Страница 20 из 103
Она невольно расхохоталась, видя, как лицо жреца вытягивается от удивления, хотя впору было расплакаться.
– М-миледи… - Майкл запнулся, густо покраснев. - Вы и так делаете для меня слишком много… Мне ничего не надо… Одно то, что вы кормите меня, уже большая честь… - Целитель так смутился, что не мог продолжать.
– Николь,- быстро сказал Николас,- нам лучше обсудить неотложные вопросы. Значит, старший жрец решился в открытую угрожать нам и прислать инквизитора?
– Боюсь, что так, - промолвил брат Майкл, благодарный Николасу за то, что тот пришел ему из помощь и сменил тему.- Подобные случаи уже происходили.
– Но наверняка, - запротестовала Николь,- только с негодяями, магами, жрецами Темной Королевы и ее приспешниками? Мы всегда искренне верили в Паладайна.
– Раньше так и было, миледи, и не было причин бояться, - сказал Майкл. - Вначале Король-Жрец действительно пытался избавить мир от тьмы. Но он не понимал, что для окончательного ее искоренения придется убить всех, к чьему сердцу она хоть раз прикоснулась - даже слегка. Только признав постоянную тьму в мире и каждодневно противостоя ей, мы можем избегнуть поражения.
У брата Майкла была собственная тьма, как он считал, - его любовь к Николь. Она была отнюдь не такой чистой, светлой и святой, как ему хотелось. Слишком сильно было туманящее голову желание обладать девушкой: обнять ее и впиться в губы жарким поцелуем, распустить узел волос и ощутить их шелковистый водопад…
– Я понимаю, - мягко произнесла Николь, - я тоже ношу красивое платье, когда люди голодают, но, с другой стороны, я так замучилась чинить и штопать его. - Она утомленно провела руками по изношенной и латаной ткани. - Может, мы не правы, Николас? Возможно, это греховная гордыня - хотеть сохранить наши земли… Возможно, мы должны отдать все церкви… ведь так хочет Паладайн. А если этого желает наш Бог…
– Нет, - твердо сказал Николас. - Я не уверен в том, что это желание Паладайна, а не Короля-Жреца и его Высокочтимых Сынов.
– Но почему?
– Потому, миледи,- откликнулся брат Майкл, - что Король-Жрец утверждает, будто знает помыслы Богов. Как подобное может говорить смертный?
– Ты служишь Мишакаль.
– Я следую законам Богини, выполняю ее заповеди. Но никогда не посмел бы заявить, что действую от ее имени, миледи.
– А разве неправильно хотеть избавить мир от зла?
Брат Майкл заколебался. Он сам дни и ночи проводил в размышлениях, но ответить на такой вопрос было непросто.
– А как дать определение злу, миледи? Слишком часто на это место подставляется тот, кто чем-то отличается от нас, или тот, кого мы не понимаем. Уничтожить всех магов? Но был великий маг Магиус, который бился рядом с отважным Хумой против Тьмы и был его самым большим другом. В местах, где я родился, около Кзак-Царота, живут кочевники, называющие себя Детьми Равнин. Согласно утверждениям Короля-Жреца, они варвары, но я никогда не встречал более щедрых и любящих людей. Они поклоняются всем Богам, даже тем, которые уже покинули Кринн. Когда кто-то заболевает, Дети Равнин молятся Мишакаль, но они просят и Моргиона убрать свою темную руку.
– Что ты хочешь этим сказать? - нахмурился Николас,- Моргиона и Темную Королеву давно выкинули прочь из нашего мира.
– Разве? - улыбнулся брат Майкл. - А чума и другие болезни тоже исчезли? Нет. И что мы говорим? Говорим: страдает недостойный. Но была ли недостойной ваша мать?!
Брат с сестрой замерли, переваривая неожиданную мысль.
– Ты намекаешь нам, брат Майкл… - протянул побледневший Николас, стараясь улыбнуться, - что нужно бросить вызов Королю-Жрецу? Подумай, прежде чем ответить. Как наш духовный наставник, ты окажешься в еще большей опасности, чем мы, если прибудет инквизитор.
Майкл ответил не сразу. Он сцепил руки за спиной и быстро заходил по залу, обдумывая каждое слово. Сестра подалась к брату, в волнении схватив его за плечо. Наконец брат Майкл повернулся к ним:
– Не делайте ничего. Пока. Я… я не могу объяснить, но у меня были странные видения в последнее время. Вчера вечером ко мне явилась Мишакаль, я ясно ее разглядел. Лицо Богини было печально, глаза полны слез. Она начала говорить что-то, но я не слышал… Потом она протянула ко мне руку и исчезла. Я буду молиться, чтобы она вновь посетила меня, и испрошу совета. Затем я смогу ответить четко и непреклонно.
Николас облегченно вздохнул, казалось, с его плеч свалилась гора. Николь робко улыбнулась Майклу:
– Спасибо, брат, мы верим в тебя.
Целитель почувствовал выступивший холодный пот, он не мог противиться ее обаянию, настолько Николь была прекрасна. На миг их взгляды пересеклись, и девушка смущенно покраснела.
– Николас, - быстро сказала она, - пора заняться тренировками с мечом, мне не терпится разучить новый прием.
Брат подошел к стойке с разнообразным оружием и снял тренировочные мечи.
– Да, пожалуй, ты права, надо размяться и выкинуть этого жирного жреца из головы.
Он перебросил ей оружие, и Николь ловко поймала его.
– Сейчас, только сменю платье на подходящий костюм, а то оно и так ветхое. Не стоит сопровождать нас, любезный целитель, - весело подмигнула она брату Майклу. - Я знаю, что даже тренировочный бой смущает тебя…
Она не любит его. Почитает и уважает, но не любит. Чего он мог ждать от нее? Как мог надеяться? Целитель, не воин… Как сияют ее глаза при рассказах о храбрости и доблести на поле битвы. В мечтах она видит смелого рыцаря, а не скромного жреца.
Близнецы весело убежали, смеясь и шутя, оставив Майкла одиноким и опустошенным. Вздохнув, он побрел в семейный Храм возносить молитвы…
– Ты знаешь, что тебе предстоит?
– Знаю, - прорычал вождь гоблинов. Он походил на человека больше остальных и, соответственно, был гораздо опаснее по сравнению с прочими. - Гони монету.
– Половина сейчас, половина - когда доставишь рыцаря. Живым!
– Мы так не договаривались. - Гоблин скривил рожу, казавшуюся еще более мерзкой при свете красной Лунитари. - Ты сказал - доставить рыцаря. Ты не говорил, что хочешь живого рыцаря.
– А зачем мне мертвый? - раздраженно бросил Акар.