Страница 44 из 83
…С 5 марта 1953 года, после смерти Сталина страна начала новый отсчет времени. Вместе со Сталиным ушла целая эпоха – эпоха открытий и свершений, сотворенных народом, которому не было преград «ни в море, ни на суше», которому были «не страшны ни льды, ни облака», эпоха разнузданной клеветы и доносов, громких процессов над «врагами народа», эпоха невиданных просчетов и Великой Победы в Отечественной войне, эпоха зарождения ракетно-космической и термоядерной науки, сделавшей подлинный переворот в военном деле.
В образном выражении У. Черчилля: «Сталин принял страну с сохой, а оставил с ракетой», – присутствует необоримая истина. Неоспорим и факт кулуарной борьбы, Развернувшейся в Кремле после ухода из жизни Сталина. Так, в кресле военного министра в марте 1953 года оказался маршал Советского Союза Н. А. Булганин, покинувший о в 1949 году. Главнокомандующим сухопутными войсками стал маршал Советского Союза И. С. Конев. Произошли перестановки военачальников и в других видах Вооруженных Сил, и только командующий ВДВ Герой Советского Союза А. В. Горбатов сохранил свой пост. В одном из приказов, подписанных им в траурные мартовские дни, говорилось:
«Воздушно-десантные войска, скорбя вместе со все народом о кончине Иосифа Виссарионовича Сталина, проявили патриотизм, приняв повышенные обязательств успешно закончить зимний период обучения, полностью и без тяжелых травм выполнить план парашютных прыжков организованно провести учения с боевой стрельбой».
Десантный корпус Маргелова по праву считался одним из лучших соединений в войсках Дальневосточного округа. Ведь любое отступление от планов боевой подготовки, а тем более его срывы, карались комкором беспощадно. В середине 1953 года в войну в Корее вступили США, и Дальневосточный округ после нескольких провокационных вторжений американской авиации и бомбежек оказался на положении прифронтового.
А. В. Кукушкин вспоминает:
«Комкор в полной мере требовал отдачи от штаба. К этому обязывала и обстановка. В войне в Корее американцы широко применяли напалм и бактериологическое оружие. Личному составу корпуса была проведена вакцинация от чумы и холеры. Василий Филиппович постоянно был в войсках. Мы, офицеры штаба, сопровождали его на всех учениях и проверках. Это была хорошая школа для нас.
Как-то по тревоге был поднят 116-й гвардейский воздушно-десантный полк, который за ночь совершил двадцатикилометровый марш-бросок и утром возвратился к месту дислокации. Я… прошел с полком весь маршрут и вроде бы хорошо знал промахи и успехи в его действии.
На совещании офицеров управления корпуса Василий Филиппович приказал мне сообщить о действиях полка. Я по порядку доносил обо всем. И вдруг комкор задает мне вопрос: «Сколько в полку было отставших на марше и сколько человек с потертостью ног?»
Я ответил, что отставших было человек тридцать-сорок, потертостей много, а сколько точно, не знаю.
– Вот как – «приблизительно» – работают наши офицеры! – с возмущением заметил комкор и сам назвал точные цифры.
Я готов был провалиться сквозь землю от стыда и позора».
А. В. Горбатов, отважный кавалерист времен Первой мировой и Гражданской войн, командир кавалерийской дивизии, после окончания курсов усовершенствования Высшего командного состава в 1930 году неожиданно оказался в пехоте и в годы Великой Отечественной войны командовал стрелковой дивизией 3-й гвардейской армии. Сменив в 1950 командующего ВДВ генерал-полковника авиации Руденко, Александр Васильевич чувствовал себя белой вороной среди бывалых десантников и поэтому стремился окружить себя помощниками, в деловых качествах которых сомнений не имел. И хотя 37-й корпус располагался в значительном отрыве от других частей и соединений ВДВ, Горбатов при каждом удобном случае «вытаскивал» комкора Маргелова в Москву. Такой случай представился и в июне 1953 года
26 июня 1953 года был арестован Л. П. Берия. Москва жила слухами, домыслами, тревогой. Танки гвардейской Кантемировской дивизии стояли на Ленинских горах, на Горьковском шоссе. Под усиленной охраной находились вокзалы, почта, телеграф, улица Горького, Кремль. Трое суток не спадало напряжение. И наконец стало ясно: операция по устранению от руководства Берии и его ставленников из органов МВД, МТБ и Минобороны прошла бескровно.
Оказалась вакантной должность военного коменданта. Излишне говорить, что комендант столицы СССР – лицо, приближенное не только к Минобороны, но и к правительственным кругам. Какой веский довод нашел Василий Филиппович Маргелов, чтобы отказаться от назначения на эту должность, осталось неизвестным. Сохранились лишь его слова, высказанные в кругу близких людей: «Не хочу быть милиционером».
А между тем все равно работа в Москве Маргелову нашлась: вместе с другими военачальниками он до окончания следствия и заседаний Специального судебного присутствия Верховного суда СССР охранял Берию и его подручных.
Но пребывание в течение нескольких месяцев в Москве для В. ф. Маргелова не прошло без последствий – уезжал он из Первопрестольной генерал-лейтенантом и с неприятным осадком на душе от соприкосновения с той политической борьбой, в которую были втянуты видные военачальники.
Менее чем через год, в начале мая 1954 года, генерал-лейтенант Маргелов вновь оказался в Москве, в уже известим нам кабинете министра обороны, из которого он в свое время вышел командиром 76-й гвардейской Черниговской Воздушно-десантной дивизии. Генералу армии А. В. Горбатову не требовалось представлять подчиненного – Н. А. Булганин был чрезвычайно памятлив на людей.
– Моим приказом, – начал без предисловий военный министр, – Александр Васильевич назначен командовать Прибалтийским военным округом. – Булганин улыбнулся. – Рука у меня легкая. В 1948 году после академии вы согласились стать десантником. Не раскаиваетесь в том?
– Никак нет! – ответил Маргелов.
– Как же вы это от «хлебного» места в Москве отказались?
– Комендантом я был бы никудышным.
– Возможно, вы правы. Горбатов предложил мне замену. Ознакомьтесь с моим приказом.
Маргелов пробежал глазами по строчкам:
«Назначить на должность командующего Воздушно-десантными войсками генерал-лейтенанта Маргелова Василия Филипповича, бывшего командира 37-го гвардейского Свирского Краснознаменного воздушно-десантного корпуса. Прием и передачу должности осуществить в срок до 1 июня 1954 года, о чем доложить мне лично».
Вот так, минуя должность заместителя командующего, в мирное время, Василий Филиппович Маргелов впервые перешагнул через одну ступеньку военной карьеры. А рука у Н. А. Булганина, который в феврале 1955 года стал Председателем Совета Министров СССР, действительно оказалась легкой.
Сдав корпус, Маргелов приехал в Хабаровск с докладом к командующему Дальневосточным округом. Маршал Малиновский, не скрывая удовлетворения, пожал на прощание руку: «Дерзай, Василий Филиппович!» Менее чем через два года Р. Я. Малиновский был назначен главнокомандующим Сухопутными войсками.