Страница 33 из 69
Изольда осталась куковать соломенной вдовой, целиком отдалась работе, стала заведовать аптекой. Потом ей внезапно не подвалила удача. Однажды в её тихий небольшой кабинетик вошел лощеный полковник с медицинскими эмблемами в петлицах.
Изольда, обложившись бумагами, просматривала заявки на приобретение лекарств.
Голиков вошел, снял фуражку и церемонно склонил голову в вежливом поклоне. Представился будто высокому армейскому начальству:
— Полковник медицинской службы Голиков. Игорь Семенович. Вы меня примете?
Изольда Михайловна взглянула на посетителя с удивлением. К ней часто приходили с просьбами клиенты аптеки, но не бывало случаев, чтобы кто-то спрашивал, примет ли она их. Да и не считала она, что принимает кого-то. Просто встречаться с людьми и помогать им — её обязанность.
Тем не менее полковник Изольде Михайловне понравился. Было видно, что это мужчина самоуверенный, физически крепкий. От всей его фигуры веяло силой и властностью.
— Разрешите присесть?
Голиков посмотрел на неё выжидающе.
— Да, пожалуйста.
Он сел на стул, положил на колени кейс, открыл его, вынул оттуда шоколадные конфеты в коробке, разрисованной алыми розами. Положил на стол прямо на накладные.
— Это вам.
У Изольды от удивления расширились глаза. Но в то же время в душе возникло смятение.
Почему вдруг полковник предлагает ей такой роскошный подарок? Что за этим стоит? Может быть это взятка?
Она тут же отодвинула от себя коробку, хотя та понравилась ей с первого взгляда.
— Заберите. Что это?!
— Подарок. Вам…
— За что?!
— О, господи! — Улыбка осветила лицо Голикова, а голос прозвучал сокрушенно. — Куда катится этот мир? Даже такая красивая и умная женщина, как вы, считает что подарки можно дарить в случаях, когда умеешь объяснить за что. А если просто так? Без причин? Вот я шел, и у меня были с собой конфеты. Увидел вас и возникло желание сделать приятное. Не вам, Изольда Михайловна. Простите мой эгоизм. Подарок себе. Только себе. Лишь потому, что мне приятно было встретить красивую женщину. Увидеть её улыбку. В этой жизни так мало радостей, а мы глупыми условностями лишаем себя последних…
Опыт общения с мужчинами у Изольды не был большим, хотя выйдя замуж, она к своему удивлению обнаружила в себе удивительную сексуальность.
В брак Изольда вступила девственницей. Первая брачная ночь оставила жуткое воспоминание, в котором смешалось все — естественный страх перед неизвестностью, неизбежное любопытство, ожидание свершения, боль, ощущение телесной грязи, разочарование и, наконец, опустошенность. Вместе с тем уже на другое утро Изольда ощутила, что её любопытство все же сильнее отвращения. Так человек любопытный, но боящийся темноты, преодолевая страх, может пытаться раз за разом войти в дом, где якобы поселились привидения, и продвигаться все дальше и дальше по темным лабиринтам комнат, пока не докажет себе либо отсутствие, либо наличие призраков.
Молодоженам потребовалось всего пять дней, чтобы добраться до того состояния, которое в любви и телесной близости рождает восторг единения.
Потеря мужа швырнула молодую женскую душу в пустоту одиночества, из которой казалось не было выхода.
И вот перед ней мужчина.
Сколь бы ни были у женщины притуплены чувства, её инстинкты ошибаются редко.
Изольда поняла — она нравится полковнику. Полковник нравился ей.
Изольда Михайловна улыбнулась, она поняла — полковник её «кадрил». Значит, он не случайно вошел в аптеку. Он её где-то увидел, проследил за ней и теперь зашел. Выходит есть в ней ещё шарм и может быть не все в жизни утрачено…
Голиков воспринял оказанное ему сопротивление как вполне естественную реакцию женщины на нахальство незнакомого человека. Придя в аптеку, он и не надеялся на быстрый успех. Было много причин, по которым он и сам был готов отказаться от сотрудничества с человеком сомнительным, поскольку в его деле требовалась прочная уверенность в партнере. Мало ли что может оказаться в нем неподходящим — отсутствие предпринимательской жилки, деловая инертность, боязнь заниматься бизнесом, в котором заключена определенная доля риска… Мало ли что. Нажимать ни на кого он не собирался — не тот случай. В Москве множество аптек и, если он найдет две подходящие для осуществления его планов, дело можно считать успешно сделанным.
Однако, увидев Изольду, Голиков вдруг понял — от неё он просто так, не добившись согласия на сотрудничество, не уйдет.
Укрепляло его упрямое желание добиться успеха и то, что благоверная Раиса Гавриловна впала в очередной бзик и ввела жизнь супруга в полосу искусственного воздержания. К несчастью и Луиза, которая спасала его в таких случаях, уехала по турпутевке в Анталию, а плоть, возбужденная неисполненными желаниями, требовала деятельности.
И вот перед ним была женщина — видная, весьма оригинальная, не похожая на тех, кого он до этого знал.
Он потянулся и положил ладонь на руку Изольды. Та хотела её отдернуть, но теплая волна живого магнетизма уже проникла в нее, взбудоражила скрытые чувства.
Для себя Изольда уже решила как будет себя вести, что станет делать. Она всегда считала, что такие решения следует принимать заранее.
Она не обманывала себя. Она уже давно перестала это делать. Для чего? Куда вернее видеть и понимать всю правду. Она учитывала и старалась предусмотреть все.
Кем она была? Кем?
Одинокая женщина среднего возраста, борющаяся за себя, все ещё надеющаяся что ей повезет, и она сумеет отщипнуть для себя кусочек счастья от каравая, который предназначен на всех.
Увы, слишком много людей верят в то, что такой каравай существует, что если повезет, его может отыскать каждый. Верят и надеются. Надеются и тем обманывают себя.
Простаки в казино у рулетки. Чудаки возле организаторов уличных лотерей. Покупатели товаров, продавцы которых обещают им «приз» за покупку. Женщины, пытающиеся в первом улыбнувшемся им мужчине найти верного друга и достойного супруга. Мужчины, уверенные, что им осталось совсем немного, чтобы добиться богатства, положения в обществе, власти…
Однако счастье не холодец, который нарезан кусочками по числу людей, приглашенных погостить в этом мире. Потому ждать, когда кто-то положит отмеренную порцию на твою тарелку, не приходилось. Это надо было делать самой едва предоставлялась такая возможность.
Голиков погладил ей пальцы, потом поднял их и поднес к губам. Легкое, едва ощутимое возбуждение теплой волной омыло тело Изольды. Она посмотрела на полковника, увидела его глаза, полные желания и страсти и вдруг поняла, что боится. Не того, что должно произойти, если Голиков предложит ей пойти с ним, а того, что он может вдруг найдет в себе смелости сделать ей нескромное предложение.
У полковника смелости хватило. Он проводил Изольду до её дома и напросился на чай. Она любезно согласилась. Оставив гостя в комнате, ушла на кухню, быстро приготовила кофе, сварив его в медной, сверкавшей красным блеском «турке». Это была именно «турка», поскольку она сама купила её в Стамбуле, когда совершала круиз по средиземноморским странам. На больший подарок себе денег не хватило, зато теперь эта безделица напоминала ей о теплом и беспечном времени, проведенном на палубе шикарного теплохода.
Изольда разлила кофе в маленькие чашечки. Ей сказали, что это настоящий китайский фарфор, но утверждать она не могла, поскольку определить что означал иероглиф на донце так и не сумела.
— Прекрасный кофе. — Голиков отпил глоток и блаженно прикрыл глаза. И тут же без дипломатии спросил. — У вас есть друг?
Вопрос прозвучал дерзко, он касался той стороны жизни, о которой Изольда старалась говорить как можно меньше даже с хорошими подругами. Если в их беседах и возникала подобная тема, она загадочно улыбалась и аккуратно уходила от прямого ответа. Женщине, не состоящей в браке, бывает не просто признаться, что она совсем одинока и не пользуется успехом у мужчин. Подобное признание равносильно этикетке на товаре с надписью «Уценено».