Страница 111 из 152
Автором проекта дворца был Д. Трезини.
В облике этого здания отразились характерные особенности архитектуры раннего Петербурга: простота и строгость форм, геометрическая четкость плана, скромность декорировки фасадов. Интерьеры носили прежде всего интимный характер: небольшое количество комнат (по шести в каждом из двух этажей) было рассчитано только на личные потребности царя и его семьи.
Подсобных помещений, за исключением поварен, не было. Последнее, видимо, объясняется и тем, что одновременно со строительством дворца возводилось большое здание, которое рассматривалось как своего рода дополнение к дворцу.
Вдоль Фонтанки тогда же были построены двухэтажные каменные палаты. Восточная сторона их фундамента также уходила в воды реки, северный фасад примыкал к гавани, а с дворцом Петра они соединялись крытой каменной галереей. Судя по чертежам, их архитектура имела много общего с архитектурой дворца.
Хотя это здание было примерно в три раза больше, чем царский дворец, служебное назначение его подчеркивалось названием — «людские покои», т. е. помещения, которые отведены для людей, обслуживающих двор царя. Правда, это название, возникшее еще в самом начале строительства, впоследствии оказалось не совсем точным.
Долгое время не было известно, что же именно находилось в помещениях людских покоев, где насчитывалось свыше сорока комнат. Обнаруженный в Архиве древних актов документ дает полное представление о назначении и характере использования этого здания. Как явствует из описи, тут находилась канцелярия кабинет-секретаря А. Макарова, жил князь Федор Прозоровский, ведавший имуществом Екатерины, размещались караульные солдаты, стрелки, матросы, столяр, портные, голландский часовщик и т. п. В некоторых комнатах хранились привезенные из-за границы ящики «с голландскими картинами» и изразцами, с китайскою посудой, «с кроватями и к ним уборы», с судовыми припасами, «с платьем государыни».
Но наряду с этим из описи видно, что по характеру использования некоторые комнаты были фактически дворцовыми, как и одноэтажная галерея, соединявшая покои с дворцом. Например, упоминается большой зал, где находилась Янтарная комната — подарок Фридриха, короля прусского, Петру I. Большая уникальная коллекция янтаря была одной из диковинок, и, видимо, ее показывали гостям. Впоследствии Янтарную комнату перенесли в Екатерининский дворец в Царское Село и в годы войны она была похищена фашистами.
Одна из комнат была занята «раритетами». В описи не говорится, какими именно, однако надо полагать, что речь шла об анатомической коллекции Рюйша, впоследствии переданной в Кунсткамеру.
Интересны сведения еще об одной комнате. В описи говорится: «в ней машины и книги». О каких машинах шла тут речь? Возможно, о новых токарных станках А. Нартова, а может быть, это машины, оставшиеся после смерти А. Шлютера, которого Петр держал возле себя, в летнем доме, и часто работал вместе с ним.
Но главное, что стало известно из описи, — это местонахождение библиотеки Петра I. До сих пор знали, что она размещалась на «летнем дворе», но где именно, оставалось загадкой, так как ни одно из помещений дворца не могло вместить обширное собрание книг. Судя по описи, о которой говорилось выше, сохранившейся в архиве подрядной столяра Семенова, удалось установить, что для библиотеки было отведено три комнаты верхнего этажа людских покоев.
По приказу Петра для нее изготовили специальные шкафы разных размеров и форм. Здесь были шкафы с застекленными и глухими дверцами, угловые и стенные, для больших и маленьких книг. Посредине самой вместительной комнаты стоял длинный стол с ящиками для хранения планов и чертежей.
Библиотека Петра насчитывала более 2000 томов. Среди них были интереснейшие экземпляры по самым разнообразным отраслям знаний. Имелись книги о том, как строить крепости и дворцы, как создавать регулярные парки, сооружать триумфальные ворота, как строить корабли и галеры. «Книга Марсова» рассказывала об искусстве ведения войн. Здесь можно было увидеть «Метаморфозы» Овидия, басни Эзопа, книги по архитектуре, механике, медицине.
Галерея, соединявшая дворец и людские покои, состояла из ряда комнат, следующих одна за другой. По некоторым данным, в летнее время здесь жили дочери Петра и Екатерины—Анна и Елизавета — и, что совершенно точно, дети царевича Алексея — Петр и Наталья.
После смерти Петра I, в 1725 г., в покоях жил Петр II, позднее здесь помещался архив придворной конторы. Когда в 1780 г. строилась гранитная набережная реки Фонтанки, по приказу Екатерины II здание разобрали, а гавань засыпали.
В 1725 г. закончилось возведение дворца для Екатерины I. Он стоял на углу берегов Невы и Лебяжьего канала. Этот дворец особо интересен тем, что в 1723 г. к нему была пристроена картинная галерея. 26 колонн коринфского ордера украшали одноэтажную галерею, обрамляя большие полуциркульные окна-двери; кровля была обнесена балюстрадой из тумб и балясин. Постройку возвели Матвей Мантуров «с товарищи» — мастерами кабинетного дела, возвратившимися из Англии. Это были высокой квалификации столяры, посланные за границу научиться изготовлению дворцовой мебели, в частности бюро-кабинетов. Но пока они обучались, мода на кабинеты прошла, мастера оказались не у дел и претерпевали большую нужду. С ними-то и был заключен договор на строительство деревянной галереи. Другая группа во главе с Иваном Салмановым (мастер художественной резьбы по дереву) выполнила 26 капителей и карнизов к колоннам по чертежам известного французского художника-резчика Н. Пино.
К тому времени была собрана богатейшая коллекция картин крупных художников XVII начала XVIII в. Среди них — произведения Рубенса, Рембрандта, Ван Дейка, Сальма и многих других. Как и в петергофском дворце «Монплезир», здесь был представлен А. Сило, к морским пейзажам которого Петр относился с особым интересом. Собрание произведений живописи в Летнем дворце и коллекция полотен в «Монплезире» — это первые картинные галереи в России.
Незадолго до смерти Петр задумал собрать серию картин, прославлявших крупнейшие победы русского оружия. С этой целью были заказаны (и выполнены уже после смерти Петра) полотна: «Куликовская битва» А. Матвеева, «Гангутское сражение» И. Одольского, «Полтавская баталия» И. Никитина. Но в целом замыслу не суждено было осуществиться.
В 1725 г. архитектура Летнего сада пополнилась новым сооружением архитектора М. Земцова. Готовились торжества по поводу бракосочетания старшей дочери Петра Анны с герцогом Голштинским. Земцов получил задание «с поспешанием» построить «Залу славных торжествований» — специальный дворец, предназначенный для особо важных празднеств. Петр не дожил до свадьбы дочери, но воля его была осуществлена: уже через четыре месяца «зала» была готова.
Стройное деревянное здание с фасадами, члененными колоннами коринфского ордера, украшенное гирляндами, имело строгие пропорции, создавало радостное, праздничное настроение. «Зала» целиком отвечала своему назначению — интерьеры были пышно декорированы художественной резьбой, росписью, выполненной художником Л. Караваком, стены увешаны шпалерами.
Постройка была возведена рядом с дворцом Екатерины, также на подсыпанном берегу Невы. Но она простояла недолго: в 1732 г. по приказу императрицы Анны Иоанновны ее разобрали, чтобы на том же месте возвести новый дворец.
Русский двор теперь мало чем отличался от двора того или иного европейского монарха.
Веселье и праздники светского Петербурга не смолкали круглый год.
Над Летним садом вспыхивали многоцветные ракеты, огненные пирамиды, казавшиеся бриллиантовыми, яркие звезды, воздушные и водяные шары, искрометные фонтаны, фигуры из голубого и белого огня. Гости любовались зрелищем с галерей сада, который также был красочно иллюминирован фонариками, развешанными на деревьях, горящими плошками, пирамидами со свечами.
Часто в Летнем саду устраивались ассамблеи — увеселительные и деловые собрания петербургской знати.
Берхгольц рассказывает о празднике 1721 г. в Летнем саду: