Страница 111 из 232
— Мы можем добраться до них, — произнес американец, — но для этого потребуется загрузить половину наших «птичек» подвесными баками.
— Ничего не выйдет. Командование никогда не согласится отдать их из стратегического резерва. — Полковник уныло покачал головой.
— Тогда мы будет вынуждены организовать массированное патрулирование над Фаррерскими островами, а это лишит нас возможности принимать меры против советских сил в Исландии. — Тоуленд окинул взглядом сидящих за столом. — Как приятно, когда твой план осуществляется на практике. Давайте подумаем, каким образом перехватить инициативу у этих ублюдков. Сейчас мы играем по их правилам, реагируем на их действия, не предпринимаем собственных. Вот так и проигрывают войну, парни. У Ивана «бэкфайеры» стоят на аэродромах из-за фронта низкого давления, двигающегося через центральную Атлантику. Завтра они снова вылетят, хорошо отдохнув, и опять начнут атаковать наши конвои. Если мы не можем нанести удар по Анде и не в состоянии предпринять что-то против их сил в Исландии, то чем тогда занимаемся здесь, черт побери? Сидим и думаем, как лучше защитить Шотландию?
— Если мы допустим, чтобы Иван завоевал превосходство в воздухе над Британскими островами…
— Стоит нам допустить, чтобы Иван безнаказанно наносил удары по нашим конвоям, и эту гребанную войну можно считать проигранной! — заявил Тоуленд.
— Верно. Ты совершенно прав, Боб. Проблема, однако, заключается в том, как сбить «бэкфайеры»? Они летят, по-видимому, прямо над Исландией. Отлично, нам известен район, через который они пролетают, но его охраняют русские МиГи, приятель. Тогда нам придется посылать истребители для боев с истребителями.
— Давайте придумаем что-нибудь другое. Что, если перехватить используемые русскими воздушные танкеры, необходимые им для дозаправки?
Сидящие за столом офицеры оперативных отделов истребительных подразделений молча слушали рассуждения офицеров-разведчиков.
— Но как нам обнаружить, где находятся их заправщики? — спросил один из них.
— Неужели вы считаете, что можно дозаправить в воздухе тридцать или больше бомбардировщиков без радиопереговоров? — спросил Тоуленд. — Я слушал переговоры во время операций по заправке через спутник и знаю, что это происходит не в полном радиомолчании. Давайте сделаем так: пошлем туда самолет-разведчик и поручим летчику выяснить, где происходит дозаправка. А потом устроим засаду из нескольких «томкэтов» на обратном пути русских.
— Нанести удар по заправщикам уже после того, как «бэкфайеры» заправятся, возвращаясь обратно… — задумчиво произнес один из летчиков-истребителей.
— Это не помешает им напасть на наш конвой сегодня, но зато уж точно сорвет планы этих подонков на завтрашний день. Стоит нам добиться успеха, хотя бы один раз, и Иван будет вынужден изменить свои оперативные планы, может быть, вышлет с бомбардировщиками истребители прикрытия. По крайней мере мы перехватим инициативу и заставим их реагировать на наши действия.
— К тому же это может снять напряженность на нашем направлении, — согласился полковник королевских ВВС. — Верно, стоит подумать об этом.
Карта не показывала, насколько пересеченной и труднопроходимой будет эта местность. Река Скула прорезала целую серию теснин в этих горах на протяжении многих столетий. Река была полноводной и водопад образовывал тучи брызг, превращающихся в свете утреннего солнца в многоцветную радугу. Это вызвало гнев у Эдвардса. Ему всегда нравились радуги, но эта означала, что скалы, по которым придется спускаться, будут мокрыми и скользкими. По его расчетам, до гранитных валунов внизу расстояние не меньше двухсот футов. Сверху оно казалось намного больше.
— Вам приходилось заниматься скалолазанием, лейтенант? — спросил Смит.
— Нет, никогда. А вам?
— Приходилось, но мы большей частью практиковались в подъемах на крутые склоны. Этот спуск должен быть куда легче. Не беспокойтесь относительно того, что можете поскользнуться, — наши ботинки держат очень хорошо. Просто старайтесь ступать на что-то надежное, понимаете? И не спешите, не будем рисковать. Пусть впереди идет Гарсиа. Мне здесь начинает нравиться, шкипер. Видите вон ту заводь чуть ниже водопада? Там уж точно водится рыба, и никто не сможет заметить нас в этой дыре!
— О'кей, помогите девушке.
— Понял. Гарсиа, спускаешься первым. Роджерс, прикрываешь тыл. — Смит перекинул автомат за спину и подошел к Вигдис. — Вы сможете спуститься здесь, мэм? — спросил Смит и протянул ей руку.
— Мне приходилось тут бывать. — Девушка едва не улыбнулась и затем вспомнила, кто сопровождал ее сюда и сколько раз. Она не приняла руку сержанта.
— Отлично, мисс Вигдис. Может быть, мы сумеем чему-нибудь у вас научиться. Только будьте поосторожней.
Спуск оказался бы несложным, если бы не тяжелые вещмешки. Каждый нес груз в пятьдесят фунтов. Дополнительный вес и усталость мешали сохранять равновесие, поэтому сторонний наблюдатель мог принять морских пехотинцев за старых женщин, пытающихся перейти обледеневшую улицу. Крутизна склона составляла примерно пятьдесят градусов, а в некоторых местах он был почти вертикальным, причем на склоне виднелись тропинки, протоптанные скорее всего дикими оленями, которые водились здесь в изобилии. Впервые усталость пошла солдатам на пользу. Будь у них побольше сил, они могли попытаться двигаться побыстрее, но теперь, когда силы у каждого были на исходе, каждый боялся собственной усталости больше крутых скал. На спуск потребовалось больше часа, зато все благополучно достигли основания склона без единой травмы, если не считать царапин на руках и синяков в других местах.
Гарсиа пересек реку, на восточном берегу стена ущелья была круче, и они устроили привал на скалистом уступе в десяти футах выше поверхности потока. Эдварде посмотрел на часы. Переход продолжался без остановок более двух суток. Пятьдесят шесть часов. Каждый выбрал место в глубокой тени.
Сначала решили поесть. Эдварде съел содержимое банки, даже не подумав посмотреть на этикетку. Судя по отрыжке, это оказалось какими-то рыбными консервами. Смит дал сначала поспать рядовым и уступил свой спальный мешок девушке. К счастью, она заснула почти так же мгновенно, как и морские пехотинцы. Сержант быстро обошел участок под пристальным взглядом Эдвардса, изумленного тем, что у Смита еще остались силы.
— Мы выбрали хорошее место для отдыха, шкипер, — заявил наконец сержант, опускаясь рядом со своим офицером. — Будете курить?
— Я не курю. Мне казалось, что у вас кончились сигареты.
— Кончились. У отца девушки нашелся запас, вот я и прихватил несколько пачек. — Смит закурил сигарету без фильтра зажигалкой «Зиппо», украшенной эмблемой корпуса морской пехоты — земной шар и якорь. Он глубоко затянулся. — Господи, как хорошо-то!
— Думаю, нам следует провести здесь день, чтобы как следует отдохнуть.
— Отличная мысль. — Смит откинулся назад и оперся спиной о валун. — А вы проявили себя во время перехода на удивление хорошо, лейтенант.
— В академии ВВС я был одним из лучших бегунов на дальние дистанции — десять тысяч метров, пробежал несколько марафонов. Смит посмотрел на него мрачным взглядом.
— Значит, я пытался соперничать в выносливости с марафонцем?
— И вполне успешно, сержант. Этот марафонец теперь не может шевельнуться. — Эдварде принялся растирать плечи. Наверно, боль от лямок вещмешка никогда не оставит, подумал он. Мышцы ног болели так, словно кто-то колотил по ногам бейсбольной битой. Опершись спиной о валун, он попытался заставить каждый мускул своего тела расслабиться. Каменистый грунт не казался таким уж удобным для этой цели, но у Эдвардса не осталось сил для поисков более удобного места. И тут он вспомнил о чем-то.
— А нам не нужно выставить часового? — спросил он.
— Я думал об этом, — отозвался Смит. Он тоже улегся на грунт, накрыв лицо шлемом. — Думаю, сегодня на это можно не обращать внимания. Заметить нас здесь можно только с вертолета, зависшего над головой. Ближайшая дорога в десяти милях отсюда. Наплевать на охрану. Как-нибудь обойдемся. Как вы считаете, шкипер?