Страница 6 из 17
до полусмерти, и я начала встречаться с мужчиной, который перечеркнул для меня всех
остальных, но я еще плохо его знаю. Он в своем роде идеальный, но... у него есть темная
сторона.
Молодец, Вайолет. Изрядно ты все преуменьшила.
– Ого, – сказала она, массируя локтем мою поясницу.
– Я хмыкнула, – И это случилось за пару месяцев. Наверное, поэтому я здесь. – Я
замотала головой, когда увидела в зеркале ее расширенные глаза. – В любом случае, я хочу
убедиться, что влюблена в мужчину, а не только в его член.
– Знаешь, дорогая, по мне, так это замечательно. Я люблю немного таинственности в
мужчинах.
Мой телефон завибрировал, и я улыбнулась ей.
– А вот и он. Давай заставим его ревновать.
Я застонала как раз в тот момент как ответила на телефон.
– Риз, о боже, какие руки, мммм.
– Какого черта ты там делаешь? – прокричал он, пока я стонала в трубку.
– Мммм, да. Не останавливайся!
Он нервно посмеивался в трубку.
Я невозмутимо продолжила:
– Что? Ты совсем не ревнуешь? Чтобы ты знал, меня сейчас касается пара теплых рук.
– Для тебя же будет лучше, если это руки женщины, и должен ли я тебя предупредить
что будет, когда я действительно начну тебя ревновать? – Он говорил строго и пугающе, и я
немедленно возбудилась.
– Вот это мне нравится больше, – я тут же забыла о массирующих меня руках.
– Вайолет, предупреждаю, еще один стон в трубку, и твое возвращение домой будет
весьма болезненным.
– Ммммм, – промурлыкала я, думая о всех возможных вариантах наказания.
– Это для меня или для нее? – спросил он, строгим, но в тоже время наполненным
похотью голосом.
– Для тебя, только для тебя, – Алана закончила и улыбнулась. Я махнула ей в знак
благодарности и села. – Твои руки мне нравятся куда больше.
– Тогда возвращайся, – его слова были суровыми. Ему не нравилось расстояние между
нами. Мое сердце сжалось. Без сомнения он хочет меня. И я была уверена, что до конца
недели я здесь не задержусь.
– Через два дня я буду разведенной, – радостно напомнила я.
– Хорошо, так, может, вернешься в тот же день?
– Я подумаю над этим, – серьезно ответила я.
– Мне нужно возвращаться к работе. Сегодня в тоже время?
– Да.
Ви, не забывай, тебе нужно написать хотя бы один пункт в плане на будущее.
День 3. Риз.
– Брюс, сынок, оставь их в своей тарелке, – я смотрел на своего упрямого сына,
который упорно бросал хлопья на пол. Несмотря на мой сердитый взгляд, он продолжал
пакостить. Я улыбнулся и покачал головой. – Хорошо, – сказал я, взял и высыпал пол пачки в
его тарелку. – Попробуй хоть что-то из этого съесть.
В дверь позвонили, и на секунду во мне забрезжила надежда. Но это не могла быть
она. Черт, эта женщина заняла все мои мысли. И она даже не понимала, что она со мной
делала. Я открыл дверь и моя кровь сразу же закипела.
– Риз, – мило улыбнулась она. Я знал эту улыбку, и больше не куплюсь на это.
– Послушай, если нужно я сделаю судебный ордер, – сказал я, агрессивно шагая ей на
встречу.
– Тсссс, – сказала она, размахивая пальцем перед моим лицом. – Я зашла
поздороваться.
– Думала, стоит мне только взглянуть на тебя, и я упаду к твоим ногам, да?
Она облоколась на дверной косяк и скрестила длинные ноги, и ехидно улыбнулась.
– Я надеялась на более радушную встречу, – сказала она, наклоняясь ближе, даже
слишком близко.
– Послушай меня. Я знать тебя не хочу. Между нами все кончено.
– Но я еще не закончила с тобой, – она не обращала внимание на мои слова.
– Я получу судебный запрет. Ты ничего с этим не поделаешь. Я уже не такой
малодушный, как был раньше. Ты была моим кошмаром. А теперь уходи. – Я указал пальцем
ей на выход, а она взяла его в рот, начала сосать, причмокивая, когда выпускала его. Я
услышал как Брюс, отодвинул столик у своего детского стульчика, – этому он недавно
научился. – Я побежал на кухню, пока он не выпал оттуда.
Я подхватил Брюса как раз во время, и услышал ее шаги за спиной.
– Он похож на тебя, – холодно сказала она. Я сжался, прижимая его к себе, зная, у меня
не было иного выбора, как повернутся к ней. Я развернулся с Брюсом на руках, видя, как она
в первый раз встречается с сыном после его рождения. Я не хотел, чтобы они когда-либо
встречались. Но она и этой возможности меня лишила.
– Пошла вон. И я не шучу. Или я вышвырну тебя отсюда. Тебе нечего здесь делать! –
Брюс начал трястись от моих криков. Глядя на него, я улыбнулся и погладил его по голове. –
Все хорошо, приятель!
– Разве ты не скучаешь по этому? Тому, что было между нами? Как все было
страстно? – сказала она, полностью игнорируя ребенка на моих руках.
– Нет, я все забыл и живу дальше. И тебе советую. Не приходи сюда. Это только его
запутает, – я старался говорить тихо и цивилизованно. Она взглянула на Брюса, будто он
причина нашего расставания, затем развернулась и пошла ко входной двери.
– Для меня он так и будет несделанным абортом.
Ее слова были как красной тряпкой для меня.
– Если ты еще раз покажешься на пороге моего дома, я потребую твоего ареста. В
ближайшее время ты получишь запретительный судебный приказ, можешь в этом не
сомневаться, – я шел следом за ней, наступая ей на пятки.
– Не обольщайся, Риз, я больше не приду.
Я захлопнул за ней дверь, слыша ее визг, когда дверь ударила ее по заднице. Вайолет
была права, мое крыльцо проклято.
Черт. Черт, ну зачем на это делает?
Я ощутил вибрацию телефона.
В: Я отмокаю в горячей ванне, и готова к очередному рассказу.
Прошлой ночью по телефону я рассказал ей несколько историй из неудачных БДСМ-
сценариев. Они ей показались забавными. Она истерично смеялась. И я влюбился в этот звук.
Р: Сейчас не самое подходящее время.
В: Все в порядке?
Р: Да, просто идеально. Приятного тебе отмокания.
Я был слишком зол, так что над своим ответом я задумался лишь ближе к вечеру.
Чем больше я думал о своем поведении, тем больше я думал о ней, о Вайолет, а не о
злобной суке, которая показалась утром на пороге моего дома. Для меня она перестала
существовать, и я не собирался играть в ее игры. Если она думала, что я буду думать о ней, то
она просчиталась.
Мои мысли были заняты женщиной, которая сначала пленила своим телом, а сейчас и
разговорами. Мне хотелось бы перед ней извиниться, но не нравилась идея, делать это по
телефону. Она пережила столько плохого, и никак не заслужила такого обращения как утром.
Как я могу все исправить, если не вижу ее, и не могу к ней прикоснуться?
В голове всплыли воспоминания о той ночи, когда я нашел ее на полу в луже крови. Я
получил ее сообщение о помощи, и через пятнадцать минут был у нее дома. Я мог бы
позвонить в полицию, но не знал точно, где она находится, поэтому для начала решил
проверить ее дом. Следующая картина раз за разом повторялась, стоило мне только об этом
подумать. Распахнутая дверь, но закрытая вторая дверь, в груди сдавило от возможных
сценариев происходящего в доме. Я открыл дверь, боясь шуметь и прикасаться к ней. А потом
я увидел огромную лужу крови. Если бы она была мертва, то я бы никогда не оправился от
такого горя. И я знал, без нее, я бы никогда не был прежним. Когда я подбежал к ней, то
опустился на колени, проверяя ее пульс. Он был, слабый, но был. Поднял ее на руки, и зажал
рану на шее, из которой бежала кровь.
Она была одна в доме на Большом Каймане. Черт.
Если бы она только знала, как сильно я переживаю о ее безопасности. По крайней