Страница 83 из 150
— Я вовсе не страдала там, Анмай. Разве что от того, что поняла, какой была дурой. Мир настолько разнообразнее того, что мы представляем себе… даже мир ощущений. Я не знала, что их так много. Не знала, что можно быть сразу во множестве мест… смотреть на саму себя изнутри. Я думаю, симайа нарочно отправили нас в эти измененные миры. Мы бы побыли в них какое-то время… а потом вышли, — очень многое поняв, и став куда умнее, чем раньше. Никто в Р`Лайх не желал нам зла. Только добра… каждый на свой манер. А не-переход «Товии» в мантии Р`Лайх… это страшный позор. Всё равно, что для ребенка убить своего учителя. Теперь ты понимаешь, что натворил?
Она ощутила невольную дрожь его тела, но он не смел отвести глаз.
— Да. Из-за глупой трусости я погубил и тебя, и себя… только… Знаешь, для меня важно лишь то, что мы снова вместе… пусть даже я опозорен и окончательно погиб. Да и что толку жалеть о прошлом?
Она слабо улыбнулась.
— Ты прав, как всегда. Наше будущее всё ещё открыто перед нами, а грусть о несбывшемся, — одно из лучших моих настроений. А лучшее, — когда мы вот так, вместе…
Внезапно он вздрогнул.
— Что? — удивилась Хьютай.
Она приподнялась, упираясь локтями в его грудь.
— Я… — говорить это было мучительно стыдно, но молчать было ещё хуже. — Когда я был внизу, один… — он вновь смолк.
— У тебя там была девушка? — догадалась она.
— Да. И… с ней я вообще не думал о тебе.
Неожиданно Хьютай ухмыльнулась.
— Забавно. Со мной случилось то же самое.
Анмай удивленно смотрел на неё.
— У тебя там… тоже была девушка?
Хьютай рассмеялась.
— Мальчик. Юноша Золотого Народа. Ты простишь меня? Он был очень красивый… Гладкая золотая кожа, черные волосы… очень ловкий… знал всё, что мне нравится. Порой я с ним забывала, на каком я свете, — Хьютай вновь тихо засмеялась. — Наверное, поэтому меня и выслали. Решили, что я дурно влияю на их молодежь. Хотя я не знаю, что может на НИХ повлиять. Они ничему не верят. Хотят узнать всё сами. Я, файская девчонка, была для них необычным и волнующим явлением, и они решили выяснить все различия… узнать, в чем я лучше их, а в чем — нет. Они были очень… изобретательны. И наверно поэтому я… это было славно! И глупо, конечно. С тобой мне гораздо лучше.
Она вдруг впилась в его губы, так крепко, что у Вэру перехватило дыхание.
— Я сдался легче, чем ты представляешь, — тихо сказал он, едва их губы расстались. — Там у меня не было друзей, — только Аютия. Я был один… мне было плохо… Хьютай… Любимая…
Она взглянула в его глаза.
— Вранье, конечно.
Он кивнул.
— Все вы, мальчишки, такие. Я буду тебя мучить, пока ты не скажешь, что я лучшая.
Она улыбнулась и вытянувшись, вновь коснулась губами его губ. Анмай на минуту перестал дышать… выгнулся… крепко сплел босые ноги на изгибе её поясницы…
Неосязаемое прикосновение чужого взгляда отозвалось ознобом, пробежавшим по коже. Анмай с неуловимой быстротой выскользнул из-под любимой, вскочил, и, сделав несколько беззвучных шагов, замер, непонимающе осматриваясь. Хьютай улыбнулась.
— Ты очень красивый, особенно сейчас…
Её голос смутно пробивался сквозь пение крови в ушах. Никаких звуков в каюту не проникало, но он всё же слышал гул…
В окне, среди редких, незнакомых звёзд чернела овальная удлиненная масса, окруженная смутным ореолом, — звёздный свет искажался в нем, словно в линзе, и Анмай ощущал безмерный разум этого темного облака, — словно на него смотрели тысячи огромных глаз.
Ещё одно из его видений стало реальностью.
Хьютай беззвучно подошла к нему. Обнявшись, они молча смотрели на этот черный провал среди звезд. Давление исходящего оттуда взгляда было физически ощутимым. Потом Анмай, нагнувшись, отыскал весм, — он не сомневался, что тот лежит возле постели, — надел его, и нажал кнопку. Все стены каюты растаяли, и они остались одни, обнаженные, среди звезд.
Рассеянное облако звёздной пыли тоскливо угасало в непроглядном мраке, прошитом лучами сотен белых, неожиданно ярких огней. Анмай включил мультипланар, чтобы все далекие объекты предстали в самом удобном для обозрения виде. Тьма мгновенно расцвела. Тусклое облако превратилось в восхитительно яркую искристую спираль галактики. Из тьмы выплыли и бесчисленные пятнышки иных, отдаленных галактик. Лишь овальная туча совсем не изменилась, все такая же темная. Только её ореол с одной стороны засиял синевой, с другой, — тусклым багрянцем.
У Вэру перехватило дух, когда он понял, что это означает, — эллипс вращался с почти световой скоростью, а его масса, даже при относительно небольших размерах…
— Это «Укавэйра», — проснувшись первой, Хьютай успела всё узнать. — Её превращение совершилось. Нашей каюты и вещей на ней, к сожалению, уже нет, и нам придется жить здесь. Но всё это пустяки по сравнению с… оглянись.
Он оглянулся. Яркие огни, привлекшие его взгляд, превратились в грандиозные конструкции, казалось, парившие совсем близко, хотя на самом деле их разделяли миллионы миль. Прежде всего, Анмай увидел десятилучевые звезды двух Ир-Ими, застывших по бокам толстого диска того же диаметра, но ещё более массивного.
— Это Айэт, — сказала она, и его сердце радостно забилось. — А это, — она показала на Защитников, — Нэйс и Эроин.
Вокруг них собралось множество других кораблей, — такое их скопление здесь, вдали от всех миров, говорило о многом. Большую их часть составляли серые плоские звёзды с двенадцатью лучами. Между лучами и на днище светились узкие радиальные щели дюз, вокруг плоских куполов в центрах звезд блестели многочисленные, как соты, крышки ангаров. Анмай понял, что это корабли Айэта. Другие — узкие зеркальные пирамиды с восемью уступами. На переднем торце каждой из них среди игл-шпилей светилась сложная сеть изогнутых огненных линий, на заднем — пылали синевой окна разнокалиберных круглых дюз. Такие корабли когда-то строили его соплеменники, — пока ещё нуждались в кораблях. Потом большинство их досталось золотым айа, — как последний дар от возродившего их народа.
Анмай решил пересчитать корабли, но тут же сбился. От их вида перехватывало дыхание, и он жадно рассматривал их. Крейсера Айэта были раза в два меньше йэннимурских, но в них, несомненно, тоже таилась чудовищная мощь. Впрочем, он понимал, что, по сравнению с темным облаком за его спиной, все эти эскадры, — не больше, чем облако пыли. Его вновь охватил страх, и он не сразу решился сделать то, что хотел сделать с самого начала, — связаться с «Укавэйрой».
Его захлестнула волна радости, — так бы мог ликовать искалеченный, получивший новое тело. Анмай ожидал чего угодно, но этого… Впрочем, столь же быстро шквал эмоций угас. Беззвучный голос машины был, как всегда, ровным и холодным.
— Запомните, Анмай, мы согласились с планом вашей экспедиции, хотя это могло значить для нас вечную разлуку. Но мы хотели также, чтобы вы могли и выйти из Р`Лайх, — если захотите. Мы не могли добиться этого силой, но знали, что есть те, кто заставит симайа задуматься. Мы знали, что Айэт, где бы он ни находился, ощутит падение Девяти Миров и придет к ним. Наши корабли ждали его на месте сражения, и мы не ошиблись. Когда вы погрузились в Р`Лайх, когда он узнал, что вы, возможно, останетесь там навсегда, он пришел, чтобы окончательное решение зависело только от вас. Дальнейшее вы знаете.
— Я выбрал неверно, — ответил Анмай, — потому, что вы сделали всё, чтобы вернуть свой драгоценный талисман. Но зачем же вы тогда вообще отпустили меня?
— Это была единственная возможность установить связь с симайа. И это оказалось полезно для нас всех. Хьютай поняла многое и стала мудрее. И для нас награда оказалась превыше любой вообразимой…
Вдруг он увидел, что произошло потом, после их бегства, — увидел всё сразу, почувствовал, — так, словно сам стал частью событий.