Страница 16 из 41
•
34 - 35 тысяч лет — таков возраст флейты, изготовленной из кости лебедя.
Это — древнейший известный нам музыкальный инструмент.
•
32 тысячи лет — возраст «человекольва», небольшой фигурки с головой кошачьего животного (возможно, льва), обнаруженной в пещере Холенштайн-Штадель (Южная Германия).
•
31 тысяча лет — возраст первых изображений, оставленных во французской пещере Шове. Всего здесь насчитывается более трехсот изображений, созданных 27—31 тысяч лет назад.
Ничего подобного не встречалось прежде. Что же произошло с людьми? Что заставило их истово заниматься «бездельем» — рисовать, мастерить фигурки, наигрывать мелодии? Выдвигаются разные гипотезы. Одну из них, предложенную британцем Стивеном Митеном, можно свести к полемичной фразе: «Они сошли с ума!»
И туг самое время сказать, каким Митен представляет себе мозг древнейшего человека, например, неандертальца. Его следовало бы сравнить с пакетом компьютерных файлов. Эти файлы обширны, содержат много полезных сведений, но информация не может перетекать из одного файла в другой. Всякий раз человек имеет доступ лишь к одному из этих файлов. Вот их примерный набор.
•
Социальный файл: он содержал навыки общения с другими людьми.
•
Лингвистический файл: это был словарик. содержавший отдельные звуки и их толкование.
•
Технический файл: здесь было собрано много ценных сведений о том, как изготавливать орудия труда, как ими пользоваться и как разводить огонь.
•
Природный файл: сюда помещались сведения о повадках животных, о съедобных растениях, о явлениях природы, о приметах погоды.
У хомо сапиенс же в мозгу произошел сдвиг — словно какой-то вирус поразил «компьютер», спрятанный внутри его черепной коробки. Информация произвольно стала перетекать из одного файла в другой. Все «помешалось» в голове такого вот бедняги — или, сказали бы иные искусствоведы, все поэтически преобразилось в его воззрениях и верованиях. Ожили деревья и реки («природный» файл соединился с «социальным»), и отголосок этого «бреда» долетел до Средневековья, сохранившись в образах наяд и дриад, русалок и ундин. Он возлюбил птиц и зверей как ближних своих — как других людей. Он стал издавать звуки, обращаясь к огню, горевшему в пещере (вот уже «лингвистический» файл соединился с «техническим»). Он стал мечтать, придумывать мифы и ритуалы, угадывать присутствие Бога в окружающем его мире. И еще без толку вырезал, ваял, рисовал. У него развилось символическое мышление. На фоне архаических современников он вел себя как сумасшедший — и от него, от таких, как он, безумцев, одержимых фантазиями и странными идеями, ведут свое происхождение многие современные люди.
Археолог Ричард Кляйн из Стэнфордского университета назвал и причину этого «переворота в умах»: спонтанная генетическая мутация в ДНК хомо сапиенс, которая оказалась чрезвычайно выгодной. Потомки «мутанта» быстро добились преимущества над другими людьми.
В течение многих лет Кляйн вел раскопки в Южной Африке и. основываясь на собственном опыте, называет иные сроки этого «Большого Взрыва» — 40 — 50 тысяч лет назад: «Тогда за считанные тысячелетия спектр археологических находок изменился разительнее, чем за предшествующий миллион лет». В эти тысячелетия поведение «сумасшедших» африканских хомо сапиенс радикально меняется.
Постепенно они расселяются по Ближнему Востоку и Европе. Вообше-то в Палестине люди современного типа жили к тому времени почти 50 тысяч лет — жили бок о бок с неандертальцами, не ассимилируя и не оттесняя их. Ведь поначалу, до этой мутации, полагает Кляйн, «хомо сапиенс» по своим умственным способностям ничем не отличались от неандертальцев. Эти генерации «сапиенсов» называют «раннесовременными». Лишь около 40 тысяч лет назад их материальная культура резко меняется. С этого времени начинается закат неандертальской культуры.
Конечно, идеи Митена и Кляйна можно назвать умозрительными, но им есть и определенное генетическое подтверждение. Тимоти Кроу из Оксфордского университета обратил внимание на то, что после того как линия развития гоминидов и шимпанзе разошлась, в ДНК гоминидов произошла любопытная мутация: фрагмент наследственной информации Х-хромосомы был ошибочно скопирован на Y-хромосому.
В 2000 году на этом «дефектном» участке был открыт так называемый ген «протокадерин». Он управляет развитием головного мозга, а именно синтезом «молекул-указателей»: они помечают, в каком направлении должны разрастаться нейроны, а также регулируют связи между нейронами.
Мутация как раз и могла привести к нарушению внутренней структуры мозга — к тому, что отдельные «файлы», хранившиеся в нем, соединились, «проросли один в другой», чрезвычайно усложнив восприятие мира и в то же время резко ускорив обработку информации. Мутация могла дать толчок и к развитию речи, ведь до этого человек пользовался лишь отдельными осмысленными звуками, как это делает большинство животных.
Вот только когда произошла эта мутация? Пять миллионов лет назад или же 50 — 40тысяч лет назад, когда родоначальник современных генераций людских заговорил с птицами на деревьях и русалками в реках, зарисовался и замечтался до «безумных» прозрений? Этого хронологического доказательства не хватает, чтобы убедиться, что все мы — жертвы мутации. Или ее счастливые творения...
В Нью-Йорке, чтобы подготовиться к этому тесту, платят репетиторам по 500 долларов в час. Более двух миллионов абитуриентов каждый год подвергаются данному испытанию. Оно решит, будет ли человек учиться в элитном университете или, в лучшем случае, заслуживает места в провинциальном колледже. Ежегодно на подготовку к тестированию тратится более ста миллионов долларов. Игра идет по-крупному. В США деньги на ветер не бросают, предпочитая оценивать «ветер в голове» испытуемых. Ведь этот тест измеряет интеллект.
С другой стороны, множатся ряды критиков. Как можно с помощью каких-то вопросиков оценивать это сложное, смутное и непостижимое Нечто — человеческий ум. Как свести ум к голой цифири — к «ай-кью», пресловутому «коэффициенту интеллекта» (IQ)? (смотрите также статью А. Нейфаха «Интеллект: проблемы, проблемы...» в «Знание — сила», 1996, № 9).
В самом деле, есть разные виды интеллекта. Из одних людей вырастают блестящие музыканты, из других — математики, художники, лингвисты... Так, гарвардский психолог Говард Гарднер насчитывает восемь видов интеллекта. В науке же по-прежнему придерживаются классической теории «единого интеллекта». Около ста лет назад британский психолог Чарлз Спирмен ввел в обиход так называемый g-фактор (g — общий /genereil/ интеллект). Так, он попытался объяснить, почему талантливые люди «непременно талантливы в разных областях жизни».
С тех пор противники этой теории не раз заявляли, что g-фактор безнадежно устарел и современные психологи могут обойтись без этой «приблизительной мерки». Однако данный показатель все так же широко используется в психологических исследованиях. Вот только что им все-таки измеряют? Что такое интеллект? Еще в 1911 году один из учеников Чарлза Спирмена смущенно признался: «Мы не знаем, что действительно измеряет этот тест и в чем его смысл».
С давних пор философы полагали, что наши умственные способности определяются «природными задатками». Измерив их, можно узнать, насколько умен человек. Что же понимать под этими «задатками»?
Английский философ Томас Гоббс считал, что все дело в скорости мышления. По ней можно судить об уме человека. Ее значение поддается измерению, а потому бесспорно. Идея эта жива до сих пор. Персонажи романа «Мозг Ленина» немецкого писателя Тильмана Шпенглера, обсуждая способности Ильича, восторженно говорят: «В особенности это касается скорости мышления... Быстро, быстро, быстро!., прочь, баста, долой врагов!.. Именно так Ленин мыслил и действовал: чертовски молниеносно, всегда — чертовски молниеносно!»