Сокровище

— Что ж, я согласен.

— Ты останешься со мной, Бенедикт. Ты слышишь меня? — не на шутку распалилась Элис.

Дунстан расхохотался:

— Кто знает, Бенедикт, возможно, сэр Хью и сам Примет участие в турнире. Почему бы ему не выбрать вас личным оруженосцем?

— Вы действительно так думаете? — загорелся юноша.

— Боже милостивый! — Элис не верила своим Ушам. — Только не говорите мне, что сэр Хью станет тратить драгоценное время на какой-то дурацкий турнир.

В ответ Дунстан послал ей покровительственную Улыбку:

— Вам, как и Бенедикту, предстоит еще многому научиться, леди Элис. Само собой разумеется, сэр Хью примет участие в сегодняшних состязаниях. Здесь Винсент Ривенхоллский!..

— Это еще кто? — потребовала разъяснений Элис. — Какое отношение он имеет к лорду Хью?

Дунстан вскинул кустистые брови:

— Ни капли не сомневаюсь, что ваш жених в скором времени сам все объяснит вам, миледи. Это дело личное, и уж конечно говорить об этом должен не я. А теперь прошу прощения, но у нас с Бенедиктом впереди много работы.

— Постойте! — воскликнула Элис. — Меня совсем не устраивает такой ход событий.

— Все свое недовольство и жалобы предъявите сэру Хью, — пробормотал Дунстан. — Пойдемте, Бенедикт.

— Подождите! — приказала Элис. — Бенедикт нужен мне самой. Мне потребуется его помощь.

— Но, Элис… — Бенедикт был явно разочарован.

— Сегодня днем Бенедикт вам вряд ли понадобится, — возразил Дунстан.

Она бросила на него испепеляющий взгляд:

— Извольте объясниться, сэр Дунстан, что вы имеете в виду?

— Ну как же… — Дунстан улыбнулся ей невинной улыбкой. — Вас ждут дела крайней важности.

— Какие еще дела? — ледяным тоном спросила она.

— По-моему, здесь все яснее ясного. Если уж вы стали невестой сэра Хью, то наверняка захотите увидеть, как ваш будущий господин будет демонстрировать свое рыцарское искусство во время состязаний.

— У меня нет ни малейшего желания смотреть на глупые игры.

— Чепуха! Все леди любят наблюдать за турнирными сражениями.

И прежде чем Элис успела излить на него очередную порцию гневных обвинений, Дунстан, подхватив Бенедикта под руку, поспешил к шатрам — на другой конец огромной поляны, где должно было развернуться главное действо. Рыцари, оруженосцы и тяжеловооруженные воины — все готовились к предстоящим состязаниям.

Элис была в бешенстве. Неужели сэр Хью решил изменить свои планы только для того, чтобы принять участие в рыцарском турнире? В этом нет ни капли здравого смысла!

Когда Дунстан и Бенедикт скрылись в толпе, Элис резко повернулась и решительно направилась к черному шатру. Она отыщет Хью и выложит ему все, что о нем думает. Что за глупость: участвовать в турнире в то время, когда их ждут важные дела!

Внезапно она вынуждена была остановиться — дорогу ей преградил огромный черный боевой конь. Она сразу поняла, кто его хозяин. Да и разве можно было усомниться? Могучие копыта, мускулистые плечи и крупная голова с пышной черной гривой могли принадлежать только статному жеребцу сэра Хью. Запах хорошо смазанной стали и кожи щекотал ей ноздри.

Элис заморгала при виде лат. Ее взгляд скользнул вверх. Впервые Хью предстал перед ней в доспехах. Кольчуга из плотно пригнанных металлических колец сверкала на ярком солнце. У бедра рыцарь держал шлем.

Хью всегда выглядел грозно, внушая окружающим страх, но сегодня, когда он показался перед ней в полном боевом облачении, от одного взгляда на Хью Безжалостного стало не по себе. Элис, заслонившись рукой от солнца, посмотрела ему в лицо.

— Я слышал, среди светских дам появилось новое модное увлечение — дарить своим рыцарям какой-нибудь талисман в знак особого расположения, с тем чтобы они могли носить его с собой на турнирах, — спокойно проговорил Хью.

Элис набрала в легкие побольше воздуха и собралась с духом. «В конце концов, я очень разгневана, — напомнила она себе, — и должна вести себя соответствующе».

— Вы, конечно же, не собираетесь принять участие в состязаниях, милорд?

— Но, Элис, если я останусь в стороне, все сразу же это заметят. По-моему, не следует вызывать ненужных подозрений относительно истинной цели своего приезда. Стратегическая хитрость как раз состоит в том, чтобы ничем не выделяться среди других рыцарей. Понимаете?

— Но зачем тратить впустую время на эти глупые игры, взгромоздившись верхом на, лошадь, когда для вас гораздо важнее сейчас выследить трубадура Гилберта!

— Глупые игры?

— Вот именно, если желаете знать мое мнение.

— Понимаю. Хотя большинство дам получают истинное наслаждение, наблюдая за турниром… — Хью намеренно выдержал долгую паузу, а затем продолжил:

— Особенно если их господин участвует в состязаниях.

— Наверное, кому-то и нравится подобное развлечение, но меня это никогда не привлекало.

— Так вы даруете мне знак своего расположения?

Элис с подозрением взглянула на него:

— Какой еще знак?

— Шарфик, ленту или тесьму.

— Неужели это вам так необходимо, милорд? — Элис покачала головой. — Представляю! Отдам я шарфик чистой шерсти или красивую шелковую ленту, а вы будете носиться по полю с дорогой вещицей по уши в грязи. Спрашивается, что останется от так называемого талисмана? Жалкая грязная тряпица?

— Возможно. — Хью взирал на нее сверху с непроницаемым видом. — И все же будет благоразумнее, если вы дадите мне его, Элис.

— Чего ради, сэр? — возмутилась девушка.

— Потому что от нас этого ждут, — спокойно заметил Хью. — В конце концов, мы помолвлены.

— Значит, вам потребовался знак моего расположения только для того, чтобы все узнали о нашей помолвке?

— Да.

— А как же мой зеленый камень?

— Всему свое время, — мягко ответил Хью.

— Странно, мне казалось, камень для вас важнее всего.

— Это верно, и к концу дня он уже будет у меня. Но появилось дело не менее важное, чем поиски кристалла.

— Что еще за дело, ради всего святого? — требовательно спросила Элис.

— Винсент Ривенхоллский намерен принять участие в турнире. — Голос Хью был удивительно спокоен, но именно этот деланно-безразличный тон привел Элис в еще большее негодование.