Страница 16 из 20
— Простите, — от удивления граф не сумел сразу подобрать нужные слова. — Я верю вам, но поймите… Все это так необычно… Мне нужно время, чтобы постичь это.
— Тем не менее, нам нужно идти. Прошу вас, сударь, — повторил Андрей и привычно согнул спину. — Надеюсь, вы никому не будете рассказывать, как сам король возил вас на закорках?
Глава 6
Легче идти не стало, однако чувство усталости притупилось. Носильщик тупо шагал по неровному, заросшему травой склону, и когда увидел вдалеке соломенные, темные от времени и дождей крыши низеньких кривобоких домишек, даже не обрадовался.
— Деревня. — Констатировал Гордье. — Позвольте, я попробую сам… — Он сполз с широкой спины и морщась заковылял рядом. — Немного болит, но уже куда легче.
— Фу. — Андрей стер со лба испарину. — Стоит, наверное, осмотреться. Как бы преследователи нас не опередили.
— Не думаю. — Граф ткнул грязным пальцем в сторону домов. — Собаки молчат. А это верный признак отсутствия чужих.
— …Или отсутствия собак. — Резонно заметил Андрей. — Значит, так, коллегиальность окончилась. Теперь, сударь, будьте любезны слушать меня.
Всмотрелся в темнеющие на фоне деревьев строения. — Решено. Вы ждите здесь, а я на разведку. — Подвел он итог короткому раздумью.
Подобраться к околице удалось без помех. Ильин легко перепрыгнул через неглубокую канаву и нырнул в заросли бурьяна.
Новой информации осмотр не дал. Село как село. Тихо правда… — А кто их знает, может тут всегда так. — Рассудил наблюдатель и решительно выбрался на дорогу.
Миновав крайний дом двинулся дальше. — Мертвый какой-то покой. Даже не по себе… — Додумать шагающий мимо невысокой каменной стены Андрей не успел. Патриархальное спокойствие внезапно оказалось нарушено.
Мгновение и пространство вокруг оказалось заполнено бряцающими оружием стражниками. Солдаты ринулись словно горошины из перезрелого стручка.
Подвела нападающих, как ни странно, именно массовость. Не рассчитав тесноты переулка вояки принялись бестолково суетиться, и больше мешали друг другу.
Эта заминка и дала Андрею шанс. Он выдернул из ножен эспадрон, и прежде чем нападающие сумели организоваться, успел вывести из строя двоих. Третьему солдату повезло больше, он получил по лбу тяжелой рукоятью шпаги и тихо ушел в нирвану.
Бой продолжался. Увидев, что тактика массового натиска результата не принесла, руководящий нападением офицер попытался внести коррективы. Но не успел.
Отбив первый натиск, Андрей сам перешел в наступление. Первое правило боя: Вывести из строя командира, поэтому Ильин крутанулся по истоптанной земле, выскользнул из окружения солдат и оказался рядом с их предводителем. Финт, уклон от выброшенной вперед шпаги и ответный взмах его, похожего на саблю, оружия. Оказавшись без своего командира солдаты смешались, а когда и еще один из них свалился под ноги товарищей зажимая резаную рану, атака вовсе захлебнулась. Вояки кинулись врассыпную.
Преследовать врага Андрей не стал. Проследив, как серые мундиры скрылись в окрестных зарослях, он отряхнул испачканный пылью наряд и двинулся дальше.
Впрочем, долго идти не пришлось. Узкая улочка привела к столь же неказистому пятачку, как видно исполнявшему в деревеньке роль лобного места. А вскоре обнаружилось и местное население. Все жители оказались заперты в деревянной церквушке. Причем. Судя по уложенному вокруг хворосту, заперты с конкретной целью.
— Сурово тут… — Крякнул Андрей, пнув вязанку растопочного материала. Отворил тяжелый засов и заглянул в полутемное нутро храма.
— Выходите, граждане. — Голосом воина освободителя прокричал он.
Недолгая пауза, наконец в дверях показались люди в изодранных и грязных одеждах. Они молча, словно не веря в избавление, выходили из подготовленного к сожжению здания.
Окинув взглядом толпу мужчин и женщин, Андрей удивленно вздохнул. Хотя среди селян оказалось много стариков и детей, тем не менее, насчиталось и два десятка достаточно крепких и здоровых мужчин. — Неужели они даже не попытались дать отпор ничуть не превосходящим их числом палачам?
— Ладно, — решив отложить психоанализ, — начал воплощать задуманное в жизнь агитатор, благо, что ситуация явно способствовала тому.
— Крестьяне! — Прокричал Андрей. — Вы видите, новый правитель совсем не жалеет вас. Чудо, что я успел вовремя…. Неужто и далее будете вы терпеть подобное?
Странно, никакого отклика его пламенный возглас не дал. — Толпа стояла все так же молча.
— Сегодня вы сами увидели, что у власти стоит ваш враг. Он готов уничтожить всех… Так сколько можно терпеть?
— Го… кхм…. Сударь… — Голос, раздавшийся из-за спины остановил подстрекателя.
Андрей обернулся и увидел своего спутника. Гордье кое-как сумел доковылять в следом.
— Позвольте мне объясниться. Говорить им о свободе и правах бессмысленно.
— Да? — Ильин покосился на понурые силуэты. — Ну хорошо.
— Эй, вы. — Рявкнул Гордье. — Слушай приказ вашего графа. — Сейчас все мужчины идут по домам и собираются в поход. Оружие, и провизию. Путь будет долгим. Все, выполнять. Староста ко мне, остальные свободны. — Закончил он речь, и опустился на колено.
— И что? Вы считаете, что это сработает? — не удержался от вопроса Андрей.
— А как же иначе? — теперь пришел черед удивиться Гордье. — Не знаю, как у вас, а здесь не привыкли рассуждать и спорить. Слишком уж… Да вот, смотрите сами. — Он кивнул головой на толпу.
Селяне задвигались, послышались негромкие голоса, однако никто не произнес ни слова против изреченного графом приказа. Понемногу народ начал расходиться.
Тем временем у ним приблизился староста. Мужик, заросший курчавой бородой осторожно остановился не дойдя несколько шагов и замер, сдернув с головы шапку.
— Что хотели от вас солдаты? — Спросил Гордье.
— Искали смутьяна… — Коротко проинформировал староста. А после господин офицер вспомнил про недоимку. Ну и… Давно грозился попалить…
— И что, неужели могли просто взять и сжечь всех? — Прервал степенный ответ сельского головы Андрей.
— Да за милую душу. — Отозвался за мужика Эмиль. — В том месяце соседей их так и спалили, а там в деревне дворов триста было. Всех извели.
— Ну убейте, не понимаю… — Взорвался Ильин. — Как можно вот так, безропотно… Да хоть возмутились бы, все легче, раз помирать.
— Ступай, любезный. — Отпустил мужика Гордье. — Телегу только отыщи. И провиант туда сложите.
— Мне трудно осознать, что я имею дело с королем. — Признался граф, когда староста удалился. — Но, положим, что так оно и есть. Возможно в ваше время все было иначе, не знаю. А сейчас все обстоит именно так, как есть. Король может все. Прикажет — сожгут, прикажет — повесят. И спорить с ним никто не в силах. Таков закон.
— Что значит, закон? — Андрей сердито глянул на собеседника. — Кто его придумал. Кто принял? Отчего люди обязаны его выполнять?
— Хм. Кто придумал? Не знаю. Только он есть. А коли есть закон, то его нужно исполнять. — Я правда боялся, что им уже довели текст королевского указа о лишении меня графского титула. Тогда ничего бы не получилось. Выходит, что указ еще не дошел. И пока я для них полноправный хозяин.
— Погоди, это получается, как с долгами? — наконец начало доходить до Андрея. — Если король приказал, то срабатывает некий механизм в головах? И тогда сделать иначе они не в силах?
— Так я и говорю. — Поддакнул Гордье. — Порядок не в словах, а в мыслях… Да и может ли быть иначе? Хотя, покойный батюшка говорил мне, что вроде бы раньше, при том короле… — Граф смешался, — ну, вроде как при вас… было иначе. Только я в это с трудом верю. Богопротивно как-то.
— Да, это точно не мой мир. — Озадаченно рассудил Андрей. — Такое придумать у меня никакой фантазии не хватит. — Тысячи, даже десятки тысяч марионеток… Жуть
— Не могу согласиться. — Граф поднялся. — Довольно странная позиция. Будучи королем, вы наверняка принуждали подданных к смирению. Так? Для чего содержался громадный аппарат жандармов и тюремщиков. А результат? Постоянные волнения, бунты. Тогда как сейчас все мирно и тихо. Взять хотя бы тюрьму, из которой мы бежали. Королевский указ и один смотритель. Все. Экономия, порядок.