Страница 82 из 150
Он полз по заваленному искореженным железом полу и одновременно стрелял, рикошетом направляя вниз убийственный поток, пока лучи не перестали вылетать. Добравшись до лестницы, Анмай скатился вниз, спотыкаясь об искромсанные туши, — они походили на кипы металлической ваты. Глубоко за стальными перилами метнулись новые формы, он вновь стрелял в них, чувствуя, как свет их лазеров выжигает глаза…
Наконец, он опомнился. Он стоял в центре низкого многоугольного зала с бетонными стенами и множеством ржавых железных дверей. Анмай помнил нужную. Когда она развалилась под его огнем, он увидел распластанное, обнаженное тело любимой в центре, на столе, десятки странных силуэтов вокруг, — и не вглядываясь полоснул по ним огнем. Когда те осели, потускнев, он взглянул на Хьютай, потом вдруг отвернулся.
Он уже знал, что она провела тут тринадцать дней, но всё же, не ожидал, что она так изменится, — увиденное чуть не заставило остановиться его сердце. Её тело стало похоже на какой-то безумный, сюрреалистический бред. Многие его части скрылись под кристаллическим мехом, буквально растворившим их, остальное сплошь покрывала немыслимо сложная, фрактальная сеть, словно вросшая в кожу…
Анмай застыл, сжав кулаки, просто не зная, как прикоснуться к ней… Он хотел лишь одного, — убивать, хотя еле мог двигаться. У него начало темнеть в глазах, противно булькало в груди, он кашлянул, — и увидел полную пригоршню крови. Подняв руку, он с удивлением нащупал на грудине выжженое отверстие… и ещё одно на животе справа… с плеча свисали лохмотья обугленной кожи, — но пока он, почему-то, не ощущал боли…
Боясь смотреть на дрожащее под его руками тело, он поднял её, и, не чувствуя её веса, побрел обратно, обнимая свою единственную на свете Хьютай. Он уже почти ничего не видел, не помнил, что бросил оружие, ноги почему-то плохо слушались, — но он всё же добрался до ворот ангара «Товии», и упал лишь когда те закрылись за ним. Что-то воздушно-мягкое тут же подхватило их, потащило дальше, в рубку…
Анмай не запомнил, как оказался в ней. У него стало быстро темнеть в глазах, его потянуло в сон, — он и не знал, что смерть от потери крови так… приятна.
— Не умирай! — Хьютай поползла… прижалась к его груди… или ему лишь показалось? Нет. Но как она могла двигаться… так изменившись? А как он смог притащить её сюда? Что двигало ими? Не любовь же, в самом деле?..
В воздухе что-то блеснуло… словно струйка дыма, упавшая с потолка. Кристаллическая пыль меднанетов роилась вокруг его ран, проникая внутрь и принимаясь за свою кропотливую работу. Над Хьютай тоже клубилась кибернетическая пыль, оседая на кожу и впитываясь в неё.
Анмай вздрогнул. В его кожу под ребрами тоже вонзились тысячи тончайших игл, она натянулась, опала, и в тот же миг появилось очень неприятное чувство, — словно в правом подреберье копошится огромный клубок червей. Ещё через миг оно исчезло, но кожа продолжала трепетать, — мириады молекулярных хирургов, не больше бактерии каждый, проникали в его печень, в легкие, склеивали разорванные ткани, сосуды, загоняли в вены вытекшую кровь, не давая ей свернуться, разрушали обугленные клетки, удаляли продукты их распада, — и всё это на уровне биохимических реакций, сращивания молекул, — сложнейшая битва, руководить которой не мог ни один живой мозг. Анмай же ощущал лишь слабое тепло, да смутно-приятный зуд где-то внутри. Ему стало чуть получше… во всяком случае, он смог поднять голову.
На круговых экранах рубки мерцало сражение: он видел слетавшиеся со всех сторон неописуемые формы, — плоские, звездообразные, огромные, как здания, видел тянущиеся от них лучи, ощущал удары их силовых полей. «Товия» не отвечала им, пассивно принимая удар за ударом, — похоже, обитатели Р`Лайх всё же смогли взломать защиту «Укавэйры» и заблокировать боевые системы корабля.
Сейчас они старались пробить корпус, чтобы проникнуть внутрь и подчинить «Товию» уже окончательно. Анмай знал, что это не займет много времени. Минута, может быть, две… Он тупо смотрел, как из окружавших кратер развалин города выбегают люди, — не мужчины и не женщины. Что-то среднее. Скорее, и не люди вовсе.
— Анмай! — «Товия» говорила неестественным, искаженным голосом, — они перехватили управление Эвергетом. Наш единственный шанс, — непосредственный запуск систем не-перехода. Сопрягающая линза… — голос перешел в визг и смолк. Паразиты Р`Лайх выжигали искусственный мозг машины.
К своему удивлению, Анмай как-то смог подняться и доковылять на изодранных ногах к линзе. Он тупо смотрел на неё. Если у него получится, — всё в радиусе тысячи миль обратится в пар и исчезнет столь основательно, что собрать всё это заново не удастся уже никому. Но остался ли у него иной выбор?
Он коснулся гладкой плиты, сосредоточив все мысли на не-переходе и на предстоящей борьбе, но прикосновение сработало, как детонатор бомбы, — он успел лишь ощутить, как между ним и Р`Лайх разверзлась бездна световых лет.
И потерял сознание.
Глава 10. Преображение «Укавэйры»
Иногда, во снах, я возвращаюсь в мир своего детства — уже взрослым, чтобы отыскать там лучшего друга, какой у меня был. Я возвращаюсь к нему долгим летним вечером, и вижу, что мой детский мир остался неизменным, — только мой друг, как и я, тоже стал взрослым, совсем другим человеком… но остался мне другом. Мне кажется, что это, — самое большое счастье.
Но на самом деле так не бывает, ведь правда?
Анмай долго не мог отличить сон от реальности. Наверное, ему просто не хотелось. Он был, — и, в то же время, его не было. Он сознавал себя — но не мыслил. Наконец, поняв, что Хьютай под боком, — вовсе не приятный сон, он яростно встряхнул головой, прогоняя обрывки дремоты, и осмотрелся.
Он лежал на силовой подушке, обнаженный, рядом с Хьютай, в знакомой уютной каюте на борту «Товии». Из окна на него смотрели редкие, равнодушные звезды. Хьютай мирно спала. Когда он в последний раз её видел, она была похожа на какой-то дикий, сюрреалистический сон. А сейчас на ней не осталось даже шрамов. Может, ему действительно привиделся кошмар?
Он прикоснулся к груди, — там, где была пробита кость. Ничего. Но на плече, там, где луч выжег мясо, остался широкий, грубый шрам. Он не бредил, всё это случилось наяву, вот только потом он долго спал. Очень долго. Чтобы вернуть Хьютай прежний облик, даже с помощью молекулярной хирургии, нужно было не меньше десяти дней. Ему досталось куда меньше, но всё это время он тоже спал, — обычная практика в таких случаях. Но всё же, сколько прошло времени?
Повернув голову, он заметил, что Хьютай пристально смотрит на него. Её лицо не изменилось, изменилось выражение, — она словно стала старше и суровей. На мгновение его охватил страх, — но тут она улыбнулась, совершенно по-прежнему.
— Я думала, что уже никогда не увижу тебя. И очень рада, что ошиблась. Ты — лучший парень во Вселенной, знаешь?
Анмай улыбнулся в ответ.
— Ты — сама целая Вселенная. Безграничная.
Её лицо вновь стало хмурым.
— Р`Лайх — тоже целая Вселенная. Всё разнообразие мироздания заключено в ней. Я только начала понимать его, — а тут появился ты, и всё испортил!
Он растерялся.
— Неужели ты хочешь… вернуться туда? Туда, где тебя пытали?
— Пытали? Меня хотели превратить в другую форму, более совершенную. Может, немного странным способом, но мне было не больно. Я обрела способность чувствовать… всё, что меня окружает. Как своё тело. Тьма, но полная ощущений. Как будто ты, — мышца в безмерно огромном организме, только сознающая. Но, знаешь, для меня там было слишком странно, я и помню всё это как-то смутно… Хорошо вновь иметь ноги!
Она перекатилась, и Анмай ощутил, как сильно её бедра сжали его собственные. Его вмиг охватило желание, — но сильные руки Хьютай крепко сжали его плечи. Она откинулась, глядя в его глаза.