Страница 17 из 20
— Понятно. — Андрей задумчиво глянул на возвращающихся мужчин. Многие из них были с короткими пиками, кое-кто нес в руках страшноватые палицы.
— Здесь явно прослеживается воля недоброй памяти полицмейстера, ставшего нечаянным правителем. Сбылась его мечта.
Впрочем, я слышал, что в последнее время в городах случаются и волнения. — Внезапно добавил граф. — Дело опять-таки в неразберихе и в новом короле. Он так рьяно взялся за передел вотчин, что многие дворяне стали простыми горожанами. А их естество невосприимчиво к указам для простых горожан.
— Хорошо, с указами понятно. — Ответил Андрей. — Скорее все дело в магии, но отчего такая жестокость? Зачем нужно изводить всю деревню?
Граф подумал. — Мне трудно дать ответ на этот вопрос. Может дело в простом расчете. — Какой прок с нищих? Налоги платить они не могут, так не лучше ли освободить место для новых? Куда легче начать войну, взять в плен молодых и сильных, и заселить ими пустую деревню.
— Живодерство это все. — Подвел итог Андрей. — Однако стоит признать, решение проблем кардинальное.
— Да какое там. — Вновь не согласился Гордье. — Кого тут не сели, все одно толку не будет. Людишки конечно мирные, послушные, только…, тьфу. Делать ничего не хотят, или не могут. А оттого и нищета.
Тем временем крестьяне собрались на площади. Отыскалась и подвода запряженная парой худых лошадей.
Построив отряд в нестройную колонну, Андрей помог графу забраться на повозку.
— Погоди, погоди. — Он озадаченно замер, и глянул на деревню. — А что станет с теми, что остался?
— Ну, так… — Граф помялся, — так и так не жить им. Без мужиков, они новому графу будут и вовсе не нужны. Порубят и в реку, или вон, как собирались. — Эмиль покосился на вязанки хвороста.
— Стой. — Поняв, что не сумеет безболезненно обречь на верную гибель стариков и женщин, скомандовал Ильин.
— Ждать. — Добавил Андрей. Только отрывистость речи выдавала его злость. Развернулся и задрал голову вверх, впился взглядом в к плывущие по небу облака.
Старательно подбирая слова, произнес. — Я, король созданного мной мира повелеваю: Отныне на просторах моего королевства ничьё колдовство не имеет силы. Только волшебная сила короны. Да будет так.
Серьезность принятого решения поразила его самого. Ведь вместе с исчезновением варварского морока, которым правители, занявшие его престол, задурили головы жителей его страны, исчезнет и относительный порядок. Кто знает, как поведут себя простолюдины, да и знатные господа, лишенные сдерживающего фактора заклинаний? И вовсе не исключена возможность падения страны в пропасть беззакония и анархии. Что будет, если жители деревень восстанут против своих господ. А городские против всех? Но с другой стороны… как разрушить морок, наведенный на жителей этой несчастной страны неумелыми правителями.
— Ты хорошо все обдумал? — Андрей мог поклясться, что услышал эти слова. Как, если никто не произнес ни слова? Неизвестно, только услышал. А может это был вовсе не голос, а шепот ветра, или беззвучно сформированная мысль. Ясно было лишь одно. Принадлежали эти слова вовсе не Андрею.
— Знай, ты можешь потерять единственный шанс вернуть себе трон. Пойми…
— Да, я так решил. — Безмолвно ответил Ильин. — Или я смогу вернуть себе корону, или сгорю в ее огне, Но… Мне не нужен такой мир. Я не смогу жить в нем. Решение окончательное.
— Что-ж, решено. — Голос вовсе не сожалел. Он просто констатировал.
Андрей опустил голову и шагнул обратно. Замер, не зная, что его ждет.
Наконец тряхнул головой, и резко повернулся к стоящим за спиной людям.
— Ничего не изменилось. Все те же хмурые, безразличные лица. Прозрачно стеклянные глаза. И стоящий на коленях граф.
— Государь. Прости меня, я сомневался. — Нарушил молчание Гордье. — Хм. Увы, боюсь, что не все так просто. — Ильин вновь посмотрел на крестьян. Невероятно, их лица начали меняться. Появилось в глазах мысль. А через мгновение безразличие сменилось пониманием и болью.
Прошелестели в толпе неразборчивые слова. Наконец один из селян сделал короткий шаг вперед и опустился на колени. — Господин граф, я не смею обратиться к его королевскому величеству, простите нашу дерзость, но… Что будет с селом? С детьми и женами? Мы не можем идти…
— Получилось? — Андрей даже рассмеялся. — Ну вот, а вы говорите… скот. Мы еще посмотрим, какие шансы и у кого.
— А что вы сможете сделать, если завтра опять придут солдаты? — Ответил он вопросом. — Отвечай прямо. — Пресек король попытку крестьянина ответить графу.
— Мы будем их защищать. — Заводила обернулся, ища поддержки у своих односельчан.
— Значит, проживете на пару дней дольше. — Констатировал Андрей. — Хотя, может повезет и отобьетесь, но решать придется. Или умереть, или уходить. Так зачем тянуть. Предлагаю сделать проще. Пусть ваши семьи уходят в горы. Сейчас еще тепло, а если все сложится как я задумал, обещаю вам всем свободу и королевскую награду. Клянусь.
— Позволь нам повидаться с семьями. — Ответил парламентер.
Андрей кивнул. — Только быстро. Солдаты могут и вернуться.
Глава 7
Отряд неторопливо двигался среди высоких холмов.
— Послушайте, граф. — Обернулся Андрей к дремлющему на повозке спутнику. — Напрягите память, и попытайтесь вспомнить. Неподалеку должен быть замок. Называется он Бертово логово. Странное название… Но… Это важно. Не обижайтесь, но пока я не могу сказать для чего он мне нужен…
— Я и не смею обижаться… — Мгновенно отозвался вассал. — Меня гложет стыд, за то, что я сижу в присутствии монарха. Да и вообще… А что касается поместья…, В полусутках пути такой замок есть. Но смею заметить… Он куда более крепкий и обжитой. Там никак не менее сотни воинов, приличное количество дворян, и несколько деревень в округе. И если вы надеетесь прникнуть в него, то…
— Отставить разговоры. — Приструнил Ильин графа. — Все знаю, но оставь мне решать. Лучше укажи нашим спутникам в каком направлении двигаться, и попробуй заодно вспомнить, какими указами прославил себя ваш нынешний правитель. В первую очередь имею в виду отношения власти и так сказать народа. Что делать нельзя, что нельзя делать категорически, и так далее.
Гордье задумался. — Так с ходу и не сообразить. — Озадаченно потер он затылок. — Ну… Горожанам запрещено обсуждать приказы их господ. Это само собой разумеется. Запрещено жаловаться… Строго запрещено уходить с того места, которое выделил для жизни хозяин. Нельзя бросать работу… Запрещено красть у своего господина…
— Погоди, погоди… — Теперь пришла очередь Андрея удивиться. — А что можно? Хотя нет не так. Я примерно сообразил, как здесь построена вертикаль власти. Скажи, все эти указы выполняются?
— А что им остается делать? — Гордье попытался принять более подходящий для разговора с королем позу. — Все, что имеет силу королевского указа… Возможно, кто-то и рад был бы избежать сомнительного удовольствие, увы, это бесполезно. Так уж устроен мир. Даже дворяне обязаны четко соблюдать иерархию… Потому и титул, присваиваемый королем, ценится столь высоко. По сути, поместные дворяне так же бесправны перед маркизом, как простой крестьянин перед самым захудалым помещиком.
— И последний вопрос. — Как все эти указы вступают в силу? Не в смысле, кем подписаны, это понятно, а с какого момента начинает действовать магия того или иного запрета?
Граф озадаченно глянул на идущего рядом с повозкой короля. — Ну, прибывает гонец… Он везет свиток. Сгоняют всех на площадь…, глашатай зачитывает высочайшую волю… Вроде так.
— Ага… — Андрей щелкнул пальцами, подирая более доходчивые термины. — Значит до этого все по-прежнему?
— Так я и говорю… — Граф смущенно покосился в сторону. — Указ о лишении меня графской короны уже с месяц, как подписан королем. Просто я сумел избежать сомнительного удовольствия ознакомиться с ним. А до этой деревеньки глашатай как видно еще не добрался.