Страница 9 из 41
Ноосфера — слово загадочное, будоражащее умы и фантазию, только в последнее время вошедшее в научную терминологию, — было известно Сталину. В 1943 году, к 80-летию, Вернадский получил Сталинскую премию. В ответной благодарственной телеграмме Вернадский счел нужным объявить Сталину, что Биосфера Земли переходит в Ноосферу: процесс этот неизбежен. Сталин ответил на телеграмму, но о Ноосфере ни слова. Тогда Вернадский пишет небольшую статью «Несколько слов о Ноосфере» и посылает ее в газету «Правда» и лично Сталину. Сталин нс отвечает, а «Правда» статью нс печатает. Но за полтора месяца до смерти Вернадского статья «Несколько слов о Ноосфере» публикуется в скромном академическом журнале «Успехи биологических наук». Собственно о Ноосфере Вернадский довольно много пишет в разных книгах и по разным поводам, но отдельная глава о Ноосфере, которой должна была завершаться его Книга жизни, так и не была написана. Считают, что не успел, не хватило жизни, а может быть, по каким-то другим причинам. Слово «Ноосфера» постепенно, за несколько десятилетий входит в нашу жизнь, а с появлением Интернета уже уверенно произносится и с экранов телевидения, и в газетных публикациях.
Но как вразумительно осознать, что же это за такая новая оболочка Земли — Ноосфера?
Вернадский и Тейяр де Шарден отправной точкой своих выводов о Ноосфере называют цефализацию Биосферы — в процессе эволюции наблюдается неуклонное развитие нервной системы и концентрация ее в головном мозге, то есть развитие Биосферы в направлении сознания. Идет процесс гоминизации — скачок от инстинкта к мысли. Нематериальная мысль человека становится геологическим фактором, материально преобразующим планету. Планета обретает Мозг, который берет на себя ее дальнейшее развитие.
В «Феномене человека» Тейяр де Шарден пишет: «...Понаблюдаем немного внимательней вокруг нас — этот внезапный поток церебральности; это биологическое вторжение нового животного типа, который постепенно устраняет или покоряет всякую форму жизни, не являющуюся человеческой...
Самый проницательный исследователь нашей современной науки может обнаружить здесь, что все ценное, все активное, все прогрессивное, с самого начала содержавшееся в космическом лоскуте, из которого вышел наш мир, теперь сконцентрировано в «короне» Ноосферы.
У Тейяра де Шардена эволюция принимает телеологическую форму, ее конечное притяжение — Точка Омега, символическое обозначение Христа. Религия и наука должны объединиться.
Вернадский называл себя глубоко религиозным человеком: «Я думаю, что религия имеет колоссальное будущее, но формы ее еще не найдены. Те откровения, которые имеются, не удовлетворяют в настоящее время меня, по крайней мере. Слишком много в них мишуры» — пишет он в 1943 году. Он убежден, что в будущем знание будет единым, оно будет включать в себя и науку, и религию, и искусства. Об этом же говорит Н.В. Тимофеев-Ресовский в фильме «Рядом с Зубром». Там же он рассказывает о своих встречах с Вернадским, об их беседах о происхождении жизни и о природе добра и зла.
Только недавно опубликованы дневники Вернадского (пока не все), из которых мы узнали, как его могучий свободный интеллект мог существовать в условиях несвободы, когда «кругом террор и на каждом шагу его следствия... Впечатление неустойчивости существующего становится сильнее. Политика террора становится все более безумной, чем я думал недавно. Волевая и умственная слабость руководящих кругов партии и более низкий уровень партийцев, резко проявляющихся в среде, мне доступной, заставляет меня оценивать все как преходящее, а не достигнутое — не как тот, по существу великий опыт, который мне пришлось пережить» (1938 год).
О Вернадском в тоталитарном государстве мы будем говорить с публикаторами дневников Вернадского: кандидатом исторических наук М.Ю. Сорокиной и доктором геолого-минералогических наук В.П. Волковым. В беседе с ними будут затронуты вопросы: 1) как Вернадскому удалось уцелеть? 2) почему Вернадский решил предупредить Сталина о «естественном, стихийном переходе в Ноосферу»?
Еще в молодости Вернадский был поражен картиной Дюрера «Четыре апостола». Ее он интерпретировал так. Самая прекрасная идея от первого апостола, осененного высокими мыслями, переходит через второго и третьего, все более погружаясь в плен материи, и доходит до четвертого, низменного, злобного, превращающего идею в свою противоположность. Так идеи овладевают массами. И, может быть, поэтому Вернадский и не написал развернутого изложения учения о Ноосфере.
С кругом ученых-ноосферологов попытаемся выяснить, что же значит сегодня новая оболочка Земли — Ноосфера? Выработанный человечеством «мыслящий слой» или информационный слой, окружающий планету? Как осуществляется контакт человека с этим слоем? И осуществляется ли?
С генетиками будет обсуждаться вопрос изменения самого человека как вида, ведь Вернадский неоднократно указывает, что вид Homo sapiens — вовсе не вершина эволюции, и человек будущего будет резко отличаться от современного, и «структуры мозга будут изменены по существу».
Но как? Биологическим, эволюционным путем или сам человек сумеет себя научно «достроить»? Вернадский обещает, что человек сам станет автотрофным, то есть не будет пожирать растения и животных, а сам — как растение — сумеет использовать непосредственно солнечную энергию и минеральные вещества для строительства тела, то есть чтобы спасти биосферу, человек должен сам видоизмениться.
«В буре и грозе родится Ноосфера, в уничтожении войн и голода впервые выразится проявление нашей Планеты как целого и будет первым проявлением перехода Биосферы в Ноосферу, в котором человечество станет мощной геологической силой, где сможет геологически проявиться его мысль, сознание, разум», — писал Вернадский.
Проблему будущего человечества решают и люди, собравшиеся у костров (фильмы «Земля неизвестная» и «Кинотрилогия о Зубре»), и ученые, собравшиеся в Геологическом музее имени Вернадского. Что есть глобализация, происходящая на наших глазах? Почему протестуют антиглобалисты? Соответствует ли она учению Вернадского или является результатом действия «четвертого апостола»?
Интернет — как он вписывается в концепцию Вернадского?
В мемориальном кабинете В. И. Вернадского
Если кто сетку из чисел набросил на мир,
Разве он ум наш возвысил ?
Нет, стол наш ум еще более сир!
Так писал в 1921 году другой великий провидец — поэт Велимир Хлебников, внутренним взором увидев Мировую Сеть, охватившую Землю.
А может, человек не должен рассчитывать только на технику, только на материальный продукт мысли? Может быть, мозг планеты — это связанные друг с другом мозги всего человечества? Может быть, скрытые возможности выйдут на поверхность и, может быть, тогда можно будет говорить о новой оболочке Земли — Ноосфере?
Закончилось ли научное одиночество В.И. Вернадского?
Мы не только не знаем, куда надо поставить линию жизни в научной реальности, но обходим в науке саму проблему.
В.И. Вернадский, 1938 год
Вопрос, одними ли законами управляется живое и неживое, владел Вернадским сше со студенческих лет. Вплотную он им занялся, уже став профессором минералогии и академиком. 10 августа 1908 года писал сыну: «Мысль занята новой областью, которую охватываю — о количестве живой материи и о соотношении между живым и мертвым. С некоторой жутью и недоумением я все-таки вхожу в эту новую для меня область, так как кажется, вижу такие стороны вопроса, которые до сих пор никем не были видны. Мне удастся здесь подойти к новым явлениям».
Через восемь лет именно эта проблема стала главной в его научной биографии. 19 июля 1917 года в письме жене он сообщал: «Сейчас главной работой является набрасывание давних моих размышлений и мыслей о живом веществе с геохимической точки зрения... Над ними думаю и к ним постоянно возвращаюсь десятки лет... Так или иначе это результат всей моей прошлой научной работы. Тут все главное - и все новое — в обобщении».