Страница 69 из 232
— Боюсь что «варки» задействованы в другом месте, приятель. Может быть, вы еще не знаете этого, ребята, но в Германии сейчас отражают наступление русских войск. Десять часов назад началась третья мировая война. Мы попытаемся направить к вам разведывательный самолет, но потребуется время. Еще не принято решение, как поступить с вами, так что пока обходитесь своими силами.
— Вот как, — кивнул Эдварде, глядя на своих солдат.
— Слушайте, Эдварде. Полагайтесь на здравый смысл, избегайте контакта с противником. Насколько я понимаю, вы остались единственными американцами в Исландии. Самое ценное, что вы можете сделать, — следить за происходящим и докладывать нам. Экономьте источники питания рации. Старайтесь действовать поосторожнее. Мы придем к вам на помощь, но для этого нужно время. Постарайтесь продержаться. Будем связываться с вами по четным часам. У вас точные часы? — А тем временем, подумал офицер связи, мы попробуем найти способ проверить, действительно ли вы тот, за кого себя выдаете, и не стоят ли позади вас русские с пистолетом у затылка.
— Ясно. Мои часы установлены по Гринвичу. Будем выходить на связь. Конец.
— Вы только посмотрите — еще танки! — заметил Смит. — На корабле доставили огромное количество снаряжения!
Генералу с трудом верилось, что все идет так хорошо. Когда он увидел «гарпун», летящий в борт корабля, то решил, что операция закончится неудачей. А сейчас уже треть снаряжения была выгружена с корабля и направлена к местам назначения. Теперь он ждал, когда в Исландию перебросят остальной личный состав дивизии. Затем сюда доставят вертолеты. В настоящий момент его окружало сто тысяч исландцев, и на их дружелюбное отношение рассчитывать не приходилось. Несколько недовольных жителей следили за разгрузкой снаряжения с противоположной стороны порта, и генерал уже послал туда отделение солдат с приказом разогнать их. Сколько исландцев звонили сейчас в разные страны мира? Может быть, система сотовой связи все еще функционирует? А вдруг кто-то связался с Соединенными Штатами и сообщил о происшедшем на острове? Приходится беспокоиться обо всем.
— Товарищ генерал, переброска солдат дивизии началась. Первый транспортный самолет вылетел десять минут назад в сопровождении истребителей. Самолеты начнут прибывать сюда через четыре часа, — доложил начальник связи.
— Четыре часа. — Генерал, стоя на мостике корабля, посмотрел на безоблачное голубое небо. Сколько времени потребуется американцам, чтобы прийти в себя от неожиданности и прислать сюда эскадрилью истребителей-бомбардировщиков? Он повернулся к начальнику оперативного отдела.
— На причале слишком много машин. Как только наберется группа размером с взвод, пусть немедленно отправляются к месту назначения. У нас нет времени ждать формирования рот. Как с аэропортом Рейкьявика?
— Его охраняет стрелковая рота, и через двадцать минут прибудет еще одна. Нам не оказали никакого сопротивления. Гражданские авиадиспетчеры и технический персонал под арестом. Патруль, проехавший по улицам Рейкьявика, сообщил, что они пусты. Из нашего посольства передали, что правительство обратилось по радио к народу с призывом не покидать домов. Этот призыв выполняется почти всеми.
— Передайте патрулю, чтобы немедленно захватили центральную телефонную станцию. Телевизионную и радиостанции пусть не трогают, но телефонную станцию захватить сейчас же! — Генерал повернулся и увидел, как отделение десантников приблизилось к толпе на другой стороне порта. В толпе местных жителей было человек тридцать. Восемь вооруженных солдат спустились с грузовика и направились к толпе, держа наготове автоматы. Навстречу им, отчаянно размахивая руками, пошел мужчина. Его тут же застрелили. Толпа рассеялась и обратилась в бегство.
Генерал громко выругался.
— Выясните, кто сделал это!
Макафферти вернулся в центр управления боевыми действиями, предварительно побывав в гальюне. Кофе не дает тебе уснуть, подумал он, — то ли от возбуждающего действия кофеина, то ли от ощущения переполненного мочевого пузыря. События уже развивались не слишком благоприятно. Тот самый гений, который распорядился убрать американские субмарины из Баренцева моря, надеясь избежать опасного «инцидента», своего добился: дорога советским подлодкам была открыта. «Как раз вовремя для начала войны», — проворчал капитан, забыв о том, что еще совсем недавно эта мысль казалась ему совсем не такой и плохой.
Придерживайся они первоначального плана, он бы уже нанес немалый ущерб советскому флоту. Но вместо этого кого-то охватила паника, когда он доложил в центр о расположении советских подводных ракетоносцев, и, насколько понял Макафферти, этот кто-то не смог решить ничего определенного. Советские субмарины, вырвавшиеся на полной скорости из Кольского залива, не повернули, как предполагалось, на юг, в Норвежское море. Судя по данным гидролокационного поста, шумы, издаваемые ими, обнаружились далеко к северу от «Чикаго» и направлялись на запад, постепенно затихая. Значит, Иван посылает свои подводные лодки через Датский пролив? Если так, то благодаря противолодочному рубежу, протянувшемуся между Исландией и Гренландией, это им может дорого обойтись.
Подводный ракетоносец ВМС США «Чикаго» плыл на глубине пятисот футов чуть севернее шестьдесят девятой параллели, примерно в сотне миль от скалистого побережья Норвергии. Между ним и берегом находились норвежские дизельные подводные лодки, охраняющие свою страну. Макафферти понимал это, хотя и не одобрял.
До сих пор еще ничего не происходило, и капитана это тревожило. Правда, подобного следовало ожидать, и он мог подавить свое беспокойство. В конце концов Макафферти всегда полагался на собственную
подготовку и опыт. Он знал, на что способна его субмарина, и имел неплохое представление о том, на что способны русские подводные лодки. Он понимал, что технические возможности его ракетоносца превосходят возможности противника, однако какому-нибудь русскому капитану могло повезти. Такова война. Это ситуация, не поддающаяся решениям арбитров и твердым правилам. Ошибки, допущенные сейчас, не обойдутся письменными критическими замечаниями командира соединения. А пока везло только противнику.
Макафферти посмотрел на своих людей. Он не сомневался, что они думают о том же, но все полагались на него. Практически команда его подводной лодки являлась физическим продолжением его собственного разума. Он стоял во главе целого организма, известного как американский ракетоносец «Чикаго», и впервые почувствовал, как колоссальна ответственность, возложенная на него. Если он допустит ошибку, погибнут все эти люди. Умрет и он — с сознанием, что стал причиной их гибели.
Нельзя думать об этом, решил капитан. Такие мысли разъедают душу. Гораздо легче находиться в боевой ситуации, когда мышление ограничивается немедленными действиями. Макафферти посмотрел на часы. Отлично.
— Всплыть на перископную глубину, — скомандовал он. Пора проверить, не поступили ли приказы, и попробуем пробежать по радиодиапазонам — выясним, что происходит.
Это не было простой процедурой. Субмарина всплывала медленно, осторожно поворачиваясь, позволяя акустикам убедиться, что поблизости нет кораблей.
— Поднять антенну.
Техник— электронщик нажал кнопку, и мачта с антенной для приемника широкого диапазона поползла вверх. Вспыхнул дисплей.
— Масса электронных шумов, сэр. Три поисковых источника, множество других. Много разговоров и в диапазоне УКВ-частот. Веду запись.
Да, конечно, подумал Макафферти. Пожалуй, трудно предположить, что здесь кто-то охотится за нами.
— Поднять перископ.
Капитан направил поисковый объектив вверх, чтобы посмотреть, нет ли вблизи пролетающего самолета, затем быстро оглядел горизонт. Что-то показалось ему странным, и Макафферти пришлось опустить угол объектива, чтобы получше рассмотреть предмет.