Страница 29 из 70
Гость вытащил из внутреннего кармана несколько трофейных паспортов и водительских удостоверений. Кроме них довольно зловеще полыхнули золотым тиснением темно-бордовые «корочки»:
— Читайте!
— Хм-м…
По меньшей мере двое из напавших на Виноградова являлись сотрудниками крупнейшей в городе Службы безопасности торгово-издательского объединения «Первопечатник».
— Странно.
— Что «странно»? — поинтересовался эстонец.
— Я думал, они вполне удовлетворились…
Владимир Александрович имел в виду скоропостижную гибель своего недавнего клиента — несколько человек в форме инспекторов ГАИ расстреляли его автомашину из автоматов прямо на Московском проспекте. Это было уже довольно давно, вскоре после того визита к Андрею Марковичу и перевода «Первопечатником» денег на указанный Виноградовым счет.
— Мелко все как-то! И не по-европейски.
Всем понятно, что в подобных ситуациях адвокат — человек наемного труда, всего-навсего квалифицированный исполнитель оплаченной воли клиента. И' как-то не принято «разбираться» еще и с ним…
— Да, ситуация неприятная. Как намерены поступить?
— По полной программе!
Еще покойный Иосиф Виссарионович предупреждал, что враг силен и коварен. Но теперь, когда известно, откуда и кем нанесен удар, можно принять адекватные меры. И даже более того…
Служебные удостоверения в любом случае послужат серьезными аргументами. Других, наверное, никто и не потребует, а сейчас главное — подстраховаться! Конечно, те ребята вряд ли пойдут с заявлением в милицию, но… К тому же, насколько помнил Виноградов, короткий список трофеев, добытых людьми господина Тоома, не ограничивался одними только документами.
— Вас что-то сейчас беспокоит? — перехватил взгляд хозяина собеседник.
— Пистолет… Не хотелось бы, чтобы его нашли у меня дома, ладно?
Ночной гость характерным жестом провел сверху вниз вдоль собственного тела:
— Все чисто! Вы не заметили? Я его сразу же отдал своим, еще внизу.
— И слава Богу! — Владимир Александрович разлил по рюмкам оставшиеся капли коньяка: — Ваше предложение связано с сегодняшним инцидентом?
— Самым непосредственным образом…
По версии господина Тоома их сегодняшней встрече способствовал целый ряд загадочным образом связанных между собой событий.
Все началось с того, что эстонская полиция получила оперативную информацию Интерпола о противозаконных финансовых махинациях одного из находящихся в Таллинне коммерческих банков. По сведениям, поступившим из одной благополучной западноевропейской страны, через этот банк организованная преступность СНГ уже длительное время отмывала и конвертировала свои «грязные» доходы.
Сложность организаций и проведения агентурно-оперативных мероприятий в отношении банка заключается в том, что по данным источников Интерпола попавшие в поле зрения коммерческие структуры были задействованы к тому же и для финансирования специальных операций Внешней разведки или какой-то другой российской секретной службы.
— Неужели?
— Да! Имеются определенные подтверждения.
Если верить словам господина Тоома, основным и практически единственным партнером эстонского криминального банка в России была… печально известная Владимиру Александровичу фирма « Первопечатник».
— Наверное, следовало обратиться за содействием в наше МВД? Существует же Главное управление по борьбе с организованной преступностью.
— Так обычно и строится взаимодействие! Но я уже, кажется, объяснил, почему именно в данном случае нельзя было передавать информацию в ваши правоохранительные структуры.
— Допустим… — Виноградов прекрасно представлял, что любые секретные сведения моментально перетекают из милиции в органы госбезопасности. Особенно, если речь идет о ближнем или дальнем зарубежье.
— Поэтому пришлось действовать самостоятельно. Из Эстонии прибыло несколько оперативных сотрудников…
— Официально?
— Не совсем. Но они занимались только сбором сведений о «Первопечатнике» и не провели ни одной акции, которая противоречила бы российскому законодательству!
— Ни одной?
Собеседник поморщился:
— Ну, насколько такое вообще возможно в ваших условиях…
— И вы возглавляете эту группу?
— Нет, Владимир Александрович. Но я в некоторой степени обеспечиваю ее миссию.
— Хм-м… Кажется, такого рода деятельность не вполне соответствует вашему официальному статусу?
— Вы правы, — согласился господин Тоом. — Однако то, что бывший майор милиции Виноградов делал не так давно на Кавказе, в Испании и некоторых других странах, тоже несколько выходило за рамки его официальных обязанностей и прав?
— Да, я никогда не позволял себе слишком трепетно относиться к тем законам, которые кем-то написаны на бумаге, — не стал изображать из себя святошу Владимир Александрович. — У меня не сколько другие критерии справедливости, добра и зла.
— Поэтому и решено обратиться к вам!
— Хочу только сразу предупредить, господин Тоом: измена Родине в форме шпионажа или выдачи государственной тайны — это не мой профиль.
— О чем вы говорите? Я не разведчик, я полицейский. — Гость продемонстрировал искреннее возмущение и хотел еще что-то добавить, но Виноградов уже достал из стопки потрепанных книг новый Уголовный кодекс.
Нашел нужное место:
— Статья двести семьдесят пятая! Вот: «…либо иное оказание помощи иностранному государству, иностранной организации или их представителям в проведении враждебной деятельности в ущерб внешней безопасности. Российской Федерации…» Между прочим, от двенадцати до двадцати лет! Не говоря уже о конфискации.
— И это тоже не имеет никакого отношения к тому, что я хотел бы предложить. Нас в данном случае не интересуют государственные тайны вашей страны!
— А чего же вы тогда хотите?
— Видите ли, Владимир Александрович… Я, как у вас говорится, мент по жизни — никогда не лез в политику. Кого-то ловил, кого-то сажал. Уголовный розыск, экономические преступления. Думал, что после независимости работы станет меньше! Но, увы, эстонская и русская мафия действуют вместе, и не хочется, чтобы моя крохотная республика попала под международную криминальную диктатуру. Понимаете?