Страница 42 из 100
За белой челюстью из воздуха потянулись очертания длинной мохнатой головы, чья пасть вырвала кусок плоти из плеча того, кто оседлал Трефа. Сиреневая эссенция, невинно кружащаяся в воздухе, наподобие пыльцы с волшебной палочки феи, в мгновение ока обернулась кривыми когтями полосонувшими подвернувшуюся спину.
Гончая, похожая на воздушный смерч кружилась между демоническими созданиями, без труда обрывая их существование. Не теряя времени Треф перевернулся на живот и отпихнув ногой чье-то тяжелое тело, пополз прочь, стараясь не попасть в центр свалки. В нос били одуряюще сильные запахи загрязняющей водный поток помойки. На ор демонов наложилось глухое ворчание гончей, чье дымчатое тело было неуязвимо для когтей и клыков, лишь слегка нарушающих её контуры. Оторванная голова описав в воздухе замечательный кульбит приземлилась прямо перед Трефом, дразнясь вывалившимся языком.
— Хорошая попытка, — давя на уши прозвенел голос Протея. — И собачка хорошая….
Уже стоящий на ногах сыщик обернулся на его слова. Чуть светящиеся туманные очертания гончей виднелись среди трупов демонов. Наиболее реальными в тот момент выглядели желтоватые зубы, которыми она обгладывала плоть одного поверженного до костей, опершись на его грудь мощной лапой.
Треф попятился вперед спиной, но почувствовав что-то подозрительное быстро огляделся. Края моста исчезли! Стремилась куда-то вдаль, теряясь меж бесконечными рядами опор темная река. Всюду куда доставал глаз лежали горы отбросов с жужжащими над ними золотистыми мухами. И никаких признаков узкой дороги, по которой он сюда пришел. Гончая оторвав перепачканную кровью морду от своего ужасного пиршества посмотрела в сторону беспрестанно ворочающегося 'нечто', сейчас уже более походящего на облако мошкары.
— Какой чудный песик, — медленно, с издевкой проговорил Протей. Гончая зарычала низко пригнув голову и вытягиваясь в пространстве наподобие удара молнии, метнулась к демону. В тот же миг темнота выплюнула из себя огромное черное щупальце, которое подобно кнуту щелкнуло по призрачному псу. Удар здорово тряхнул землю под ногами и в ту же секунду Треф понял, что смотрит не на щупальце а на густую тень, словно бы разрезавшую слабо различимую землю. А в этой тени медленно кружатся остатки фиолетовой пыльцы…
— Знаешь, — обратился к Позвоночнику бывший генерал Преисподней. — Я на самом деле не хочу помогать тем кто тебя сюда заманил. И даже Ему я не желаю удачи. В другой раз я обязательно отпустил бы тебя.
'Он не мог меня переместить против моей воли. Это наваждение, ложь' — быстро думал Треф. — 'Против обманов хороши формулы основанные на мощи Источника Гемона. Плохо то, что я никогда всерьез не интересовался этой стороной магии'.
На ум пришло короткое заклинание. Элементарный 'светлячок', который даже дети умели делать. Если, конечно, их родители могли себе позволить побаловать чадо небольшим запасом магической энергии.
— Но сегодня я слишком голоден.
Земля под ногами Трефа вздыбилась, взорвалась — шелестящий вал задел его, кажется лишь самым своим краем, но тут же втянул в себя, швырнул в гудящий эпицентр, уносящийся куда-то ввысь. И тогда Позвоночник закричал, теряя обладание над собой, от того липкого ужаса, что обещал ему и его душе скорую гибель в пасти монстра. В зажмурившиеся глаза ударил болезненный яркий свет, идущий отовсюду сразу.
Выпад, даже приблизительную силу которого было сложно представить себе, прожег темноту морока и залил видимое пространство похожим на клетку светом. Казалось сам Гемон спустился в Крессим. Трефа снова бросило наземь, но теперь он не делал попыток встать, потрясенный развернувшейся панорамой. Там где только что был скрывающийся во мраке демон, сейчас плавали в белом мареве разрозненные черные точки, оставшиеся от трусливо втянувшейся в коллектор жидковатой массы.
— Именем Князя Теней и Магистрата! Демон Протей, вы задержаны за нападение на сотрудника Темной Канцелярии, а так же за свои военные преступления перед лицом Оси и Владык!
Глава пятая
ДИТЯ БОГОВ
Школа Героев, славное заведение с многолетней историей, старалась независимо от талантов своих учеников, дать каждому кроме прочего необходимый минимум приличных манер. Некоторые её предметы, такие как прикладная 'Наука о питии' пользовались большой популярностью. Другие — 'Азы геройского искусства: общение и поведение', чуть меньшим. Третьи — 'Этикет', 'Ораторское мастерство' иже с ними, вообще не пользовались. Например, 'Ораторское мастерство' вел заключивший бессрочный контракт с ректором философ, тем самым обеспечивший себе вечность и вечные муки все ученикам: он в совершенстве знал двести семнадцать языков и часто говорил на непередаваемой (и непереводимой) смеси оных. Но если на 'Ораторское мастерство' Леград и заставлял себя ходить (пускай в основном для того чтобы выспаться), то с 'Этикетом' у него были крепкие нелады.
'Так и быть поставлю вам зачет, — сухо пожевывая губами, сообщил только что засунувший в карман взятку преподаватель. — Но попомните мои слова, молодой человек! Если не возьметесь за ум однажды окажетесь в ситуации когда не будете знать как себя вести… и вам будет стыдно!'
До сего момента Леград не вспоминал слова наставника…
… Большой двухъярусный аванзал, делающий честь любому ристалищу. Кружева, шелка платьев, сиреневые, розовые, белые, черные наряды, плывущие в воздухе сладкие ароматы. Живые цветы — синие, белые, желтые и красные розы, в плетеных корзиночках украшающие окна и стены в пространстве между фресками с изображением балов древности, и маскаронов с Владыками. Заполняющая пространство между колоннами и проходами неторопливая музыка из какой-то модной оперы. Длинные столы уставленные закусками в отблескивающей серебряной посуде. И люди. Сотни (в первую секунду показалось что тысячи, что весь Крессим) людей. Одетые в серо-черные ливреи слуги с мастерством прирожденных акробатов разминающиеся с гостями. Гости стоящие у столов с бокалами. Гости гуляющие по залу парами. Гости наблюдающие за залом, облокотившись о перильца лестниц и второго этажа. Гости улыбающиеся, гости целующие друг друга в щеки, гости прячущиеся в тени под лампами, гости выпившие, гости выпившие танцующие, гости выпившие и бороздящие зал… Леград почувствовал охватывающую его панику. Столько людей. Столько потенциальных врагов. Как здесь вообще можно находиться, а уж тем более расслабиться? Ответ на этот вопрос оказывается хорошо знала Геона. Бегло оглянувшись по сторонам она цепко ухватила их с Мелготом за руки и ловко нырнула в общество. Улучшив миг мечник прошипел франту:
— Демоны меня раздери, что мы здесь будем делать?
— Знакомиться, — ослепительно улыбаясь всем оказывающимся на пути, точно так же прошипел Мелгот.
— Я прогуливал 'Этикет'… - отчаянно сообщил Леград. — Что нам полагается делать?
— Я тоже, — совершил ответное признание Мелгот. — Ничего. Если переживаешь о том какой рукой вилку держать, то бери в любую руку. Главное уверенно. И когда будут представлять кому-то, говори 'очень рад'. Ну или как-то так. Все.
— А нам нельзя уйти куда-нибудь в угол?
— Пока гости не напьются это неприлично.
С бешеной скоростью они оказались в самом центре зала. Слева и справа мелькали какие-то лица, среди которых Леград напрасно пытался высмотреть Альму. Вообще же первое впечатление от раута было не из приятных — он чувствовал себя малышом которого заботливая мамаша привела в гости к друзьям. Никакой самостоятельной деятельности вести не дозволялось, при этом любая попытка воспринималась с подчеркнутым интересом, даром что никто не пытался рассмотреть его через увеличительное стекло. Мечник догадывался почему. На самом деле всем здесь собравшимся было на него плевать. Так же как и друг на друга.
— А теперь разрешите вас представить, — вторглась в его сознание тревожная фраза Геоны. Леград обнаружил что уже стоит неловко переминаясь перед тремя молодыми девушками. — Мелгота вы девочки уже знаете, а вот этого очаровательного молодого человека зовут Леград.