Страница 43 из 46
Как мать, так и отец всегда уделяли детям много внимания. Их письма друг другу наполнены родительской любовью. Старший сын Николай как наследник престола вызывал особо пристальное внимание родителей. Главное, что пытались привить родители детям, были доброта, доброе отношение к сверстникам и окружающим их людям.
И когда сын уже стал взрослым, Мария Федоровна по-прежнему продолжала внушать ему главные правила поведения: вежливость, деликатность, дружелюбие, внимание к людям. «Всегда будь воспитанным и вежливым с каждым, так, чтобы у тебя были хорошие отношения со всеми товарищами без исключения, и в то же время без налета фамильярности или интимности, и никогда не слушай сплетников» – писала она сыну, когда тот уже служил офицером в лейб-гвардии Преображенском полку. В 1891 году, во время пребывания цесаревича в Индии, Мария Федоровна продолжала наставлять: «…ты должен понять, что твое положение тебя обязывает… Не думай о своем личном комфорте, будь вдвойне вежлив и дружелюбен и, более того, никогда не показывай, что тебе скучно».
Позже, после того как произошло покушение на Николая во время его поездки в Японию, Александр III, делясь с женой своими воспоминаниями, назвал «великим чудом» спасение сына: «Не знаешь как благодарить Господа за Его великое чудо и милость к нам, молитвы наши, конечно, будут завтра обшими с тобою…».
Дети относились к своим родителям с большим уважением и почтением и были к ним очень привязаны. В 1891 году с Желтого моря великий князь Николай Александрович писал родителям: «Когда думаешь о своем доме и о том, что Вы в эту минуту делаете, то сердце невольно сжимается при мысли о том громадном пространстве, которое разделяет нас еще. Несколько раз я впадал в безотчетную тоску и проклинал себя за то, что задумал идти в плавание и на такой долгий срок расстаться с вами». 11 июня того же года: «Мой милый дорогой Папа, не знаю, как мне тебя благодарить за твою ангельскую доброту писать ко мне с каждым фельдъегерем, коша я знаю, что у тебя и без того совсем свободной минуты нет. Они меня укрепили духом и заставили смотреть смело и с любовью на трудный путь, четверть которого я уже проехал».
Позже, после смерти отца, Николай II постоянно возвращался к его памяти и пытался найти в ней для себя помошь и поддержку 3 ноября 1897 года он писал матери: «Его (Александра III. – Ю.К.) святой пример … укрепляет меня и дает мне силы и надежды… когда приходят иногда минуты отчаяния, я чувствую, что я не один, что за меня молится Кто-то, который очень близок и Господу Богу, – и тогда настает душевное спокойствие и новое желание продолжать то. что начал делать дорогой Папа!!!»
В жизни императорской семьи особое место занимала религия. Во всем происходящем на земле Александр Александрович и Мария Федоровна видели прежде всего промысел Божий. «Так были воспитаны и дети. Цесаревич во время русско-турецкой войны писал из Болгарии – … да будет воля Господня над Россией, и что ей следует исполнить, и что ей делать, будет указано Самим Господом. Аминь». Накануне своего сорокалетия Мария Федоровна писала: «Это все Божья милость, что будущее сокрыто от нас и мы не знаем заранее о будущих ужасных несчастьях и испытаниях; тогда мы не смогли бы наслаждаться настоящим, и жизнь была бы лишь длительной пыткой».
О фаталистических настроениях последнего царя, которые усилились после того как царю стало известно о неизлечимой болезни его сына, писал французский посол М. Палеолог. Он ссылался на мемуары министра иностранных дел С.Д. Сазонова, который воспроизвел разговор Николая II в 1909 году с П.А. Столыпиным. «Мне ничего не удается в моих начинаниях, – сказал он печальным голосом Столыпину, когда тот представил Государю проект крупных мероприятий в области внутренней политики. – У меня нет удачи. Да и, кроме того, человеческая воля бессильна». Сказав, что он родился к тому же в день святого Иова, он продолжал: «… в этом у меня не только предчувствие, но и внутреннее убеждение. Я подвергнусь тяжелым испытаниям, но не увижу награды на Земле. Сколько раз мне приходилось применять по отношению к себе следующую угрозу Иова: «Стоит мне только предчувствовать какую-нибудь опасность, как она осуществляется, и все несчастья, которых я боюсь, обрушиваются на меня»».
Как Божественный промысел было расценено в царской семье спасение во время крушения императорского поезда на Харьковско-Орловской дороге, между станциями Тарановка и Борки, 17 октября 1888 года. Во время крушения погиб 21 человек, 35 были ранены. Потрясенная этим, Мария Федоровна писала своему брату Вильгельму, греческому королю Георгу I: «… мы вдруг почувствовали рядом с собой дыхание смерти, но и в тот же момент ощутили величие и силу Господа, когда Он простер над нами свою защитную руку… Это был самый ужасный момент в моей жизни, когда, можешь себе представить, я поняла, что я жива, но что около меня нет никого из моих близких. Ах!…
Но какое чудесное чувство, и какое чувство блаженства я испытала, увидав, наконец, моего любимого Сашу и всех детей целыми и невредимыми, появлявшимися друг за другом из руин…».
Императорская семья. Начало 1877г.
В 1894 году Александр III заболел. Заболевание почек, возникшее, как считали современники, в результате ушиба, полученного им во время крушения императорского поезда, прогрессировало очень быстро. За два дня до кончины Александр III сказал своему сыну: «Тебе предстоит взять с моих плеч тяжелый груз государственной власти и нести его до могилы так же, как нес его я и как несли наши предки. Я передаю тебе царство, Богом мне врученное, я принял его тринадцать лет тому назад от истекающего кровью отца… Твой дед с высоты престола провел много важных реформ, направленных на благо русского народа. В награду за все это он получил от «русских революционеров» бомбу и смерть…
В тот трагический день встал передо мной вопрос: какой дорогой идти? По той ли, на которую меня толкало так называемое передовое общество, зараженное либеральными идеями Запада, или по той, которую подсказывало мне мос собственное убеждение, мой высший священный долг Государя и моя совесть. Я избрал мой путь. Либералы окрестили его реакционным. Меня интересовало только благо моего народа и величие России. Я стремился дать внутренний и внешний мир, чтобы государство могло свободно и спокойно развиваться, нормально крепнуть, богатеть и благоденствовать. Самодержавие создало историческую индивидуальность России. Рухнет самодержавие, не дай Бог, тогда с ним рухнет и Россия. Падение исконной русской власти откроет бесконечную эру смут и кровавых междоусобии. Я завешаю тебе любить все, что служит ко благу, чести и достоинству России. Охраняй самодержавие, памятуя притом, что ты несешь ответственность за судьбу твоих под данных пред престолом Всевышнего. Вера в Бога и в святость твоего царского долга да будет для тебя основой твоей жизни. Будь тверд и мужественен, не проявляй никогда слабости.
Выслушивай всех, в этом нет ничего позорного, но слушайся только самого себя и своей совести. В политике внешней – держись независимой позиции Помни – у России нет друзей. Нашей огромности боятся. Избегай войн. В политике внутренней – прежде всего покровительствуй Церкви. Она не раз спасала Россию в годины бед. Укрепляй семью, потому что она основа всякого государства».
20 октября 1894 года царь скончался на руках у императрицы в Ливадии.
Первые годы после ухода из жизни Александра III были очень тяжелы для Марии Федоровны. Она никак не могла оправиться от горестной утраты и постоянно чувствовала присутствие «дорогого Саши». Императрица долго носила траур по своему покойному мужу. Нормы христианского поведения – смирение и терпение были главными для нее на протяжении всей жизни. -
Коронация Николая II состоялась 14(26) мая 1896 года в Успенском соборе Кремля.
Но ходынские события омрачили коронационные празднества и легли тяжелым грузом на плечи императора и его близких. «Ужасная катастрофа на народном празднике с этими массовыми жертвами, – по словам Марии Федоровны из письма сыну Георгию, – опустила как бы черную вуаль на все то хорошее время. Это было такое несчастье во всех отношениях, превратившее в игру все человеческие страсти…».