Страница 110 из 152
Мраморная скульптура Летнего сада служила не только его украшением, она была призвана в аллегорической форме прославлять общественно-политические события того времени, преобразовательную деятельность Петра I, пропагандировать светскую культуру. Так, специально в память победы над Швецией в Северной войне, была заказана для Летнего сада скульптура «Мир и Изобилие», или «Ништадтский мир».
На высоком гранитном постаменте — две фигуры из белого мрамора. Одна из них — богиня Изобилия, которую современники отождествляли с Россией. Правой рукой она гасит горящий факел, что означало на языке аллегории окончание войны. В ее левой руке — рог изобилия, символизирующий экономическую мощь страны. Вторая, крылатая фигура — богиня Славы. Лавровым венком она украшает голову богини Изобилия. Внизу — трофеи военных побед и умирающий лев (аллегорическое изображение поверженной Швеции). В лапах льва — картуш, на котором высечено латинское изречение: «Велик и тот, кто дает, и тот, кто принимает, но самый великий тот, кто то и другое совершить может».
Автор композиции — известный итальянский скульптор П. Баратта. В настоящее время группа «Мир и Изобилие» расположена у северного фасада Летнего дворца.
Такие статуи, как «Минерва», «Слава», «Милосердие», «Правосудие», «Мореплавание», «Изобилие», также имели аллегорический смысл. Они призваны были служить укреплению самодержавной власти царя, прославлять его как мудрого правителя страны и талантливого полководца.
У Фонтанки, там, где ныне стоит Павильон Росси, в 1713 г. началось строительство грота. Его проект был разработан архитектором А. Шлютером. Но сооружение грота затянулось на многие годы, и в его создании принимали участие несколько виднейших архитекторов Петербурга. После смерти Шлютера строительством грота ведал его ближайший ученик И. Маттарнови, затем архитекторы Н. Микетти и Ж.-Б. Леблон, достраивал и декорировал интерьеры грота М. Земцов.
В архивах сохранилось много различных сведений, дающих представление о том, каким был грот в Летнем саду. Три его зала объединялись большими арочными проемами. Над центральным проемом возвышался высокий стеклянный купол. Под ним был устроен фонтан, украшенный свинцовой позолоченной фигурой Нептуна, стоящего в колеснице с впряженными в нее морскими конями. Стены были отделаны туфом, разноцветными морскими раковинами, толченым стеклом. Мраморные барельефы, статуи и бюсты довершали декор. Здесь же находился орган, приводившийся в действие водой.
Внешний вид грота также был ярок и наряден. Углы красивых кирпичных стен украшались рустовкой. Оконные и дверные проемы обрамлялись выразительными лепными гирляндами. Над входом возвышалась скульптурная композиция из двух сидящих фигур, державших огромный картуш. Крыша по периметру была обнесена парапетом, и на нем установлены статуи «Терпсихора», «Флора», «Сибилла», «Фортуна» и другие.
Грот во времена Петра I считался выдающимся сооружением Петербурга. Его называли «диковинкой».
В первые годы существования Летнего сада его аллеи и площадки подступали к самой Неве: набережной тогда не было. Главным входом в сад служила пристань на берегу. В дни торжественных приемов и ассамблей сюда спешили гости на яликах, яхтах, лодках. У причалов были возведены три дубовые галереи для гостей. Во время праздничных гуляний в этих галереях накрывались столы и устраивались танцы. Центральная из них, богато убранная, стояла на оси главной аллеи сада. Отсюда открывалась перспектива нарядного зеленого коридора с прекрасными фонтанами, мраморными статуями, эффектно выделявшимися на фоне темных шпалер. Гостей приглашали осмотреть сад с его затеями и диковинками.
О том, как выглядел Летний сад во время царствования Петра, подробно рассказал все тот же Берхгольц:
«Сад этот имеет продолговатую форму; с восточной стороны к нему примыкает Летний дворец царя, с южной — оранжерея, с западной — большой красивый луг (на котором, при всех празднествах, обыкновенно стоит в строю гвардия), а с северной он омывается Невою... У воды стоят три длинные открытые галереи, из которых длиннейшая — средняя, где всегда при больших торжествах, пока еще не начались танцы, ставится стол со сластями. В обеих других помещаются только столы с холодным кушаньем. В средней галерее находится мраморная статуя Венеры, которою царь до того дорожит, что приказывает ставить к ней для охранения часового.
Против этой галереи — аллея самая широкая во всем саду: в ней устроены красивые фонтаны, бьющие довольно высоко. Вода для них проводится в бассейны из канала с помощью большой колесной машины, отчего в ней никогда не может быть недостатка. У первого фонтана — место, где обыкновенно царица бывает со своими дамами, а далее, у другого, стоят три или четыре стола, за которыми пьют и курят табак...
Вправо от этой круглой и разделенной четырьмя аллеями площадки, с одной стороны стоит прекрасная статуя с покрытым лицом, у подножья которой течет или, лучше сказать, бьет вода со всех концов, а с другой находится большой птичник, где многие птицы частью свободно расхаживают, частью заперты в размещенных вокруг него небольших клетках. Там есть орлы, черные аисты, журавли и многие другие редкие птицы.
Тут же содержатся, впрочем, и некоторые четвероногие животные, как, например, очень большой еж... Кроме того, там есть еще синяя лисица, несколько соболей и пр. В высоком домике с восточной стороны множество прекрасных и редких голубей...
На другой стороне фонтана, против упомянутой статуи, устроена в куще деревьев небольшая беседка, окруженная со всех сторон водою, где обыкновенно проводит время царь.
На воде плавает здесь большое количество самых редких уток и гусей, которые до того ручны, что позволяют кормить себя из рук. По берегу вокруг расставлены маленькие домики, где они, вероятно, запираются на ночь. Здесь же красуется вполне снаряженный кораблик, на котором иногда потешается шут царя.
Против большого птичника устроен еще, в виде водопада, красиво вызолоченный мраморный фонтан, украшенный многими позолоченными сосудами. Это место (где находится также и оранжерея), бесспорно, одно из лучших в саду. Все оно обсажено кустарником и окружено решеткой...
Далее отсюда, вправо, стоит большая сплетенная из стальной проволоки клетка с круглым верхом, наполненная всякого рода маленькими птицами, которые целыми группами летают и садятся на посаженные внутри ее деревца...
Кроме того, в этом саду находится приятная рощица и устроено еще несколько фонтанов. Одним словом, там есть все, чего только можно желать для увеселительного сада...»
Восторженно писал о Летнем саде Феофан Прокопович:
«...дом царский на брезе полуденном Невы, при самом ея на помянутые струи разделении построенный, и при нем вертоград образцом италианским насаженный, с прекрасными архитекторскими гульбищами дивную являет красоту, и пловущих по реке увеселяет».
Почти одновременно с закладкой сада началось устройство Летнего дворца Петра I. На том месте, где сейчас стоит дворец, сначала было деревянное здание (хоромы) шведа.
В «Описании Петербурга и Кроншлота», относящемся к 1710—1711 гг., автор-иностранец указывал:
«В Неву впадает небольшая речка или канава. Вплоть у этой речки царская резиденция, т. е. небольшой домик в саду, голландского фасада, пестро раскрашенный, с золочеными оконными рамами и свинцовыми переплетами».
Видимо, в этих хоромах Петр и жил до постройки существующего дворца. Затем он приказал Меншикову перенести их «в новое место, что близь Калинкина», а тут построить каменные палаты. В августе 1710 г. начали забивать сваи под каменное здание и строить фундамент.
С севера к зданию подступала Нева, с востока — Фонтанка, с юга — искусственная гавань в виде ковша, и только западной стороной дворец был обращен в парадный сад.
Кстати, близость воды определила и дополнительные трудности строительства. Меншиков сообщал Петру в одном из писем: «Под Ваши полаты из фундамента воду выливают, для чего нарочно из Москвы свою машину я привести велел, однако по сие время вылить не могут». Немалого труда стоило и укрепление берегов, сооружение подпорных стенок с восточной и южной сторон дворца, спусков к причалам.