Страница 5 из 16
Ах ты сволочь!! Ну давай, иди сюда!
КОУЛМЭН вскакивает, опрокидывая свой стул.
Коулмэн: Ну, давай, значит?
Вэлин: Швырять в меня деньги?!
Коулмэн: Да. И ты их сей час соберёшь для своего вонючего свинячьего банка, ты маленький девственный долбанный гомик ты…
Они вцепляются друг в друга, падают на пол и дерутся, катаясь по полу. Немного пьяный УЭЛШ входит через наружную дверь.
Уэлш: Эй, вы двое! Эй! (Пауза. Громко). Вы что не слышите!
Коулмэн (раздражённо): Что?
Уэлш: Том Хэнлон только что покончил с собой.
Вэлин: А?
Уэлш: Том Хэнлон только что покончил с собой.
Вэлин (пауза): Отпусти мою шею, ты.
Коулмэн: Тогда отпусти мою руку.
Они медленно отпускают друг друга и встают, в то время как УЭЛШ садится за стол, потрясённый.
Уэлш: Он вошёл в озеро с этой проклятой пристани. Да, и продолжал идти. Его тело там на досках. Его отцу пришлось тащить меня пьяного из [пивной] Рорис, чтобы я помолился над ним, что я и сделал, шатаясь.
Вэлин: Том Хэнлон? О, Господь. Да я ведь только вчера разговаривал с там Томом. [А теперь] похороны.
Уэлш: Один ребёнок видел его. Видел, как он сидел на скамейке на пристани с бутылкой пива и смотрел на горы там за озером. Допив пиво, он встал и вошёл в воду, не снимая одежду, и шёл не останавливаясь. Не останавливаясь. Пока бедняга не скрылась под водой. И даже затем он продолжал идти.
Коулмэн (пауза): Мне никогда не нравился этот долбаный Том Хэнлон. Он всегда был поглощён своей персоной как все эти полицейские, будь они не ладны…
Уэлш (гневно): Бедняга ещё не остыл, Коулмэн Коннор. Должен ли ты так говорить о нём?
Коулмэн: Да должен, если я не хочу быть лицемером.
Вэлин: Он теперь про лицемерие. Видишь, что это за парень, батюшка? Только что съел пакет моих чипсов без моего разрешения…
Коулмэн: Я заплатил тебе за эти чипсы…
Вэлин: А теперь говорит, что он не лицемер.
Коулмэн: Я заплатил тебе на три пенса больше, чем эти чипсы стоят. Да и вообще, разве употребление чипсов делает человека лицемером?
Вэлин: Да делает. И в довершение к этому приставать к школьнице — это ещё одно преступление, батюшка.
Коулмэн: Я не приставал к школьнице. Я приставал к бывшей школьнице.
Вэлин: Какая разница!
Уэлш: Что это за школьница?
Коулмэн: Эту школьницу зовут Гёлин. Она заходила сегодня днем, и мы классно провели время, ещё как.
Уэлш: Гёлин? Весь день Гёлин помогала мне стирать спортивную форму для детской футбольной команды, не отлучаясь ни на минуту.
Смущённый, КОУЛМЭН встаёт и идёт в свою комнату. ВЭЛИН преграждает ему путь
Вэлин: Ага! Видал! Так кто теперь девственный долбанный гомик?
Коулмэн: Прочь с дороги, немедленно.
Вэлин: Немедленно, а?
Коулмэн: Прочь с дороги, я сказал.
Вэлин: Я так и знал!
Коулмэн: Ты пропустишь меня или я тебя подвину?
Вэлин: Так что теперь — я был прав? А?
Коулмэн: А?
Вэлин: А?
Уэлш: Коулмэн, вернись сюда. Мы…
Коулмэн: И ты можешь тоже заткнуть свою долбаную глотку, Уэлш или Уолш или как там твоё дурацкое имя, поп! Если ты уличил Коулмэна Коннора во лжи, не жди быть… не ожидай…быть…
КОУЛМЭН входит в свою комнату, хлопая дверью.
Вэлин: Ты заикающаяся вонючая задница, вот ты кто! «Быть…быть…быть…» (Обращаясь к УЭЛШУ). А?
Пока ВЭЛИН поворачивается к УЭЛШУ, КОУЛМЭН бросается вперёд, пинает плиту и мчится обратно в свою комнату. ВЭЛИН пытается схватить его, но не успевает.
Ах ты, козёл!
Он осматривает плиту, чтобы выяснить, нет ли повреждений.
Моя любимая плита, чтоб её! Если что-нибудь сломалось в этой плите, то ты будешь платить за это, сволочь! Вы видели это, батюшка? Да разве он не сумасшедший? (Пауза). Тебе нравится моя новая плита, батюшка? Хорошая, не правда ли?
Коулмэн (из своей запертой комнаты): Ты видишь букву «V» на его плите, батюшка? Ты думаешь, это означает «Вэлин»? Вовсе нет. Это сокращение от слова «virgin», то есть «девственница».
Вэлин: Что за чёрт…?
Коулмэн: «V» означает «девственница», ах — ах.
Вэлин: И это говоришь мне ты — самый главный девственник?
Коулмэн: «V» означает «девственница Вэлин».
Вэлин: Ты самый главный девственник, чтоб ты сдох! И не подслушивай за дверью!
Коулмэн: Что хочу, то и буду делать.
ВЭЛИН снова осматривает плиту. ВЭЛШ чуть не плачет.
Вэлин (о плите): Нет, я думаю, плита в порядке, так…
Уэлш: Смотрите: я пришёл к вам…и вы ругайтесь. Достаточно справедливо будет сказать, что вы двое постоянно только и делайте что бранитесь. Вы никогда не изменитесь. Я достаточно много раз пытался…
Вэлин: Ты плачешь, батюшка или у тебя простуда? Да, это простуда…
Уэлш: Нет, я плачу.
Вэлин: Такого я никогда не видел.
Уэлш: Потому что я прихожу и говорю вам, что человек только что пошёл и убил себя, парень с которым вы ходили в школу…с которым росли вместе…парень, который слова плохого никогда ни о ком не сказал и который старался как можно лучше служить своим согражданам каждый день своей жизни…и я говорю вам, что он утопился, а это ужасная смерть, вы даже глазом не моргнули… вы не только глазом не моргнули, так вы ещё и препирайтесь о чипсах и плитах к тому же!
Вэлин: Я моргнул.
Уэлш: Что-то я не заметил!
Вэлин: Я сильно моргнул.
Уэлш: Однако я не заметил ни чуть!
Вэлин (пауза): Но это хорошая плита, не так ли, батюшка?
УЭЛШ кладёт свою голову в свои руки. ВЭЛИН идёт к плите.
Вэлин: Я её подключил лишь вчера. Она до сих пор пахнет новизной. Коулмэну вообще запрещено прикасаться к ней, так как Коулмэн не вложил в неё ни гроша, так как у Коулмэна нет ни гроша, чтобы вложить в неё. (Поднимает три пенса). У него есть три пенса, но этого мало, чтобы вложить в плиту. Слишком мало. Он бросил эти три пенса только что в мою голову, знаешь ли ты об этом? (Поняв в чём дело, со злостью). И если у него нет денег и он не путался с Гёлин, откуда, чёрт возьми, взялся этот самогон?! Коулмэн…!
Уэлш (кричит): Вэлин, ты конченая скотина, вот ты кто!!
Вэлин: Что? А, да, бедный Томас.
ВЭЛИН склоняет голову в притворном сочувствии.
Уэлш (пауза. Говорит печально, стоя): Я пришёл за вами, чтобы вы пошли к озеру со мной принести тело бедного Тома в его дом. Поможете вы, нет?
Вэлин: Я помогу, батюшка, я помогу.
Уэлш (пауза): Проклятье. Два убийства и одно самоубийство уже. Два убийства и проклятое самоубийство…
УЭЛШ выходит, качая головой.
Вэлин (вслед Уэлшу): Я уверен, в этом нет твоей вины, батюшка. Не впадай опять в сентиментальность! (Пауза). Коулмэн? Я ухожу к…