Страница 18 из 77
Я гримасничаю.
— Фу, нет.
Ник наклоняется к моему контейнеру с салатом, поднимает его над своим и скидывает все оливки. Затем он поднимает свой контейнер и перекладывает помидоры черри в мой салат.
Мы с Нат смотрим очарованно. Он кладет оба контейнера, хлопает в ладоши и улыбается торжествующей улыбкой.
— Проблема решена.
Я думаю, что люблю его.
Что, черт возьми? Почему я это подумала?
Нат и Ник болтают о футболе, а я молча слушаю. Я узнаю, что он болеет за «Тоттенхэм» и смотрит игры по кабельному, даже если это означает вставать в три утра.
Он рассказывает нам, что Макс и Сиси живут с ним, с тех пор как Сиси стала инвалидом. Он не рассказал нам, что случилось с ней, но я уверена, что эту историю может рассказать нам только Макс. Нику тридцать четыре. Дух (имя которого на самом деле Ашер) стал частью его семьи, так как он переехал к ним в выпускном классе средней школы. Я хочу знать больше об этом, но не хочу прерывать его. Он говорит, что он владел клубом в течение семи лет и имеет двух партнеров. Ловкач — двоюродный брат Ника, сын сестры их матери. Я спрашиваю, где проводит время Сиси, когда Макс работает в клубе. Ник сообщает нам, что его мама и сестры все по очереди присматривают за ней, и что Дух — крестный отец Сиси. Он рассказывает нам немного о клубе. Мы с Нат его внимательно слушаем; нам любопытно узнать побольше о наших новых друзьях.
Я выпрямляюсь, потому что вспоминаю, о чём хотела его спросить.
— Я больше не видела, как ты куришь во время перерыва. Ты прячешься от нас? — я дразню его.
Он выглядит немного смущенным, когда потирает руками шею и говорит:
— Ну, понимаешь, я встретил одну милую девушку, которая рассказала мне, что курение убивает. — Он морщится и смотрит на меня. — Так что, я бросил.
Невероятно. На самом деле я не знаю, что сказать. Я уверена, что упомянула о вреде курения в первый раз, когда говорила с ним.
Это всё, что потребовалось, чтобы заставить его бросить?
Тогда я хмурюсь и жалуюсь:
— Но сейчас я не увижу тебя три раза в день, — только после того как произношу это, я понимаю, как глупо это звучит, так что быстро добавляю: — Так хорошо, что ты бросил! — широко улыбаюсь и быстро задаю ему несколько вопросов о клубе.
Уф, выкрутилась!
За разговором час проходит незаметно, и Ник встаёт из-за стола.
— Сожалею, что вынужден оставить вас, дамы, но я должен закончить некоторые дела. — Он смотрит на меня. — Кстати, «NT3» теперь официально спонсирует нас. Я получил договор сегодня по почте.
Просто отлично!
Я встаю, обнимаю его и улыбаюсь.
— Поздравляю. Я знаю, что это большая сделка.
Он быстро обнимает меня, смотрит на Нат и спрашивает:
— Ты знаешь, что она причина, по которой я получил спонсорство в семьсот тысяч долларов?
КАКОГО ЧЕРТА? ОФИГЕТЬ!
Нат вздыхает, и мы обе стоим с открытыми ртами. Он смотрит на наши ошарашенные лица и хихикает:
— Ах, слишком мило.
Он машет нам рукой на прощание, отпирает дверь и уходит.
Я знаю, что сумма спонсорской помощи была большой, но я понятия не имела, что это был контракт почти на миллион долларов. Я больше не чувствую себя неудобно из-за того, что мы приняли ВИП-карты. Он может себе это позволить.
Никто не может противостоять кексам.
Нат толкает меня в плечо, чтобы привлечь внимание, и говорит:
— Я изменила свое мнение о нем. Мне он очень-очень-очень нравится.
Я улыбаюсь:
— Да, мне тоже.
Очень-очень.
Может быть, даже слишком сильно.
На следующее утро я решила встать пораньше и сделать глазированные пончики. Я кормлю Медведя, затем зачинаю готовить.
Я беру ингредиенты в двойном размере, так что я смогу отнести несколько в «Белый Кролик» для Ника (и парней) в качестве благодарности за поздний обед вчера.
Эти пончики печеные, а не жареные, поэтому я могу без проблем съесть два каждый раз, когда их делаю. Они мягкие, воздушные и классически. Вы никогда не ошибетесь с пончиками. Я имею в виду, кто не любит хороший пончик?
Я до сих пор в халате и почти закончила поливать их глазурью, когда Нат выходит из своей спальни.
Я смотрю на нее, когда она заходит на кухню. Ее волосы в беспорядке, глаза всё ещё закрыты, но она выглядит восхитительно.
Я смеюсь над ее состоянием.
— Эй, ты не должна была вставать еще полчаса.
Она, наконец, открывает глаза, садится на стул и признается:
— Клянусь, я не знаю, как попала сюда, я просто шла на запах. — Она смотрит на стол и стонет: — Нет! Не глазурь с корицей! — она жалуется: — Ты знаешь, что я не могу устоять! — Нат берёт один из остывших пончиков и откусывает небольшой кусочек. Она поднимает глаза к небу и стонет: — О господи, у моего рта просто долбанный оргазм.
Я хихикаю и напоминаю ей:
— Ну, ничего удивительно, ты не ела моих пончиков больше года
— Неудивительно, что я похудела, когда ты уехала, — она говорит с улыбкой. — Никто не пек мне вкусняшек для поддержания моей попки.
Улыбаясь, я говорю ей, чтобы она собиралась на работу. Сорок пять минут спустя мы готовы.
Мы берем пончики и идем к моей машине.
После борьбы с разблокировкой двери моей машины, Нат залезает внутрь и ставит пончики на пол.
Я вставляю и поворачиваю ключ. Конечно, ничего не происходит. Потому что, какой автомобиль будет заводиться без проблем? Точно не моя крошка, у неё есть характер.
Нажимая на газ одной ногой, я поднимаю другую ногу над коленями Нат и ударяю пассажирскую дверь, когда включаю зажигание. Нат смеется надо мной. Я хмуро смотрю на нее, продолжая свой утренний ритуал с машиной. Я кричу, пока пинаю дверь:
— Я не знаю почему, но когда я так делаю, она заводится!
После нескольких секунд выбивания дури из моей машины, двигатель начинает работать, и мы обе издаем восторженные возгласы.
Когда я торможу на выезде со стоянки, моя темпераментная крошка глохнет. Нат разражается смехом. Я тяну руки к лицу, делая вид, что рыдаю. Я смотрю на нее через пальцы, и мы обе взрываемся истерическим смехом.
— Пришло время обзавестись новым автомобилем, — она хрипит сквозь смех.
Я знаю, что она права.
Ё-мое.
И тогда я начинаю выбивать дурь из своей машины. Снова.
Нат и Лола открывают «Сафиру», пока я иду через улицу, чтобы отдать ребятам на завтрак мои пончики.
Я иду в чил-аут, и там никого нет. Я заглядываю в офис Ника, но там тоже пусто. Есть три двери в противоположном конце коридора, и я не знаю почему, но иду на цыпочках, как будто я шпион.
В голове играет музыка из «Миссия невыполнима».
Я прохожу первые две двери и обнаруживаю, что третья дверь на самом деле лифт. Вот как Сиси попадает сюда.
Я думаю вслух:
— Это так здорово!
— Что ты делаешь?
Я задыхаюсь, быстро поворачиваюсь и упираюсь носом в грудь Духа.
Пять секунд я кричу во всю силу своих легких прямо ему в лицо. Когда я успокаиваюсь, то обхватываю грудь руками.
— Что такое с вами, ребята, и тем, чтобы до чертиков пугать меня?!
Дух, все еще смотрит на меня сверху вниз и хмурится.
— Пугливая малышка? — он кивает головой в сторону двери позади него. — Они там.
Я иду за ним в комнату, которая выглядит как конференц-зал. Длинный большой стол стоит в центре с шестью стульями по обе стороны. Белая доска висит на стене, и к потолку подвешен проектор. Макс, Ник и Ловкач сидят за столом, глядя на меня с широкой улыбкой.
Мне сразу же становится стыдно за визг, который был похож на сирену воздушной тревоги. Я чувствую, что краснею.
Макс говорит:
— Думаю, что я узнал этот визг.
Я кусаю губы и смотрю на них через прищуренные глаза. Я тихо извиняюсь:
— Мне очень жаль. Я надеюсь, что не помешала.
Дух садится и говорит:
— Помешала.