Страница 43 из 83
«Обременен массой забот». Эта фраза нуждается в пояснении. В 1946 году Генеральный штаб, разрабатывая штаты воздушно-десантных корпусов и дивизий, определял и места их постоянной дислокации. Согласно плану, управление 37-го гвардейского Свирского Краснознаменного корпуса и спецподразделения должны были расположиться в районе Монастырище. 98-й дивизии отводилась местность близ села Покровка, а для 99-й дивизии определен район железнодорожных станций Манзовка и Мучная. Но, как говорится в народе, «гладко было на бумаге, да забыли про овраги». Из Приморского края корпус был передислоцирован в Амурскую область, где балок и лесов не перечесть, да и климат не райский. Всю десантную махину обеспечивала 1-я военно-транспортная авиационная дивизия, а это десятки самолетов Ли-2, планеров Як-14, сотни планеристов, инженеров и техников. Дивизия распоряжением Главкома войск Дальнего Востока была включена в состав 37-го гвардейского воздушно-десантного корпуса.
Как и в Пскове, на В. Ф. Маргелова легла вся тяжести обустройства частей и соединений на голом месте. К тому времени, когда он был назначен командиром корпуса, части и соединения располагались в приамурских городах и поселках. Управлению корпуса, спецподразделениям, 98-й и 13-й дивизиям пришлось обживать затерявшийся среди сопок районный центр Куйбышевка-Восточная (ныне г. Белогорск. – Б. К). Город, стоявший на перепутье железных дорог, одна из которых вела в Благовещенск, расположенный на левом берегу Амура, всколыхнула война с Японией.
Сильная и величественная река, безудержно сносившая в половодье даже самые мощные преграды, вызывала у Василия Филипповича невольное восхищение… А между тем в жизни комкора возникало немало подводных преград и течений. Не все ладилось в отношениях с Д. Д. Лелюшенко. Во всяком случае, мелочная опека и постоянные накачки со стороны прославленного военачальника, командующего 1-й стрелковой Краснознаменной армией на пользу делу явно не шли, а необходимой свободы действий и поддержки Маргелов не получал.
Два года понадобились для того, чтобы захолустный городок стал именоваться военным гарнизоном. Пришли и первые радостные события. Появилась пристройка к родильному дому – жизнь брала свое, и в офицерских семьях чуть ли не еженедельно принимали пополнение. Напутствуя главврача, В. Ф. Маргелов понимал, что идет на явные нарушения – строительные материалы, отпущенные на казармы, складские помещения и учебные классы, были в Приамурье на вес золота. Безо всякой иронии Василий Филиппович называл себя заправским прорабом, ибо на его рабочий стол вперемешку с планами боевой подготовки, учений, десантирования ложились расчеты, сметы, проекты…
Аэростату, как известно, ни аэродрома, ни взлетной полосы не требуется. Другое дело – транспортный самолет или планер. Ни тот, ни другой никакими заклинаниями с кочковатого поля в воздух не поднимешь. Летчики – армейская интеллигенция, которую трудно представить в роли обслуживающего аэродромного персонала. Неизвестно, какие слова нашел комкор, но на строительстве корпусного аэродрома, не считаясь со временем, трудились те, кто поднимал в небо самолеты и планеры, и те, кто обслуживал полеты, и когда первый самолет, бессменный труженик Ли-2, совершив пробежку, взлетел ввысь, унося на борту группу десантников, наблюдавшие за этим зрелищем невольно зааплодировали. Местные юмористы, окрестив аэродром «малым Тушином», даже не предполагали, что В. Ф. Маргелову уже в ранге командующего ВДВ не раз придется руководить десантной частью знаменитого на весь мир Тушинского аэродрома.
В соответствии с требованиями «Положения о прохождении службы офицерским составом» по прошествии двух-трех лет офицеры и генералы подлежали аттестации. Как правило, этой процедуре предшествовали проверки боеготовности частей и соединений. В 1952 году 37-й воздушно-десантный корпус проверяли и Главком войск Дальнего Востока, и командующий Отдельной Краснознаменной армией. Маршал Р. Я. Малиновский слыл в Вооруженных Силах человеком выдержанным, с уважением относящимся к солдатским мозолям и поту. По служебным меркам, между маршалом Советского Союза и генерал-майором – дистанция огромного размера. Но Р. Я. Малиновского и В. Ф. Маргелова свело знакомство не в буфете Дома офицеров, а в окопах Сталинграда. А это значило очень многое. На бескрайних просторах военного округа, которым командовал Малиновский, могли бы уместиться три Франции или пять Англии со Швейцарией в придачу, и даже воздушно-десантный корпус – всего лишь боевая единица среди бесчисленных гарнизонов, разбросанных на этом огромном пространстве. Родион Яковлевич жаловал своими визитами по-простому, по-домашнему не всякого. А вот к Маргеловым заглянул, да не один, а с супругой и дочерью. Правда, перед этим объехал «хозяйство» комкора, откровенно заявив в начале пути: «Я в десантном деле – полный несмышленыш. Так что, Василий Филиппович, будь мне поводырем».
В этот день десантники старались на совесть. Спортсмены демонстрировали технику владения парашютом, стрелки поражали меткими выстрелами мишени, взводы успешно атаковали опорные пункты «противника», в воздушно-десантных городках тщательно отрабатывались элементы прыжка.
Маргеловы жили в одноэтажном бараке неподалеку от штаба корпуса. Анна Александровна, работая в гарнизонной поликлинике, успевала и за братьями-близнецами присмотреть, и чистоту с уютом в доме блюсти.
Пока маршал с генералом совершали объезд частей и полигонов, их жены приготовили ужин, а дети отрепетировал концерт. Александр и Василий исполнили любимые военные песни отца, а Наташа, дочь Малиновского, ровесник близнецов, продекламировала стихи. За столом вспоминали о трудных военных годах. Маргелов рассказал о том, как его гвардейцы освобождали Одессу, родной город Малиновского. В свою очередь Родион Яковлевич поведал о том, как громили Квантунскую армию, и о том, какую роль в разгроме японцев сыграли десанты.
«Правда, прыгать гвардейцам не пришлось, – заметил маршал, – однако даже посадочный способ показал эффективность воздушно-десантных подразделений. А у тебя, Василий Филиппович, в руках целый корпус».
– Не у меня, товарищ маршал, – поправил Маргелов, – а у вас.
– И то верно. Прав ты и в том, что самолетов для большого десанта явно маловато. Впрочем, как и звезд у тебя на погонах, – с улыбкой добавил Малиновский.
Но только в августе 1954 года, после трех лет командования корпусом, Василий Филиппович Маргелов стал генерал-лейтенантом. Аттестацию подписал его непосредственный начальник командарм Д. Д. Лелюшенко:
«Генерал Маргелов В. Ф. командует 37-м воздушно-десантным корпусом с апреля месяца 1950 года, выдвинут с должности командира воздушно-десантной дивизии.
Имеет хорошую оперативно-тактическую подготовку. В 1948 году окончил военную академию имени К. Е. Ворошилова. Любит воздушно-десантное дело и хорошо его знает. Присвоено звание инструктора парашютно-десантной службы.
Использование ВДК и взаимодействие с другими родами войск знает хорошо. Настойчиво работает по воспитанию и выращиванию офицерского состава.
В повседневной жизни добивается выполнения требований приказа военного министра за № 0085 от 1951 года. Воинская дисциплина в корпусе заметно улучшилась и укрепляется авторитет командира-единоначальника.
По сколачиванию штаба, как органа управления, работает, но штаб еще недостаточно контролирует выполнение войсками требований приказов и воинских уставов.
По боевой подготовке корпус имел за 1950/51 год посредственную оценку. За 1951/52 год войска корпуса получили оценки: 13 ВДД – удовлетворительно, 98 ВДД – хорошо, 99 ВДД – удовлетворительно.
В 1952 году значительно повысилась парашютно-десантная подготовка. Во всех частях успешно проведены ротные, батальонные и полковые учения с практическим десантированием.
В частях корпуса заметно улучшился воинский порядок, однако еще имеется значительное количество чрезвычайных происшествий и воинских правонарушений, непосредственно влияющих на воинскую подготовку.
Состояние боевой техники и вооружения в корпусе удовлетворительное, но в содержании автотранспорта имеются существенные недостатки.
Уют и благоустройство войск созданы удовлетворительно.
Тов. Маргелов политически достаточно развит. Правильно ставит задачи перед политорганами и партийной организацией по обеспечению боевой подготовки и укреплению воинской дисциплины и единоначалия. Активно участвует в партийно-политической работе.
Над усовершенствованием знаний работает, воинские уставы знает и настойчиво их требования проводит в жизнь.
Волевой, честный, инициативный, исключительно трудолюбивый и дисциплинированный командир. Иногда бывает вспыльчив. В отдельных случаях не продумывает вопросы до конца. Физически здоров. В морально-политическом отношении устойчив. Пользуется достаточным авторитетом.
Партии Ленина – Сталина и Социалистической Родине предан.
Вывод: Корпус боеготовен к выполнению боевых задач».