Мирные действия

– О. – лорд Форкосиган выпрямился, широко открыв от восхищения глаза. – А-а, злая усмешка промелькнула на его губах. – На самом деле оно может быть сколь угодно высоко. О, мой бог… – Он искоса посмотрел на нее. – Мадам Форсуассон, я полагаю, что вы натолкнулись на путь решения проблемы. И я, разумеется, сообщу об этой идее так быстро, как только смогу.

Его явное удовольствие заставило ее сердце взлететь – ну, хорошо, фактически это было даже не удовольствие, а некое острое словно бритва ликование, но все же он улыбнулся в ответ на ее улыбку. Она могла лишь надеяться, что сделанное ею смогло облегчить его головную боль наутро после приступа. В вестибюле раздался бой часов. Катриона поглядела на свое хроно. Стоп, неужели уже так поздно? – О боже, уже пора. Моя древесная бригада может прибыть сюда в любой момент. Лорд Форкосиган, я должна попрощаться.

Она вскочила на ноги и вежливо кивнула на прощание лорду Марку. Пим и лично лорд Форкосиган вместе проводили ее до входных дверей. Форкосиган держался все еще очень скованно; она спросила себя, насколько болезненным или затруднительным является для него сейчас любое движение. Он пригласил ее заходить снова – в любое время, когда у нее возникнет малейший вопрос или она будет вообще в чем-то нуждаться, – и отправил Пима показать ей, где сложить в штабель кленовые бревна. Он стоял в дверном проеме, наблюдая за ними обоими, пока они не завернули за угол большого дома.

Катриона оглянулась через плечо. – Он не очень-то хорошо выглядел сегодня утром, Пим. Вы действительно не должны были позволять ему вставать с кровати.

– О, я знаю это, мадам, – мрачно согласился Пим. – Но что еще мог сделать простой оруженосец? У меня нет полномочий отменять его распоряжения. В чем он действительно нуждается – это чтобы о нем заботится кто-то, кто не будет терпеть его глупости. Будущая леди Форкосиган должна будет уметь с ним справляться. И это должна быть не одна из этих застенчивых, жеманных девиц, на которых сейчас, кажется, помешаны все молодые лорды – такую он просто задавит. Он нуждается в женщине с опытом, которая могла бы противостоять ему. – Он с извиняющимся видом улыбнулся, глядя на нее сверху вниз.

– Думаю, это правда так, – вздохнула Катриона. Она никогда раньше не пыталась взглянуть на брачные планы фор-лорда с позиций его оруженосца. Пим что, намекал, что его лорд положил глаз на такую наивную девицу, а его штат был взволнован тем, что она ему не подходит?

Пим показал ей скрытый деревянный тайник и разумно предложил разместить кучу компоста для лорда Марка здесь, а не в подземном гараже, уверяя ее, что это место значительно больше подходит. Катриона поблагодарила его и отправилась обратно к входным воротам.

Инженю. Ладно, если фор хочет жениться в пределах своей касты, он сегодня почти неизбежно должен обратиться к более молодому поколению. Форкосиган не показался ей человеком, который будет счастлив с женщиной, не равной ему по интеллекту, но какой у него есть выбор? Наверное, любая женщина с умственными способностями, достаточными, чтобы им заинтересоваться, скорее всего не будет и такой дурой, чтобы отвергнуть его из-за физического недостатка… и вообще это меня никак не касается, твердо сказала она самой себе. Было абсурдно, представляя себе эту мнимую девицу, наносящую ему воображаемое ужасное оскорбление из-за его физических недостатков, поднимать себе реальное кровяное давление. Полностью абсурдно. И она отправилась наблюдать за спиливанием гнилого дерева.

***

Марк только успел подсесть к комм-пульту, намереваясь снова его включить, как Майлз с рассеянной улыбкой прибрел обратно в библиотеку. Марк обернулся, глядя как его брат-родитель собрался снова плюхнуться в кресло, но поколебавшись, уселся более осторожно. Майлз повел плечами, как бы расслабляя сведенные мускулы, откинулся назад и вытянул ноги. Он взял своей недоеденный хлебец, и срезу после бодрого замечания «Все прошло нормально, как ты думаешь?» – впился в кусочек зубами.

Марк посмотрел на него с сомнением. – Что прошло хорошо?

– Беседа. – Майлз запил кусок остатками своего остывшего кофе. – Ну, вот ты и познакомился с Катрионой. Отлично. И о чем вы говорили, пока я не спустился?

– О тебе. В буквальном смысле.

– А? – лицо Майлза осветилось интересом, и он выпрямился в кресле. – И что она обо мне говорила ?

– Мы главным образом обсуждали твои припадки, – сказал Марк мрачно. – Мне показалось, она знала об этом намного больше, чем ты решил доверить мне.

Майлз поник, нахмурясь. – Гм. Это не та моя особенность, на которой я действительно хотел бы заострять ее внимание. Но хорошо, что она знает. Я не хотел бы испытать соблазн снова скрыть столь глобальную проблему. Я усвоил урок.

– О, да, – Марк смотрел на него с негодованием.

– Я сообщил тебе главное, – возразил его брат в ответ на этот взгляд. – Тебе не стоило вдаваться во все кровавые медицинские детали. Ты был на Колонии Бета и ничего не мог бы с этим сделать.

– Это была моя ошибка.

– Вздор. – Майлз издал действительно великолепное оскорбленное фырканье; Марк решил, что в этом тонком великосветском проявлении раздражения чувствовалась рука его – их – тети Форпатрил. Майлз помахал незанятой рукой. – Все это был выстрел снайпера, а потом произошло больше медицинских случайностей, чем можно было предполагать. Что сделано – то сделано; я снова жив и хочу оставаться таким впредь.

Марк вздохнул, неохотно понимая, что если он хочет посыпать голову пеплом, его старший брат ему в этом не поможет. У того было на уме совсем другое.

– Так что ты о ней думаешь? – спросил Майлз с тревогой.

– О ком?

– О Катрионе, о ком же еще?

– Как о дизайнере пейзажа? Мне надо посмотреть на ее работу.

– Нет, нет, нет! Не как о дизайнере, хотя и в этом она тоже хороша. Как о будущей леди Форкосиган.

Марк моргнул – Что?

– То есть как это что? Она прекрасна, она умна – эта идея с приданым, о боже, Формюира удар хватит – и она невероятно уравновешено ведет себя в критических ситуациях. Спокойная, понимаешь? пленительно спокойная. Я обожаю ее спокойствие, я купаюсь в нем. Сила воли и остроумие в одном лице.

– Я вовсе не сомневался в том, подходит ли она. Это был просто непроизвольный возглас удивления.

– Она племянница Лорда Аудитора Фортица. У нее есть сын, Никки, ему почти десять. Симпатичный мальчик. Хочет быть скачковым пилотом, и я думаю, что осуществит это намерение. Катриона хочет быть садовым дизайнером, но я думаю, ей стоит продолжать заниматься терраформированием. Она порой бывает слишком скромна – ей надо развить в себе уверенность.

– Возможно она просто ожидала возможность ввернуть хоть словечко, – предположил Марк.

Майлз замолк, на мгновение пораженный сомнением. – Думаешь, я в этот раз слишком много болтал?

Марк отмахнулся – «не думай об этом» – и пошарил в корзинке, не спряталось ли там хоть крупица пряного хлебца. Майлз посмотрел на потолок, положил ногу на ногу и стал туда-сюда покачивать ступней.

Марк снова подумал о женщине, которую он только что видел. Довольно привлекательная, изящная яркая брюнетка в таком стиле, какой нравится Майлзу. Спокойная? Возможно. Конечно, сдержанная. Не очень выразительная. Пухленькие блондинки намного более сексуальны. Карин была чудесно выразительна; она даже умела пробуждать и в нем подобное умение, как он думал в наиболее оптимистические моменты. Майлз тоже крайне выразителен, но в своей собственной неустойчивой манере. Наполовину это просто чушь – но никогда нельзя быть уверенным, на какую именно половину.

Карин, Карин, Карин. Не стоит воспринимать ее нервный приступ как отдаление от него. Она встретила кого-то, кто ей больше нравится, и дает нам отставку, – прошептал в его мозгу кто-то из Черной Команды, и это не был озабоченный Пыхтун. Я знаю несколько способов избавиться от такого переизбытка мужчин. Даже тело никогда бы не нашли бы. Марк игнорировал мерзкое предложение. Ты не имеешь к этому никакого отношения, Убийца Даже если она встретила кого-то другого, скажем, на пути домой, находясь в одиночестве, – потому что он настоял, что полетит другим маршрутом, – то она обладала маниакальной честностью и сообщила ему, если бы это было так. Именно ее честность лежала в основе их проблем. Она была физически неспособна притворяться целомудренной барраярской девой, если ею не была. Она это бессознательно решила для себя в ситуации рассогласования представлений – одна нога здесь, на Барраяре, другая на Колонии Бета.