходил осматривать труп. Она бы на его месте тоже приняла ванну.
— Я так и думал, что это вы, Мэделин, Ее распирало любопытство, но прежде чем войти, она оглянулась и проверила коридор. Конечно, в этом доме необычная прислуга, но если ее увидят входящей в спальню к Артемису, без сплетен не обойдется.
Коридор был пуст. Довольная, Мэделин шмыгнула в комнату. Ванна, в которой он только что мылся, стояла перед камином, частично закрытая ширмой. С ее края свисали мокрые полотенца. На столе стоял поднос с чайником, чашкой, блюдцем и тарелкой с хлебом и сыром. Судя но всему, к еде он еще не притрагивался.
Увидев горевшую на низком столике единственную тонкую свечу янтарного цвета, Мэделин резко остановилась. Это была ванзагарская свеча. Плавящийся воск издавал тонкий, изысканный аромат — продукт сгорания уникальной смеси ванзагарских трав. Артемис был магистром ванза, а каждый магистр создавал свою собственную травяную смесь, которая отличала его свечи от свеч других магистров.
Мэделин услышала, как закрылась дверь, и резко обернулась. На душе у нее стало еще тревожнее.
Лицо Артемиса было осунувшимся и непроницаемым — сплошные жесткие углы и хмурые плоскости. Она сразу же поняла, что покойный, был ему знаком. Но во взгляде его не было горя — одна лишь сдерживаемая ярость.
Мэделин еще никогда не видела его таким пугающе мрачным. Несмотря на возникшие между ними интимные отношения, она очень плохо знала этого человека.
— Простите, что помешала вам медитировать, сэр. — Она стала потихоньку отступать к двери. — Я ухожу. Мы поговорим позже.
— Стойте! — Это был приказ. — Хотите вы того или нет, но, заключив со мной сделку, вы оказались вовлеченными в мои дела. Есть некоторые вещи, которые вам следует знать.
— Но вы же медитировали…
— Напрасная трата времени, если не сказать больше.
Он подошел к низкому столику, нагнулся и задул свечу.
Она сложила вместе ладони и обернулась к нему.
— Кем был этот человек, Артемис?
— Его звали Чарльз Освинн. — Он задумчиво смотрел на тонкую струйку дыма, оставшуюся от погасшего огонька свечи. — Он был одним из трех мужчин, которые погубили женщину по имени Кэтрин Джексон. Они похитили ее однажды ночью ради забавы и изнасиловали. Она пыталась спастись бегством, упала и разбилась насмерть. Три дня спустя ее труп нашел один фермер, который искал отбившуюся от стада овцу.
Он говорил совершенно бесстрастным тоном, и от этого его слова приобретали еще большее значение.
Мэделин стояла не шевелясь.
— Она была вашей подругой?
— Больше чем подругой. Видите ли, у нас с ней было много общего. Мы оба были одиноки в этом мире. У Кэтрин рано умерла мать, и она росла у дальних родственников, которые обращались с ней как с бесплатной служанкой. Она сбежала из дома и стала актрисой. Я познакомился с ней однажды вечером после спектакля. Мы стали мечтать вдвоем.
— Вы были любовниками?
— Да. — Он не отрывал глаз от потухшей свечи. — Но в то время у меня за душой не было ни гроша и я не мог ее защитить.
— Что же произошло?
— Я познакомился с магистром ванза. Мне повезло: он мной заинтересовался и устроил меня на учебу в «Гарден-Темплс». Перед тем как отплыть на Ванзагару, я пообещал Кэтрин, что по окончании учебы стану богатым и мы поженимся. Я приезжал в Англию каждое лето, чтобы повидаться с ней. Но, вернувшись в последний раз, я узнал, что она умерла.
— А как вы узнали имена мужчин, виновных в ее смерти?
— Я разыскал фермера, который нашел ее труп. Он помог мне обследовать местность. Я обнаружил пещеру, в которую они ее затащили. — Замолчав, Артемис подошел к маленькому столику, открыл выдвижной ящик и достал оттуда какой-то предмет. — Вот это я нашел на полу пещеры. Я понял, что Кэтрин сжимала его в руке, пока боролась с тремя негодяями. След вывел меня на мастерскую на Бонд-стрит.
Мэделин подошла к нему, взяла цепочку для карманных часов и стала разглядывать висевший на ней брелок в форме лошади.
— И хозяин мастерской, который изготовил этот брелок, сказал вам, кому он его продал?
— Он сказал мне, что ему было поручено сделать одинаковые брелки для троих господ из высшего общества: Глентхорпа, Освинна и Флада. Я навел еще кое-какие справки и выяснил, что все трое — близкие друзья, учредившие маленький клуб для любителей, по их собственному выражению, «изысканных удовольствий».
Мэделин подняла глаза От брелка.
— И вы поклялись отомстить?
— Сначала я хотел их убить.
Она судорожно сглотнула.
— Всех троих?
— Да. Но потом я пришел к выводу, что это будет слишком просто, и решил лишить их богатства и репутации. Я хотел вкусить «изысканного удовольствия» от их погружения в нищету. Я хотел, чтобы они узнали, что такое быть отверженными в глазах общества и не иметь никакой защиты в силу низкого положения и бедности. Я хотел, чтобы они пережили то, отчего страдала Кэтрин.
— А потом, когда вы добьетесь своей цели? Что вы собирались делать потом, Артемис?
Он промолчал, но Мэделин и не нуждалась в ответе, ибо знала его сама.