Страница 8 из 86
Глава вторая. Оперативные мероприятия
1
Дмитрий Алексеевич Хохлов, он же Боцман, посмотрел на электронные часы на столе и широко зевнул. Было без двадцати пяти шесть. Еще как минимум пятнадцать минут штаны протирать. Иначе это занятие не назовешь.
Последняя неделя в их детективном агентстве была, как говорится, нулевой. В понедельник мужик пришел. Я, говорит, в командировку, на три дня, а вы за моей мымрой последите, уличить в неверности хочу. Установили они с Мухой наружное наблюдение, «наружку». Первый день вслед за «мымрой» по магазинам таскались, второй — четыре часа у салона красоты в машине ждали, а на третий она возьми да и свинти от них. Легко! И ведь как ловко под красный свет проскочила! Они за ней, а тут «мере» по правому борту вынырнул, ну и царапнули его — на пять штук баксов. Всю двухмесячную прибыль агентства пришлось козлу этому «шестисотому» отдать. Заказчику они, конечно, не сказали, что мымру упустили. За каждую минуту отчитались. По отчету выходило, что верна она своему благоверному, как монашка. Заказчик на радостях им с Мухой премию в двести баксов отвалил. Щедрый.
В среду они ценный груз сопровождали: какие-то ящики деревянные, на гробы похожие, с Павелецкой на Каширскую перевезли. Что там, в этих ящиках: трупаки или золото, им знать не полагается. Их дело — пушку наготове держать, чтобы в случае нападения грудью защитить частную собственность...
Разве о мымрах да гробах они с Мухой, корешком Олегом Мухиным мечтали, когда создавали свое агентство? Они думали, настоящие дела будут — оперативная работа, риск, рукопашный бой, стрельба, преследование, а вышел — пфук! Вчера Муха заявил, что во всем конкуренты виноваты. Мол, другие фирмы всю свою деятельность свели к рутинной работе по обеспечению безопасности богатых граждан и их собственности, поэтому к ним нормальные клиенты не обращаются. Может, он и прав. Собирались они купить «жучки» и камеры наблюдения для работы, а теперь пот, из-за новых обстоятельств, придется отложить покупку до лучших времен. Муха сегодня поехал в банк ссуду выбивать. Интересно, дадут — не дадут?
Боцман потянулся в кресле, посмотрел на часы — было уже без пяти шесть — и сунул ноги в летние туфли. В офисе, если не было клиентов, он всегда ходил и мягких тапочках — после армейских походов по горным рекам болели ноги.
Хлопнула металлическая дверь.
— Муха, ты?
Но на пороге возник огромный парень с бычьей шеей.
— Вы Хохлов? — спросил он.
— Дмитрий Алексеевич. У вас какие-то проблемы? — Боцман по-американски улыбнулся и подумал, что у этого амбала вряд ли могут быть какие-либо проблемы. — Мы готовы вам помочь. Присаживайтесь.
Но парень не сел.
— Поехали, дело есть.
— Извините, как вас зовут?
— Андрей.
— Очень приятно. Может быть, вы объясните мне, куда и зачем мы должны ехать?
— Мне сказали, вас привезти, — пожал плечами Андрей.
«Человек, выполняющий функцию собаки хозяина. Приказали привезти — привезет, приказали порвать — порвет. А раздумывать над приказами ему некогда», — подумал Боцман.
— Расскажите, что за дело. Если выбивание долгов или обеспечение охраны бандитской стрелки — не поеду.
— Не, не то! — замотал головой Андрей. — Надо, братки!
— Пока не узнаю, в чем дело, — никуда не поеду. — Последние слова Боцман выделил особо, давая понять, что это его последнее слово.
— Да я и не знаю ничего, — уклончиво отозвался Андрей. — Мне сказали — привезти, я и приехал. Да вы не волнуйтесь, здесь близко — семь минут.
Боцман понял, что вразумительного ответа от этого «быка» добиться не удастся.
— А я и не волнуюсь, — сказал Боцман с ленцой. И сдался, взглянув на обескураженного амбала. — Ладно, так и быть. Только мне напарнику позвонить надо. — Боцман набрал сотовый телефон Мухи.
— На проводе, — раздался в трубке голос Олега. Фоном голосу служила музыка в «кислотном» стиле.
— Ну как, удалось?
— Почти. На следующей неделе получим на хлеб с маслом.
— А ты где?
— В «Трех обезьянах».
— Слушай, тут дело есть, — Боцман посмотрел на Андрея, который терпеливо ждал у порога. — Заехал ко мне мужчина, говорит, приглашает на встречу, а куда, зачем — не говорит.
— Пошли ты его куда подальше. Лучше заваливай ко мне. Здесь клево. Напитки хорошие.
— Не могу, Олег, не тот клиент.
— Дернул тебя черт сидеть в офисе до шести, давно бы уже свалил! Ладно, скоро буду. — В трубке раздались короткие гудки.
По разработанной ими самими инструкции Боцман не мог ехать на встречу один. Детективное агентство есть детективное агентство — надо быть начеку. Мало ли. Могут подставить или в грязное дело втянуть. Всякие случаи бывают.
— Нужно моего напарника дождаться. Минут через двадцать будет.
Андрей взглянул на часы и покачал головой:
— Намылят мне шею. Ладно, скажу — искал. «Твою шею трудно намылить», — подумал Боцман.
— Может, вы все-таки присядете. Чай, кофе? «Потанцуем», — добавил он про себя.
— Кофейку, — Андрей опустился в кресло, и оно жалобно заскрипело под его большим телом.
«Надо секретаршу завести. Пускай на телефонные звонки отвечает и с амбалами разговаривает, — думал Боцман, насыпая кофе в чашки. — Смотри, какой настырный!»
Боцман подал Андрею кофе и вернулся за свой стол. Делал вид, что рассматривает настольный календарь, сам поглядывал на амбала и злился, что вместо законного отдыха предстоит какая-то загадочная встреча.
Через двенадцать минут в офисе появился Муха. Он был слегка под хмельком.
2
На девятиэтажном здании недалеко от Профсоюзной не было никаких вывесок. Но, судя по автоматам на плечах у охранников при входе, здешняя фирма отнюдь не школьными тетрадями торговала. Втроем они поднялись на лифте на седьмой этаж. Здесь в холле Андрей сдал Муху с Боцманом длинноногой секретарше, которая, очаровательно улыбаясь, повела их по широкому, устланному ковролином коридору, в конце которого они поднялись по мраморной лестнице еще на один этаж и оказались в зимнем саду. Умиротворяюще журчал небольшой фонтанчик, подсвеченный разноцветными огнями, в клетках мелодично щебетали канарейки, глянцевые листья пальм блестели в мягком свете, который проникал в сад через стеклянную крышу. Секретарша провела их в укромный уголок, где стояли кожаные кресла, рядом — журнальный столик с бутылкой французского коньяка, рюмками, чашками и прочими атрибутами деловых переговоров.