Страница 7 из 86
Ирина, стараясь не задевать раненое плечо, протиснулась в лаз. Первое впечатление оказалось обманчивым. В каком-нибудь метре ход расширялся, так что по нему можно было даже идти согнувшись.
Ирина медленно двинулась вперед, освещая себе дорогу фонарем. Через несколько метров выстрелы стали не слышны.
Лариса переползала от одного окна к другому и палила из ружья, чтобы создать видимость, будто дом защищает много народу. Бандиты были настроены решительно и отступать не собирались. Пули сыпались как горох. Стена напротив окон вся была выщерблена.
...Вэн курил сигару, выпуская изо рта маленькие колечки. Труп охранники оттащили подальше, чтобы он, по словам командира, не портил умиротворяющего пейзажа.
Опять запищала рация. Вэн лениво протянул руку.
— Вэн, конкретно дробью лупят, мы не можем к дому подойти.
— Кого-нибудь зацепило?
— Нет.
— Я же сказал — всех мочить! Через пять минут чтобы дом был взят. Гранатами забросайте, черт возьми! — Вэн швырнул рацию на землю и решительно поднялся из шезлонга. — Ничего поручить нельзя! Тупицы!
— Идем туда? — поинтересовался один из охранников, складывая шезлонг.
— Туда, туда. Я их всех выпотрошу! — Вэн прибавил шаг.
Ирина отвалила в сторону кусок дерна и выбралась из лаза на склон, поросший густым кустарником. Огляделась. Шум боя на другом склоне нарастал. Ирина сориентировалась по солнцу и побежала трусцой. Теперь, когда из раны была извлечена пуля, а сама рана перебинтована, она чувствовала себя намного лучше. Главное — рассчитать силы на семь километров пути.
5
Вэн отогнул ветку кустарника и увидел изрешеченный пулями дом. Его бойцы залегли в кустах.
— Ну, в чем проблемы? — спросил он у своего зама, широкоскулого лысого мужика по кличке Бурыга.
— Такая шрапнель, что башки не поднять.
— Шрапнель, говоришь? — задумчиво сказал Вэн. — А ну-ка, дай мне две эфки.
Бурыга вынул из подсумка две гранаты Ф-1 и протянул их командиру. Тот взял их, приказал Бурыге:
— Рви кольца!
Бурыга послушно вырвал оба кольца из гранат.
— Как же я не люблю работать с дилетантами! — с чувством произнес Вэн и двинулся к дому. Из крайнего правого окна прозвучали два выстрела. Но Вэн даже не наклонился. Он шел так спокойно и даже неторопливо, словно был на прогулке в парке культуры и отдыха. Он шел к тому самому окну, откуда в него стреляли. Когда до дома оставалось метров двадцать, он метнул гранату правой рукой и, едва она рванула, бросил вторую эфку в соседнее окно. Из окон полетела пыль, посыпались осколки, труха, щепки. Вэн повернулся спиной к дому и громко сказал: — Вот такие мы делаем цветные фотопортреты. На штурм! Чтоб через сорок секунд входная дверь была открыта. Время пошло!
Бандиты устремились к дому. Процедура проникновения бойцов на высокий первый этаж была проста: двое сцепляли руки замком и подкидывали третьего, который, дав короткую очередь в проем, исчезал в окне.
Вэн смотрел на часы, стоя у входной двери. Через тридцать семь секунд после начала штурма она распахнулась.
— Ну и что, много ли там злого народу? — насмешливо поинтересовался Вэн у одного из штурмующих.
— Одна баба, — ответил тот с некоторым разочарованием в голосе.
— А вы надеялись увидеть здесь целый полк?
— Трое-то их точно было, — пожал плечами Бурыга.
— Сейчас поглядим, — сказал Вэн, входя в дом. В комнате на полу, держась за живот, в луже крови лежала Лариса. Она была еще жива. Ей посекло лицо, руки, плечи, ноги. Рядом валялось ружье с исковырянным осколками прикладом.
Вэн присел над ней на корточки:
— Где девка? Говори!
— Не было здесь никакой девки, — сказала Лариса слабым голосом.
— Раз мои люди сказали, что была, значит, была.
— Не найти вам ее никогда. Вы кто такие, чтобы чужие дома громить? — В голосе Ларисы не слышалось никакого страха. С Вэном она разговаривала как с соседом, который зашел в гости на чашку чая.
— Мы — бандиты. Наша профессия — убивать. А ты, я смотрю, смелая. Не страшно умирать?
— А что ж тут страшного? Насмотрелась уже, привыкла.
— Отлично. — Вэн достал пистолет и приставил его к виску Ларисы. — Так куда, говоришь, она ушла?
— Мои мужики не простят тебе этого. Никогда не простят, — произнесла Лариса.
— Это я им не прощу, — сказал Вэн и выстрелил. Голова Ларисы резко дернулась, и женщина замерла на полу.
— Вэн, она ж не сказала, где баба, — кивнул на мертвую Ларису Бурыга.
— Зато она сказала, сколько народу против вас воевало. Тоже мне, блин... шрапнель! Обыскать дом! Подвал, чердак — все!
Бойцы разбежались по дому. Через минуту из подпола раздался крик:
— Вэн, здесь подземный ход!
— Отлично, четверо в ход, остальные поверху, через гору! Вперед! Нужно кончить ее!
— Кончим! — донеслись из подпола истошные крики.
Вэн вышел на крыльцо, достал из кармана сигару. Телохранитель поднес зажигалку.
— В связи со сложившимися обстоятельствами, вводим план "Б". Вся операция должна быть завершена в течение трех дней.
Через минуту дом опустел. Часть бандитов полезла через подземный ход, другая двинулась в гору.
А через несколько минут на тропе, ведущей к дому, послышался частый топот копыт. Это подскакал Айгаз на коне. Вид у него был встревоженный. Он спрыгнул с коня, заскочил на крыльцо, скрылся в дверном проеме.
Увидев лежащую на полу в крови мать, Айгаз бросился к ней, приподнял ее простреленную голову.
— Мама, мамочка, мама! — запричитал он, тряся мать за плечи.
Плакал он со всхлипами, навзрыд, потом аккуратно опустил голову матери на пол. Окровавленной рукой поднял с пола ружье, подошел к металлическому ящику, достал из него несколько коробок с патронами.
Через несколько минут Айгаз вышел из дома с рюкзаком за плечами и ружьем в руке. Приторочив ружье и рюкзак к седлу, он ловко вскочил на коня и быстро поскакал по тропинке, огибая склон.