Страница 15 из 41
Однако в этой эволюционной цепочке есть один — важнейший — пробел. Осматривая череду звериных инстинктов, ученые не могут понять, когда и как ее пополнило нечто необъяснимое — сознание. «Похоже, что с появлением сознания во Вселенной родилась новая реальность, которую нельзя создать, комбинируя существовавшие прежде реалии, — отмечает американский невролог Колин Макгинн. — И нас мучит все тот же вопрос: как в материи зародилось сознание? Как эволюция превратила воду биологической ткани в вино сознания?»
Объем мозга человека в девять раз больше, чем у млекопитающих сходной комплекции.
Масса человеческого мозга составляет всего 2 процента от массы тела. Мозг взрослого человека потребляет около 20 процентов энергии, получаемой им вместе с пищей.
Мозг годовалого ребенка потребляет до 60 — 70 процентов энергии, получаемой его организмом.
15 процентов вдыхаемого человеком кислорода попадает в мозг.
За последние четыре миллиона лет объем мозга гоминидов вырос в три-четыре раза:
— мозг австралопитека весил 450 граммов;
— мозг Homo habilis весил 600 — 700 граммов;
— мозг Homo erectus весил 800 — 1000 граммов;
— мозг неандертальца весил 1400 — 2000 граммов;
— мозг современного человека весит от 1100 до 1800 граммов, причем средний показатель равен 1300 — 1400 граммам.
В ДНК человека имеется около 40 тысяч генов, из которых 24 тысячи генов, предположительно, влияют на различные функции головного мозга. Известно около тысячи генов, чьи дефекты снижают интеллект человека, но пока не найдено ни одного гена, который повышал бы интеллект.
Два миллиона лет назад, когда по Земле разгуливал «человек умелый», у него было не так много шансов пораскинуть мозгами, как у нас. Бедняга предок был явно обделен умом. Его мозг в среднем весил в два раза меньше, чем у нас, не дотягивая и до 700 граммов. Почему же впоследствии этот орган так стремительно разросся? Не руки вытянулись вдвое, не зубов стало вдвое больше, а эта «машинка для размышлений» превратилась в большое, загадочно работаюшее устройство? Исследователи называют несколько причин. Попробуем с ними разобраться.
Начнем с бытия географического — с перемен климата. Он становился суше. Плошадь, занятая африканскими тропическими лесами, сокращалась; им на смену приходили саванны. Резко менялся образ жизни гоминидов. В прошлое уходил их «золотой век». Еще недавно «недостаток был им ни в чем неизвестен» (Гесиод). Ведь в африканских лесах, буквально не сходя с места, можно было питаться целый день плодами и мелкими животными. В саванне же за добычей предстояло побегать.
Как угнаться за быстроногим зверьем? Разве что бросишь в него чем-то тяжелым? Однако бросок палкой или камнем — это весьма сложное движение; оно требует четкой координации движений пальцев и мышц руки. Человекообразные обезьяны, по большому счету, так и не умеют нормально швыряться тяжелыми орудиями. Древние же люди успешно справлялись с этой задачей. Отвечали за правильный бросок те же самые отделы мозга, что отвечают за планирование и мышление. Они развивались, и сложнее становился мозг.
И вот камни летели точно в цель, добыча попадалась под нож — сбывалось еще одно условие стремительного развития мозга. Это — мясная диета. Лесли Айелло и Питер Уилер из Ливерпульского университета отмечают, что регулярное питание мясом благотворно сказывалось на работе мозга.
Почти 90 процентов всей получаемой нами энергии поступает к пяти основным органам тела — сердцу, печени, почкам, кишечнику и головному мозгу. Размеры сердца, печени и почек зависят от габаритов тела и никак не связаны с объемом мозга. Значит, чтобы мозг получал избыток энергии, должен уменьшиться в размере кишечник, ведь после головного мозга эта часть тела потребляет больше всего энергии. Однако кишечный тракт может сократиться лишь, когда организм станет потреблять более калорийную пишу или научится частично переваривать ее до попадания в желудок.
У австралопитеков имелся сравнительно длинный кишечный тракт, что видно на примере знаменитой «Люси». А вот у современного человека кишечник весит примерно на 900 граммов меньше, чем следовало бы в соответствии со средним весом тела. Уменьшение кишечника началось, как показывают находки археологов, еще у первых гоминидов. Тогда же стал увеличиваться человеческий мозг. Айелло и Уилер предположили, что эти изменения анатомии связаны с переходом человека к пище животного происхождения — мясу и костному мозгу.
Первые гоминиды питались главным образом падалью, подбирая ее там, где трапезничали хищники. Но постепенно люди и сами стали охотиться на животных.
Следующая «кулинарная революция» — она тоже сказалась на развитии мозга — произошла, как полагают, около 1 000 000 — 400 000 лет назад. Люди научились частично переваривать пищу еще до того, как пережевывали ее: они стали приготавливать пишу на огне. На переваривание подобной еды желудочно- кишечный тракт тратил энергии меньше прежнего.
Впрочем, все эти выводы далеко не бесспорны. Почему сокращение кишечника должно было сопровождаться увеличением массы мозга? Как на развитие мозга повлияли социальные факторы? Наконец, что из двух утверждений все-таки верно: «Человек научился изготавливать орудия труда, потому что у него увеличился мозг» или «Мозг у человека увеличился, потому что он стат изготавливать орудия труда»?
Наблюдения за обезьянами показали, что имеется положительная корреляция между объемом коры головного мозга — особенно объемом лобной и височной доли — и численностью стаи животных, то бишь ее «социальной сложностью». Обнаружил это Робин Данбар из Ливерпульского университета.
Так, павианы и шимпанзе живут группами примерно по 50 особей. Все члены стаи не только знакомы друг с другом, но и поддерживают разнообразные взаимные отношения: дружат, заключают союзы, враждуют. Известный исследователь приматов Франс де Вааль говорит даже о «политике шимпанзе» и «дикой дипломатии».
Исходя из размера мозга хомо сапиенс, Данбар рассчитал оптимальную численность людского коллектива: не более 150 индивидов. Эта цифра применима к самым разным сообществам: к племенам охотников и собирателей, к поселениям первых земледельцев и церковным общинам, к военизированным отрядам, тайным кланам и служебным коллективам. Когда же сообщество разрастается, люди начинают ощущать себя чужими в нем. Они теряют способность следить за всем, что происходит внутри коллектива, — тот обезличивается и распадается на отдельные группировки. Управлять таким коллективом невозможно, не прибегая к услугам помощников, — так рождается аппарат власти.
«Неандертальцы были людьми умными — хорошими охотниками, блестящими знатоками природы; они умели изготавливать орудия труда, отправляясь за подручным материалом порой за сто километров от жилища. Они могли планировать свои действия и не сидели попусту на месте. Вот только искусство они не создали» — подобную эпитафию неандертальцам произнес американский археолог Николас Конард.
Искусство создали люди современного типа — кроманьонцы. Эпоху рождения искусства (40 — 30 тысяч лет до новой эры) некоторые исследователи называют «творческим Биг Бэнгом (Большим Взрывом)».
Тут нельзя не заметить следующее: ряд археологов считают, что произведения искусства создавались и раньше, но из нестойких материалов, например, дерева или кожи. Может быть. Но если исходить только из фактов, то, например, в Центральной Европе около 40 тысяч лет назад в поселениях людей начинают появляться непривычные находки: украшения из звериных костей и зубов, а также вырезанные из слоновой кости искусные фигурки лошадей и львов, мамонтов и быков, медведей и леопардов. Вот возраст некоторых примечательных находок: