Страница 44 из 46
Мария Федоровна с сыном Николаем
При Николае II экономическое развитие страны, ее индустриальная модернизация получили новый импульс.
В годы царствования Николая II были укреплены государственные финансы, в 1894 году введена казенная винная монополия, осуществлено строительство Транссибирской железнодорожной магистрали. В 1894 и 1904 были заключены договоры с Германией, открыто множество технических и профессиональных училищ.
Страна бурно развивалась, о чем свидетельствуют следующие цифры: из 1292 русских акционерных компаний, действовавших в России в 1903 году, 794 были основаны за 1892-1902 годы. В это же время в России была учреждена 241 иностранная компания. В экономику России инвестировано из-за границы более миллиарда рублей. В повестке дня стояло решение главного вопроса землевладения и землепользования. В 1902-1905 годах было создано и работало Особое совещание о нуждах сельскохозяйственной промышленности. В 1903 году был принят закон об отмене круговой поруки и облегчен паспортный режим для крестьян.
Рост материального благосостояния способствовал невиданному расцвету и многообразию культурной жизни России. В результате частичной отмены цензуры появились сотни новых газет и журналов. Недаром период от начала века до Первой мировой войны называют в России «серебряным веком». Развиваются новые направления в театре, литературе и музыке. Россия открывается западным новаторским влияниям, появляется собственный авангард.
Однако несмотря на это социальные противоречия в стране нарастали. Серьезный удар по царизму нанесла русско- японская война 1904-1905 годов. Требования политических перемен и реформирования системы звучали со страниц газет, трибун и на манифестациях. Традиционные монархисты вели жесткую дискуссию с представителями консервативных и либеральных партий. Как заявлял позже в эмиграции лидер кадетской партии В.А. Маклаков, «со стороны либерализма соглашение в Париже (на состоявшемся в 1904 году съезде оппозиционных партий) было союзом с грозящей ему самому революцией. Спасти Россию от революции могло только примирение исторической власти с либерализмом, то есть искреннее превращение самодержавия в конституционную монархию».
Как соединить представительство и самодержавие? Этот вопрос задавала себе и вдовствующая императрица, но она не особенно понимала, в чем, собственно, дело и очень боялась, как и вся императорская семья, новшеств.
А ситуация в России накалялась. Шумела консервативная и либеральная печать, очень активно выступали сторонники сохранения самодержавного строя. Начальник Канцелярии министра императорского двора генерал-лейтенант А.А. Мосолов писал в те дни: «Все признавали необходимость реформ, но почти никто не отдавал себя отчета в том, в чем они должны выразиться. Одни высказывались за введение либеральной конституции, другие – за назначение совещательного органа, третьи – за диктатуру по назначению, а четвертые считали, что порядок и умиротворение должны быть водворены Государем диктаторскими приемами».
Когда читаешь сегодня эти слова, не перестаешь удивляться как, собственно, мало изменились страна и ее народ. И как ее история, не воспринятая в качестве уникального опыта, не меняется, не движется, а словно стоит на месте.
Между тем события в стране нарастали, как снежный ком. В сентябре-октябре 1905 года всеобщая политическая стачка охватила почти всю Россию. Требования носили политический характер. Число преступлений, грабежей и насилия росло с каждым часом.
16 октября 1905 года императрица- мать пишет сыну из Дании: «Какие ужасные вещи случились у нас! Просто не верится. Мне так тяжело не быть с вами. Я страшно мучаюсь и беспокоюсь сидеть здесь, читать газеты и ничего не знать, что делается. Мой бедный Ники, дай Бог тебе силы и мудрость в это страшно трудное время, чтобы найти необходимые меры, чтобы побороть это зло… теперь, наверно, единственный человек, который может тебе помочь и принести пользу, это Витте, так как теперь он, наверное, благожелательно настроен – это гениальный человек с ясной головой».
13 октября Николай II назначил Витте председателем Совета Министров. Последний убеждал царя в необходимости применения тактических средств в борьбе с оппозицией – дать политический манифест о намерениях, а затем урегулировать все вопросы.
17 октября 1905 года Николай подписал манифест «Об усовершенствовании государственного порядка», в котором содержались обещания дать народу гражданские свободы.
Российские архивы сохранили письма, которыми в эти тревожные дни 1905 года обменивались Николай II и Мария Федоровна- В письмах царя и его матери их мысли и чувства, глубокие душевные переживания, раздумья над судьбами России, ее народа, династии. Николай II доверял матери то, что не мог доверить никому из своего окружения. В письме к матери, датированном 19 октября 1905 года, он пишет. «Моя милая, дорогая Мама, мне кажется, что я тебе написал последний раз год тому назад, столько мы пережили тяжелых и небывалых впечатлений…
Вчера был ровно месяц, что мы вернулись из Транунда. Первые две недели были сравнительно спокойны. В Москве были разные съезды… там подготовили все для забастовок железных дорог, которые и начались вокруг Москвы и затем сразу охватили всю Россию.
Петербург и Москва оказались отрезанными от внутренних губерний. Сегодня неделя, что Балтийская дорога не действует. Единственное сообщение с городом морем… После железных дорог стачка перешла на фабрики и заводы, а потом даже в городские учреждения и в департаменты железных дорог министерства путей сообщения…
… Когда на «митингах» (новое сегодня слово) было открыто решено начать вооруженное восстание и я об этом узнал, тотчас же Трепову были подчинены все войска петербургского] гарнизона, я ему предложил разделить город на участки с отдельным начальником на каждом участке. В случае нападения на войска было предписано действовать немедленно оружием… Это остановило движение или революцию, потому что Трепов предупредил жителей объявлениями, что всякий беспорядок будет беспощадно подавлен, и конечно, все поверили этому.
Будущий император Николай II
Наступили грозные дни, именно такие, потому что на улицах был полный беспорядок, а каждый знал, что готовится что-то – войска ждали сигнала, а те не начинали. Чувство было, как бывает летом перед сильной грозой! Нервы у всех были натянуты ло невозможности, и, конечно, такое положение не могло продолжаться долго. В течение этих ужасных дней я виделся с Витте постоянно, наши разговоры начинались утром и кончались вечером при темноте. Представлялось избрать один из двух путей: назначить энергичного военного человека и всеми силами постараться раздавить крамолу. Затем была бы передышка, и снова пришлось бы через несколько месяцев действовать силой: но это стоило бы потоков крови и в конце концов привело бы к теперешнему положению, то есть авторитет власти был бы показан, но результат оставался бы тот же самый, и реформы вперед не могли осуществляться бы.
Другой путь – предоставление гражданских прав населению – свободы слова, печати, собрания и союзов и неприкосновенность личности, кроме того. обязательство проводить всякий законопроект через Государственную Думу – это в сушности, и есть конституция. Витте горячо отстаивал этот пункт, говоря, что хотя он и рискованный, тем не менее единственный в настоящий момент. Почти все, к кому я обращался с вопросом, отвечали мне так же, как Витте, и находили, что другого выхода, кроме этого, нет. Он прямо объявил, что если я хочу его назначить председателем Совета министров, то надо согласиться с его программой и не мешать ему действовать. Манифест был составлен им и Алексеем Оболенским, мы обсуждали его два дня, и наконец, помолившись, я его подписал. Милая моя Мама, сколько я перемучился до этого, ты себе представить не можешь! Я не мог телеграммою объяснить тебе все обстоятельства, приведшие меня к этому страшному решению, которое тем не менее я принял совершенно сознательно. Со всей России только об этом и кричали, и писали, и просили. …Исхода другого не оставалось, как перекреститься и дать то, что все просят. Единственное утешение – это надежда, что такова воля Божия, что это тяжелое решение выведет дорогую Россию из этого невыносимого хаотического состояния, в каком она находится почти год.