Страница 36 из 37
Теперь о приметах, позволяющих по состоянию погоды в определенные дни судить о видах на будущий урожай не только культурных растений, но и дикорастущих трав, плодов и грибов, то есть давать, как бы мы теперь сказали, долгосрочные прогнозы погоды. От верности таких прогнозов многое зависело в крестьянской жизни. Вот краткий перечень подобного рода примет, собранных в начале нашего века этнографом А.Е. Бурцевым.
2 (15) марта: на Федота нанос (сугробы) — все сено снесет (значит, долго травы не будет).
12 (25) марта: на Феофана туман — урожай на лен и коноплю.
25 марта (7 апреля): Благовещенье. Мороз — урожай на грузди, гроза — к теплому лету и урожаю орехов, мокро — к грибам.
23 апреля (6 мая): Егорий вешний. Если в этот день снег или крупа — будет урожай на гречу, если холодно можно ждать, что хорошо уродятся просо и овес.
18 (31) мая: Федот-овсяник. Про этот день говорят: на дубу макушка с опушкой — будешь мерить овес кадушкой.
1 (14) июня: Устинов день. Если он дождливый и пасмурный — удадутся хороши лен и конопля.
26 июня (9 июля): Давид-земляничник. Сильная роса — к урожаю огурцов.
27 июня (10 июля): Самсон-сеногной. Если в этот день пойдет дождь, то дождливая погода продлится еще семь недель. «На Самсона дождь — до бабьего лета мокро».
19 июля (1 августа): день преподобной Мокрины, перекрещенной простонародьем в Макрицу: «Макрица мокра — и осень мокра».
25 июля (7 августа): Анна — холодные утренники. Пойдут с этого дня холодные утра, и зима будет холодная.
29 июля (11 августа): Калиник. «На Калиника туманы — припасай закром на овес с ячменем».
2 (15) августа: Степан-сеновал. Каков этот день, таков и сентябрь.
3 (16) августа: Исакий-малинник. До погоде на Исакия судили о том, каков будет октябрь.
10-(23) августа: «Коли на Лаврентия вода тиха, то и осень будет тиха и зима невьюжная».
21 августа (3 сентября): Ясный день на Фаддея четыре недели за ним будут с хорошей погодой.
1 (14) сентября: Семен-летопровод, начало двухнедельного бабьего лета, последнего отголоска летних погожих дней. Если же оно было ненастно, это сулило сухую осень.
25 сентября (8 октября): Сергий-капустник. По этому дню судили о том, какая будет зима. Если выпадет снег, зима установится в Михайлов день — 8 (21) ноября, 4 зимний санный путь — через четыре семины (недели).
Многое в календаре земледельца выражено в форме пословицы — законченного суждения, которое В.И. Даль образно назвал «ягодкой». «Кто ее сочинил, — писал В.И. Даль о пословице, — неведомо никому, но все ей знают и ей покоряются. Это сочинение и достояние общее, как и сама радость и горе, как выстраданная целым поколением опытная мудрость, высказавшаяся таким приговором».
Краткость, емкость, образность — все это вобрала в себя пословица, и все способствует ее быстрому запоминанию, ее использованию, передаче из уст в уста. А уж что касается растений и их употребления, здесь пословицы — настоящий кладезь.
«Земля — тарелка: что положишь, то и возмешь», — в этом изречении заключена основа крестьянской морали* круто замешенной на отношении к земле, к живой и неживой природе. «Овес и сквозь лапоть прорастет», одновременно и свидетельство о дружных всходах неприхотливого растения, и образный намек на то, что какое-то дело не требует большой заботы — само сделается. Последнее, разумеется, не относится к заботам земледельца, о них — другие пословицы. «Не хвались травой, хвались сеном», — напоминание о том, что урожай хорош, когда он уже в амбаре, в погребе или на сеновале. «Репьем осеешься — не жито взойдет!» — это уже заключение о качестве семян для посева. Или: «Старый хлеб семена переводит», — зерно последнего урожая предпочтительнее пролежавшего в закромах много лет и заметно потерявшего всхожесть. Были пословицы и о необходимости севооборотов: «Хлеб на хлеб сеять — ни молотить, ни веять»; о сочетаемости культур: «Жито паруется с пшеницею, горох с чечевицею, а овес — удовец» (вдовец, нет ему пары).
Что выращено, собрано, заложено на хранение пойдет к столу, а потому немало пословиц относится к русской кухне. «Гречневая каша — матушка наша, а хлебец ржаной — отец наш родной». «Красно гумно стогами, а стол — пирогами». «Кисель зубов не портит». «Где кисель, тут и сел; где пирог, тут и прилег». «Ельник, березник — чем не дрова, хрен да капуста — чем не еда!» — находим мы среди более чем 30 тысяч пословиц, собранных в прошлом веке В.И. Далем. Встречаются у него и упоминания о редких теперь блюдах. «Кулажка не бражка: упарена, уквашена, да не хмельна, ешь вволю!» Когда-то лакомое кушанье — кулажку — готовили из пареного соложеного теста с калиной. А вот и знакомая нам солянка-калья: «Где калья, там и я!» И схожее по смыслу: «Где щи, тут и нас ищи!» В трудные, неурожайные годы выручала крестьянскую семью хоть какая-нибудь удавшаяся культура: «Семь перемен, а все одна редька: редька триха, редька ломтиха, редька с квасом, редька с маслом, редька в кусочках, редька в брусочках да редька целиком». Но многое, конечно, зависело от мастерства хозяйки: «Какова Устинья, такова у ней ботвинья».
Удивительные миниатюры с участием растений — это народные загадки. Их сравнительно мало, но они настолько ярки и остроумны, что без труда выделяются даже в общем многоцветье русского фольклора.
Начнем с наиболее обычных, известных многим с детства: «Без окон, без дверей — полна горница (в старину говорили «храмина». — Авт.) людей» и «Сам алый, сахарный, кафтан зеленый, бархатный». Если арбуз узнается без труда, то признаки огурца весьма и весьма общи: под них могут подходить любые ягоды, начиная с того же самого арбуза (да, плод его, по классификации ботаников, ягодообразный) и кончая крыжовником.
Так и остальные загадки, одни весьма прозрачны, в других отгадки намечены каким-нибудь характерным, чаще всего довольно забавным штрихом. Вот, например, загадки о репе: «Кругла, да не девка, с хвостом, да не мышь», «Под дубком, под кустиком-кустом свилась клубком да и с хвостиком», «Кругло, кругло, да не месячно (не месяц, не луна. — Авт.), востро, востро, да не мышиный хвост; зелено, зелено, да не сорочий хвост». А чтобы отгадать загадку о льне, нужно знать уже не внешние признаки этого растения, а технологию и конечный результат его переработки: «Били меня, колотили меня, во все чины производили и на стол посадили». Обратите внимание: не за стол, а именно на стол — в виде скатерти и салфеток. Или еще: «Голову едят, кожу носят, а мяса и собаки не едят».
Приведем еще несколько весьма остроумных и образных «растительных» загадок. «Стоит попок, сам низок, сто на нем ризок» (капуста). «На поле Нагайском, на рубеже татарском стоят столбы точеные, головки золоченые» (рожь). «Весной растет, летом вьется, осенью цветет, зимой в дело идет» (хмель). «Под ярусом, ярусом висит зипун с красным гарусом» (рябина). «Чем больше ешь, тем больше остается» (орехи). «Не сеяно, не молочено, в воде обмочено, камнем пригнетено, к зиме приблюдено» (грибы волнушки).
Еще одна загадка про те же волнушки: «Не брусница, не клюква, не репа, не брюква, не семенами садилась, а так уродилась — в великий сочельник, в Петров понедельник, хлебу замена, грибам перемена». Тут, видимо, необходимы пояснения. Действительно, почему волнушка — грибам перемена? Ведь она сама — гриб! Все дело в том, что в старину наряду со словом «грибы» бытовало еще и другое — «губы». В число первых включали только те, которые шли на сушку: белые, подосиновики, подберезовики. Остальные, годные прежде всего на солку и жарку (грузди, рыжики, сыроежки, волнушки), относили к губам. Те, в свою очередь, делили по виду принятой их переработки на отварухи, мочухи и солонухи. Теперь понятно, почему волнушки в приведенной загадке противопоставлены грибам, то есть категории, если хотите, более благородной.