Страница 41 из 48
Понемногу о многом
Детальные снимки поверхности южнополярной области Марса говорят о том, что там присутствуют весьма странные образования – темные, сильно разветвленные линии, иногда образующие радиальную структуру, а иногда беспорядочно спутанные. Специалисты стали называть их «черными пауками». Там же встречаются смутные, растянутые в стороны пятна, получившие ныне название «темных вееров». Происхождение тех и других в последнее время служит предметом оживленных дискуссий.
Оригинальную гипотезу предложил, выступая на II Международной конференции по изучению полярных районов Марса, американский планетолог Хью X. Киффер.
Изучая космоснимки, сделанные с особо высокой разрешающей способностью, он пришел к предположению, согласно которому «черные пауки» представляют собой подповерхностные каналы, по которым проходят бурные потоки двуокиси углерода, образующей, как известно, основную часть атмосферы Красной планеты. Каждую зиму эта газовая оболочка теряет около двух третей своей массы, которая, замерзая, становится изморосью и оседает на поверхности.
Согласно гипотезе, в разветвленных каналах дуют ветры ураганной скорости, образующиеся, когда усиливающееся весной солнечное излучение начинает неравномерно испарять этот газ. Местами он, неся с собою пылевые частицы, прорывается на поверхность и отлагает их там, порождая загадочные до сих пор «веера».
Действительно, весной в южнополярной области Марса солнечное тепло ежесуточно испаряет до десяти килограммов двуокиси углерода с каждого квадратного метра поверхностного льда. Это означает, что ледники здесь каждый день «худеют»» на сантиметр. Учитывая это, автор гипотезы считает, что «черные пауки» поперечником от десятков до сотен метров возникают там, где испарение двуокиси углерода идет не сверху вниз, а наоборот, из недр к поверхности. «Конечности паука» собирают этот газ из местностей с более прозрачным ледяным покровом и проводят его скопления к «слабым» точкам ледника. Здесь и происходит мощное фонтанирование, несущее на поверхность клубы темных частиц, образующие «веер», разносимый ветром и достигающий иной раз сотен метров в длину. Правда, «черные пауки» и «веера» до сих пор вместе на фотографиях не обнаруживались, но подобная связь их между собою представляется достаточно реальной.
Зимние температуры на Марсе достигают точки замерзания двуокиси углерода, так что его изморось регулярно «закупоривает» микроскопические каналы, которые вскрываются каждой весной. В темное же время года здесь идет накапливание новых масс двуокиси углерода. В ледниковом покрове образуется множество разветвленных «газопроводов», начиная от микроскопических, которые, соединяясь, постепенно порождают крупные, и по ним разогретый летом газ может мчаться со скоростью до 50 метров в секунду. Этого вполне достаточно, чтобы газовые «гейзеры» существовали примерно 150 суток в году.
По мнению участвовавших в обсуждении доклада, сразу отвергать гипотезу Х.Х. Киффера не следует, хотя она и нуждается в дальнейшей проверке.
Что только ни подделывали в средние века! В большом количестве, например, подделывались реликвии.
Стараться было ради чего. Монастыри, в чьих стенах лежали останки мучеников или святых, пользовались почетом. Миряне толпами стекались сюда, думая обрести исцеление возле чудотворных мощей. «Огромная толпа народа собралась близ могилы святого Ницетия, как рой пчел. Одни хватали кусочки воска, другие – немножко пыли, некоторые вытягивали несколько нитей из покрывала на могиле или стебельки травы, принесенные богомольцами к подножию усыпальницы». Вот типичная для того времени картина, запечатленная Григорием Турским. Если же мощей не было, их следовало сотворить… с помощью чернил.
Особенно падки на это были монахи-бенедиктинцы из Сен-Эммерамского монастыря. Медиевист из Регенсбурга Франц Фукс поведал недавно об одной из таких проделок. Около 1050 года в умах монахов созрел дерзкий план. Они заявили, что святой Дионисий погребен в стенах их монастыря.
Заявление было весьма скандальным. Ведь Дионисий, или Дени считался покровителем Парижа. Еще в конце V века здесь была воздвигнута знаменитая церковь Сен-Дени. Там и упокоился прах Дионисия, первого известного нам епископа Парижского, а также его сподвижников Рустика и Элевтера. Уже в VI веке эта церковь становится важным религиозным центром, а в 639 году здесь, подле Дионисия, был погребен меровингский король Дагобер, правивший с 629 по 639 год. Незадолго до своей смерти он приказал перенести мощи святого и двух его сподвижников в роскошную раку, изготовление которой было поручено королевскому другу, чеканщику денег и ювелиру Элуа. При короле Пипине Коротком (751 – 768 годы} церковь начали перестраивать (работы завершились лишь в 775 году). Теперь над круговым склепом, где помещались могилы святых, поднималась, опираясь на сотню колонн, базилика длиной 63, а шириной 22,5 метра.
И вот на этот освященный временем авторитет замахнулись монахи-бенедиктинцы. Они презрели и сотню колонн, и роскошную раку, и двух сподвижников, охранявших сон покровителя Парижа, – ушлые монахи похитили чудотворца и мощи его перевезли к себе. Нет, они не врывались в церковь Сен-Дени с ломом, киркой и лопатой, не грабили, не оскверняли покой усопшего. Все это они проделали на бумаге – «она все стерпит». Свои доводы они тщательно сфабриковали: подделали грамоты, высекли надписи на камне и отослали нужные документы, датированные задним… не числом, а веком, в Ватикан, чтобы там вняли их притязаниям. И все же, как ни ловки были писцы, отнять святыню у парижан не удалось. На этот раз ни один документ не заставил людей поверить в то, что в прославленном склепе таилась лишь пустота.
Однако чаще всего «покушение на прошлое» приносило успех. Так, в 1164 году останки трех библейских волхвов прибыли в Кельн, и подлинность их была «подтверждена документом». В Турине обнаружился портрет Мадонны, принадлежавший кисти самого Луки, автора одного из Евангелий. Сплошь и рядом монастыри и аббатства обретали то скрижали Моисея, то обломки Ноева ковчега, то перья, непочтительно выдранные из крыл архангела Гавриила.
Впрочем, эти нехитрые попытки привлечь паломников и тем умножить доходы обители меркнут на фоне самой знаменитой подделки средневековья. Речь идет о «Константинове даре», подложной грамоте VIII века, происхождение которой не ясно по сей день. Согласно ей, римский император Константин, перенеся столицу империи в Византии, даровал римскому епископу все западные провинции, в том числе и Италию. Церковь получила разом более двух миллионов квадратных километров земли. Теперь римский папа мог притязать на верховную власть во всем западном мире. Эта поддельная грамота породила долгие распри между папами и правителями Священной Римской империи, не утихавшие в течение столетий.
Императоры не раз оспаривали верховенство у пап, то являя жестокость, то выказывая беспомощность, но никто из них так и не удосужился проверить подлинность «Константинова дара».
Лишь в 1440 году Лоренцо Валла пишет знаменитое «Рассуждение о подложности так называемой Дарственной грамоты Константина». Свои доводы он подкрепил знаниями, накопленными учеными-гуманистами – историками, филологами, археологами.
Однако прошло еще несколько веков, пока 11 ноября 1964 года папа Павел VI наконец не отказался от тиары – символа светской власти, порожденного трудами неведомых монахов-фальсификаторов.
Андрей Трофимов
В деревню за сказками