Жених в бегах

Его движение в ее сторону привело Анику в чувства и заставило сердце бешено заколотиться. В какой-то миг, ей показалось, что он намеревается напасть, загипнотизировав ее. Она опять встретилась с ним взглядом и испуганно заморгала, не желая больше поддаваться наваждению.

- Ничего я тебе не должна, - возмутилась Аника, отпрянув.

Таннари уже понял, что угрожать или заставлять эту девушку бесполезно. Это только пугало ее и отталкивало, заставляя сопротивляться. Но можно было хорошенько попросить, и она не отказывала правильным просьбам.

- Пожалуйста, – умоляюще смотрел он на нее. - Разве ты не понимаешь, что кроме тебя, мне некому помочь?

Аника видела, какой у него стал отчаянный и загнанный вид. Опять ей стало жаль его, за что ругала себя в который раз. Он призирал ее просто за то, что она человек, а она ему сочувствовала из-за своей доброты, за которую может дорого поплатиться.

- У тебя что, нет друзей, к которым ты мог бы обратиться? – поинтересовалась она.

- Есть, но они все оборотни, - пояснил Таннари с горестью, - и за ними наверняка тоже следят. И они бессильны против наших обычаев. Они не пойдут против Шадрин.

- А среди людей?

- Среди людей, нет, - признался парень, - ты единственный человек, с кем я так близко контактировал. Я наследник клана, у меня нет нужды общаться с людьми. Не положено по иерархии.

- Значит, я была удостоена большой чести? – с издевкой спросила девушка. – И за это должна идти против клана оборотней?

Таннари нахмурился, показывая, что насмешек терпеть не станет. Взгляд похолодел, и весь его вид говорил, что дважды упрашивать ее он не собирался. Гордость снова заговорила в нем. И без того снизошел до прошения человека о помощи, и Аника решила, что не стоит дразнить зверя. Раз уж она с ним связалась и согласилась на присутствие в доме, то надо было довести начатое до конца, только тогда со спокойной душой она может избавиться от него.

Аника допила чай и вернулась на кухню поставить чашку. Таннари продолжал следить за ней взглядом.

- Можешь считать, что так, - бросил он, после паузы. – И я не прошу тебя идти против клана, а только помочь мне.

- Следственно, могу гордиться этим, - надменно проговорила она, проходя мимо Таннари. – Постараюсь в ближайшее время заняться твоей проблемой. Чем быстрее ты отсюда выберешься, тем быстрее я стану свободной. Если не загрызешь раньше.

И она поспешила скрыться с его глаз, чтобы не дразнить еще больше. Последний его взгляд, который она успела поймать, был совершенно другим, нежели в начале разговора. В нем было больше вины, сожаления, безвыходности и отчаяния.

Вернувшись в комнату, она стала переодевать облитую чаем кофту. Задумалась над тем, как это случилось, и вспомнила, что до этого он не прикасался к ней в человеческой облике. Она гладила его, как волка, обняла; и он контактировал с ней только волком: то перегораживал дорогу, то облизал. Все это время, он даже не пытался приблизиться к ней и дотронуться, а тут схватил за руку. Возможно, ему это было неприятным, судя по его виду и то, как отреагировал на новость, что облизал, но отчаяние заставило. Не раз он делал намеки, что люди для него низшие существа, а сегодняшний случай загнал его в тупик. И ему снова пришлось просить о помощи, хотя девушка ясно дала ему понять, что боится его. Но он не желал освобождать ее от своего присутствия, снова требуя помочь.

Аника тяжело вздохнула, садясь на кровать. С трудом, но она призналась себе, что ей было приятно с ним общаться, хоть и побаивалась. Сегодняшнее происшествие несколько притупило ее чувства, которыми она прониклась к нему, но не стерло их до конца. И там, в парке, обняв его, она почувствовала его звериную мощь, исходящую от этого странного существа. Возможно, он и считал ее чем-то более низким, но относился по-особому, сам признался в этом. Она прекрасно понимала, что он мог бы запугать ее или принудить силой, однако обращался с просьбами и был вежлив. И как ей показалось, облизывал он как-то по-дружески, и рычал не просто так, а будто хотел защитить ее. И в который раз он старался заверить, что не причинит вреда. Но в это с трудом верилось, если учесть, что он перестает контролировать себя.

И если верить его словам, то ему действительно не к кому обратиться за помощью. За семьей и друзьями следили его преследователи. Он не мог вернуться домой, не мог стать человеком из-за нее, ему некуда было идти. От этих мыслей ей легче не стало, но и отказать ему в помощи она не могла. Стараясь справиться с нервным потрясением, пережитым из-за оборотня, она постаралась отвлечься на что-то.

***

После случая в парке, Аника позволила Таннари оставаться в доме, пока она была на работе. Приказав строго настрого не подходить к окнам и дверям, и он клятвенно пообещал, что будет сидеть, как мышка.

Последующие несколько дней он вел себя очень тихо и смирно. Часами сидел перед телевизором с задумчивым видом, почти не разговаривал, лишь общаясь короткими фразами при встрече. Ни о чем не просил и ничего не требовал, признав свою вину в произошедшем. Ел все, что она предлагала, не привередничая, согласился даже на мороженые котлеты. Аника подумала, что была в какой-то степени сурова с ним в предъявленных обвинениях. Его печальный и покорный вид заставил ее саму ощутить укол вины за строгость к нему, будто наказала любимого пса за испорченные тапки. Даже пришлось себе напомнить, какова его истинная сущность, хоть она уже и не злилась на него за тот случай.

***

Утром, в который раз собираясь в агентство, она заглянула в гостиную - Таннари еще спал. Лежал на боку, обняв подушку, укрывшись легким одеялом. Его безмятежный вид растрогал Анику до нового приступа жалости. Она представила себе, если бы он был обычным человеком и не мог вернуться домой. Наверное, это больно и страшно.

Ему уже не требовалось вставать вместе с ней и уходить. Она не тревожила его, и он отсыпался вдоволь, заявляя, что это тоже помогает восстанавливать силы. То, что он только ел и спал, вызывало надежду, что можно не бояться его. Сам он всячески заверял ее раз за разом, что не причинит ей никакого вреда.

Когда она уже почти собралась уходить, он проснулся и вышел в коридор. Заспанный, в помятой одежде и с взлохмаченными волосами, он совершенно не был похож на опасного оборотня и невольно вызывал улыбку. Но Аника быстро вернула себе серьезный вид, чтобы лишний раз не показывать ему своей благосклонности.

- Ты уже уходишь? – спросил он, потирая глаза.

- Да, мне уже пора бежать, - ответила девушка, подхватывая свою сумку. – Сегодня вернусь поздно. Так что скоро не жди.

- А ты точно на работу идешь? – вдруг спросил он.

- Конечно, - удивленно ответила Аника. – А что?

- А юбка такая короткая, будто в клуб собралась, - усмехнулся Таннари, указывая на ее одежду.

Аника была одета в темно-зеленую рубашку и коротковатую клетчатую серую юбку в складки. Девушка невольно осмотрела себя.

- У нас нет дресс-кода, - фыркнула она. – Мы занимаемся творчеством, и вольны носить, что нам удобно.

- А тебе в такой форме за школьницу не принимают? - засмеялся оборотень.

Невысокая ростом, стройная, с высоко собранным хвостом, в короткой юбчонке - ее действительно можно было принять за подростка.

- Я вовсе не похожа на школьницу, - возразила Аника, с важным видом поправляя рубашку.

- Когда я увидел тебя в том лесопарке, - весело сказал Таннари, - то поначалу принял за подростка. А в таком виде-то вообще не знал бы, что думать.

- Восприму это за комплимент. Но что тебе до того, - фыркнула девушка, - ты же не человек.

- Ну, это же не значит, что мы не общаемся с людьми, - улыбаясь, признался оборотень. – В том числе и с девушками.

- Ты же говорил, что близко не водился с людьми, - напомнила Аника, подозрительно прищурившись.

- Не настолько близко, чтобы становиться друзьями, - уточнил он. – Но мимолетные встречи, так или иначе, были. И с девушками тоже.