Страница 4 из 16
Вэлин: Только когда я…
Коулмэн: Как черномазые.
Вэлин (сердито): Только когда я разрешу, я сказал!
Коулмэн: Ты разрешишь, конечно.
Вэлин: Мне всё это было оставлено. Мне и только мне одному.
Коулмэн: Было не оставлено, а даровано.
Вэлин: Мне и только мне одному.
Коулмэн: Было даровано.
Вэлин: И ты не будешь ничего трогать. (Пауза). Какие черномазые?
Коулмэн: А?
Вэлин: Какие летающие черномазые?
Коулмэн: Черномазые. На коврах. Они летающие черномазые.
Вэлин: Так это пакистанцы. А вовсе не черномазые!
Коулмэн: Какая разница!
Вэлин: Большая разница! Они пакистанцы, это совсем не одно и тоже.
Коулмэн: Да ты, я смотрю, специалист по пакистанцам!
Вэлин: Да я специалист по пакистанцам!
Коулмэн: Так ты наверно ещё и влюблён в пакистанцев! О, я уверен.
Вэлин: Оставь любовь в покое.
Коулмэн: Что ты купил, ходя по магазинам, Господин «который хочет жениться на пакистанце»?
Вэлин: Что я купил, ты спрашиваешь?
ВЭЛИН берёт две статуэтки из своей сумки и расставляет их заботливо на полке.
Коулмэн: Чёрт подери…
Вэлин: Не ругайся, Коулмэн. Не перед святыми. Это богохульство.
Он достаёт восемь пакетов картофельных чипсов «Тэйтос» из сумки и кладёт их на стол.
И я купил немного [чипсов] «Тэйтос».
Коулмэн: Если покупаешь чипсы, то лучше бери «МакКойс».
Вэлин: Я буду покупать то, что я хо…
Коулмэн: Ты долбаный жмот.
Вэлин (пауза. Пристально смотря): Я не собираюсь покупать чипсы, которые на вкус точно такие же, а стоят в два раза дороже, Коулмэн.
Коулмэн: У них другой вкус и у них есть бороздки.
Вэлин: У них такой же вкус и плевать я хотел на бороздки.
Коулмэн: «Тэйтос» — это сушеное дерьмо и все это знают.
Вэлин: О, да я разговариваю со специалистом по чипсам. Ну и что, что они сушёное дерьмо? Они по семнадцать пенсов, и в любом случае, чьи они? Они мои.
Коулмэн: Да, это твои чипсы.
Вэлин: Да, мои и только мои.
Коулмэн: Или купи [чипсы] «Риплс».
Вэлин: В задницу «Риплс» и чтоб ты не лазил…что это?
ВЭЛИН берёт стакан КОУЛМЭНА и нюхает его.
Коулмэн: Что?
Вэлин: Это.
Коулмэн: Мой собственный [самогон].
Вэлин: Чёрта с два твой собственный. У тебя нет денег покупать твой собственный.
Коулмэн: У меня есть деньги.
Вэлин: Откуда?
Коулмэн: Что это — допрос?
Вэлин: Да, допрос.
Коулмэн: Да пошёл ты.
ВЭЛИН достаёт свой самогон из коробки из-под печенья, чтобы проверить количество содержимого. КОУЛМЭН кладёт журнал в сторону, снимает очки и сидит за столом.
Вэлин: Ты лазил сюда.
Коулмэн: Вообще даже не заглядывал.
Вэлин: Однако количество значительно…уменьшилось.
Коулмэн: Чёрта с два оно уменьшилось. Да я бы не притронулся к твоёму [самогону], чёрт бы тебя побрал, даже если бы ты засунул его…
Вэлин (пробуя самогон, с сомнением): Ты разбавил его водой.
Коулмэн: Верь, во что хочешь. Я никогда не трогал твой самогон.
Вэлин: Где ты мог взять деньги на…моя страховка на дом?! Ах ты сволочь…!
ВЭЛИН с отчаянием находит и изучает свою страховую книгу.
Коулмэн: Я заплатил за твою страховку дома.
Вэлин: Но подпись не Дафи.
Коулмэн: Это подпись Дафи. Разве там не сказано «Дафи»?
Вэлин: Ты заплатил?
Коулмэн: Да.
Вэлин: Почему?
Коулмэн: Хотел сделать тебе одолжение в ответ на все те любезности, которые ты оказал мне на протяжении стольких лет. О да.
Вэлин: Это легко проверить.
Коулмэн: Это действительно легко проверить, давай давай проверяй, скотина. Проверяй до посинения.
В замешательстве [сбитый с толку], ВЭЛИН убирает книгу прочь.
Выпивку можно купить не только на деньги. Сексуальная привлекательность тоже помогает.
Вэлин: Сексуальная привлекательность? У тебя то? Да на твою сексуальную привлекательность не купить даже слизь с мёртвой лягушки.
Коулмэн: У тебя есть твоё собственное мнение, и ты имеешь на него право. У Гёлин противоположное мнение.
Вэлин: Гёлин? Да поцелуй меня в задницу. [Да чёрта лысого].
Коулмэн: Это правда.
Вэлин: Да ну?
Коулмэн: Я сказал: «Дай мне бутылку, и я тебя хорошенько поцелую прямо сейчас». Она в ответ: «Если дашь мне пощупать тебя снизу, то можешь взять бутылку бесплатно». И подобные сделки мы заключали неоднократно.
Вэлин: Гёлин не стала бы щупать тебя снизу, даже если бы ты купил ей [лошадку] пони, и уж никак не дала бы тебе ещё бесплатно самогона в придачу.
Коулмэн: Видит Бог, я говорю правду, да и как ещё я мог бы получить самогон бесплатно?
Вэлин (неуверенно): Чёрт. (Пауза). А? (Пауза). Гёлин симпатичная. (Пауза). Гёлин ужасно симпатичная. (Пауза). Зачем Гёлин стала бы трогать тебя снизу?
Коулмэн: Зрелые мужчины — вот что нравится Гёлин.
Вэлин: Я нисколько тебе не верю.
Коулмэн: Напрасно.
Вэлин (пауза): И как это по ощущениям?
Коулмэн: Что по ощущениям?
Вэлин: Прикосновения снизу.
Коулмэн: Достаточно приятно надо сказать.
Вэлин (неуверенно): Я абсолютно не могу в это поверить. (Пауза). Нет, этого не может быть.
КОУЛМЭН открывает и начинает есть пакет ВЭЛИНовских картофельных чипсов.
Вэлин: Гёлин не стала бы трогать тебя снизу. Ни за что на свете не стала бы Гёлин трогать те- (Ошеломлён). Кто тебе сказал, что ты можешь есть мои чипсы?!
Коулмэн: Никто не говорил.
Вэлин: Нагло, прямо в моём присутствии?!
КОУМЭН: Я сам себе разрешил.
Вэлин: Тогда ты сам заплатишь мне семнадцать пенсов! И ты заплатишь мне прямо сейчас!
Коулмэн: Прямо сейчас, да?
Вэлин: Да!
Коулмэн: Деньги, которые ты припрятал?
Вэлин: И если ты не заплатишь, то по башке получишь.
Коулмэн: По башке от тебя? Ой, как страшно, я весь дрожу.
Вэлин: Семнадцать пенсов я сказал!
Пауза. КОУЛМЭН медленно достает монету из своего кармана и, не взглянув на неё, со стуком кладёт её на стол. ВЭЛИН смотрит на монету.
Это [только] десять.
КОУЛМЭН смотрит на монету, достаёт из кармана другую и также кладёт её со стуком.
Коулмэн: Сдачи не надо.
Вэлин: Я могу оставить себе сдачу, да?
Он кладёт монеты в карман, достает три пенса, открывает одну из ладоней КОЛЕМАНА и кладёт в неё деньги.
Мне не нужны подачки.
Он отворачивается. Продолжая сидеть, КОУЛМЭН с силой бросает монеты в затылок ВЭЛИНА.